@id1473985 (Наталия Ивашура) — дневник на Babyblog.ru

Наталия Ивашура

41 год Харьков, Украина

На сайте с 31.07.2014, последнее посещение — 12 лет назад

Добавить заметку

записей

друзей

подписчиков

Год

2014

Месяц

Июль

Август

Сентябрь

Выбрать все Редактировать

Новый тест может улучшить диагностику аутизма В своём предыдущем исследовании ученые предположили, что электроэнцефалограмма (ЭЭГ) может быть эффективной для диагностики аутизма. Также было определено, что у детей с аутизмом сенсорные чувства (такие как слух, осязание и зрение) развиваются горазда медленнее, по сравнению со здоровыми детьми. «Несмотря на достигнутые успехи, мы все еще не разработали эффективную классификацию аутизма, которая смогла бы более детально охарактеризовать болезнь и определить правильный план лечения. Аутизм диагностируется на основе поведенческих характеристик и симптомов. Эти оценки могут быть весьма субъективными и требуют огромный клинический опыт со стороны врача. Мы должны разработать более объективные методы диагностики для данной болезни», - утверждает руководитель исследования, Sophie Molholm. Данное исследование было предназначено для определения, как именно меняется сенсорная обработка данных при аутизме. 43 больных с аутизмом в возрасте от 6 до 17 лет были включены в исследования. Испытуемые должны были нажать на кнопку сразу же после того, как они увидят и услышат предложенные примеры со стороны исследователей. У всех участников проводилась непрерывная ЭЭГ с помощью 70 наложенных электродов на голову, чтобы определить изменения в головном мозгу при обработке внешних стимулов. Скорость, с которой испытуемые обрабатывали слуховые сигналы сильно коррелировала с тяжестью симптомов: чем больше времени требовалось для обработки слуховых сигналов, тем серьезнее были симптомы аутизма у этого больного. Однако, ученые не смогли определить связь между визуальной обработкой данных и тяжестью аутизма. «Это первый шаг в разработке новых биомаркеров, определяющих тяжесть течения аутизма. ЭЭГ может быть полезной для оценки эффективности методов лечения аутизма. Кроме того, ЭЭГ может помочь диагностировать болезнь на ранних стадиях развития», - добавляют ученые. ПОДРОБНЕЕ В НАУЧНОЙ СТАТЬЕ: Brandwein, Alice B; Foxe, John J; Butler, John S; Frey, Hans-Peter; Bates, Juliana C et al. (2014) Neurophysiological Indices of Atypical Auditory Processing and Multisensory Integration are Associated with Symptom Severity in Autism.// Journal of autism and developmental disorders источник http://medicalinsider.ru/news/ Мир малышей с аутизмом. История пятая: Нестер забыл все слова В рамках поддержки «Обозревателем» фотовыставки, посвященной детям с аутизмом, которая стартовала в центре Киева 20 сентября, мы расскажем истории 16 малышей, которые стали ее героями. Фотовыставка, как и наши рассказы, призваны показать, что маленькие украинцы с аутизмом являются хоть и особенными, но очень позитивными детками. Кроме того, родители смогут узнать и понять, как развивается эта болезнь. Нестер Венцковский, 5,5 лет Мальчик очень долго не отзывался на свое имя. Родители Нестера сначала грешили на его слух, как это делают все родители детей с аутизмом. Однако смущало одно - парень хорошо слышал, что в соседней комнате включили мультики и прекрасно реагировал на это. В тот же время заставить его сделать то, что просят родители, было почти нереально. Приходилось брать его за руку и показывать, отводить, объяснять. Однако и в таких обстоятельствах Нестер не воспринимал информацию, а вырывался и устраивал истерики. Он забыл даже те слова, которые знал до болезни, и сейчас вообще не разговаривает. Любил игры в одиночестве, даже когда у него было много детей. Не одевался самостоятельно, в быту был совсем беспомощным, несамостоятельным. Начало занятий: Реагирует и понимает, когда к нему обращаются. Знает буквы, может переписывать целые слова и выражения из книг, телевизора или других предметов, которые его окружают. Стал самостоятельным в быту. Андрей, отец Нестера: «Очень хочу, чтобы сын заговорил. Это едва ли не единственная наша проблема сейчас, всем остальным он уже почти не отличается от обычных детей. Однако ввиду отсутствия речи он, как совершенно беспомощен младенец, не может объяснить, чего хочет. Нам бы очень хотелось получать от него эту обратную связь». http://www.fl-life.com.ua/wordpress/archives/10494 Не ждать и верить. Как устроить в массовую школу ребенка с аутизмом? ИРИНА ДЕРГАЧ Вы можете сказать, кто из этих мальчишек аутист? Тот, что слева, или вот этот, правее? Старший или младший? Мне нравится этот снимок, потому что в нем нет постановки. И он не столько о лете, сколько о главном условии совместного обучения: обычные дети прекрасно ладят с необычными. Если этим мальчишкам повезет со взрослыми, они пронесут свою дружбу через всю жизнь. Мальчик постарше на этом снимке - мой сын. У него аутизм. Жаль, что нельзя вместе с документами подавать в школу такие фотографии. Или видео уроков в классах, где среди обычных детей есть ученики с аутистическими расстройствами, как это делают московские специалисты, встраивающие детей с аутизмом в массовые школы. Далеко ли до школы? С минувшей весны мы ведем интернет-проект «Аутизм: просто понять» (autismschool.by), суть которого в честном отображении образовательных траекторий двадцати белорусских детей с аутизмом.Первые же интервью подвели к выводу: сегодня эта траектория мало зависит от тяжести аутизма. Гораздо больше - от родительской готовности бороться за своего ребенка. Верить в него, несмотря на штампы «неуправляемый», «агрессивный», «умственно отсталый». Откуда-то знать, что на старте школьной жизни ни один специалист не может судить о потенциале ребенка с аутизмом. Нет таких методик. Самый старший участник нашего проекта, 20-летний Никита, в 6 лет не пользовался речью и имел целый ворох диагнозов, из-за чего был «приговорен» к надомному обучению. Через год мама нашла для него интегрированный класс. Ныне Никита работает, оканчивает вечернюю школу и думает о продолжении образования. Павел, получивший в свое время рекомендации из серии «с такими и в тюрьму не возьмут», учится в восьмом классе по общеобразовательной программе и серьезно занимается музыкой. Прежде «неуправляемый» третьеклассник Костя собирает дипломы на всех предметных олимпиадах, в которых участвует (гимназии, готовьтесь к приходу учеников с синдромом Аспергера!), Семен и Максим наравне с обычными детьми занимаются в известной художественной студии… Правда, все эти дети говорят. До начала прошлого учебного года в Беларуси не было прецедентов обучения невербальных детей с аутизмом в массовой школе. Забытое слово на букву «и» Год назад минским родителям удалось найти понимание у городских властей и общими усилиями открыть первый интегрированный класс для детей с аутизмом. В нынешнем году открылось еще пять таких классов в разных школах. В один из них пойдет Артем. Он не разговаривает; год назад комиссия определила его в первый класс второго отделения вспомогательной школы (вариант обучения для детей с умеренной умственной отсталостью). За лето родители мальчика объединились с двумя такими же семьями (необходимое условие полной интеграции - три особенных ребенка), нашли готовую принять их детей школу и подготовили тьюторов. Первоклашки, которые пошли в интегрированные классы для детей с аутизмом, имеют все шансы на средней ступени получать инклюзивное образование. Правда, инклюзия в Беларуси пока вне закона. Год назад вступил в действие Кодекс об образовании, которым депутаты очень гордились, но в нем нет ни слова про инклюзию: о ней забыли. Недочет обещают устранить: на обсуждение уже вынесен закон о поправках в Кодекс. Правда, никто не гарантирует быстрого внесения «поправок» в головы чиновников. Позитивный опыт обучения белорусских детей с аутизмом пока только в Минске. И распространяется только на детей, которые впервые переступают школьный порог. Родители из небольших городов, где на несколько тысяч населения два-три официально выставленных диагноза, по-прежнему запирают детей в четырех стенах. И даже в столице дети, которые пошли в школу за несколько лет до появления первых АВА-классов, никому не нужны. Последний из могикан Мой сын - из тех детей с аутизмом, которые пошли в школу задолго до начала диалога минских родителей с городскими властями. Я уже рассказывала о его «университетах» в интегрированном классе обычной школы. Он был единственным ребенком с аутизмом в школе, и, как выяснилось, единственным четвероклассником с аутизмом, который учился не на дому и не в спецшколе. В двухмиллионном Минске! После четвертого класса интеграция окончилась: мой сын должен был учиться в общем потоке или уйти на надомное. Общий поток из 26 одноклассников не казался чем-то страшным: дети любили и опекали Тимура. Ужас вызывали учителя, не желающие знать об аутизме, а также отсутствие в штатном расписании школ специальности «тьютор». Мы нашли и обучили тьютора, но не договорились со школой. Пока искали школу, услышали весь набор чиновничьих отговорок: «мест нет», «условия не созданы», «педагоги не обучены», «общество не готово». И вообще, «аутизм - это слишком серьезный диагноз». Тимуру пришлось уйти в спецшколу для детей с тяжелыми нарушениями речи. Она находится в 13 км от нашего дома, и в ней не изучают английский. По иронии судьбы пять лет назад, когда я пыталась определить Тимура в первый класс, в эту школу нас не взяли: у Тимура нет нарушений речи. Дома у нас лежит грамота, выданная четверокласснику Тимуру за успехи в изучении английского. Мы по-прежнему ищем общеобразовательную школу для пятиклассника с аутизмом. Комментарий Ольги Кутузовой, психолога Центра психолого-медико-социального сопровождения детей и подростков с РАС (Кашенкин Луг): - Мне несколько раз удавалось помочь родителям найти школу для своего ребенка. Вот мой алгоритм - вдруг поможет? Сначала хожу по школам и ищу среди директоров Человека. Очень подходят СОШ для соматически ослабленных детей. Классы в них малочисленные, дети более терпимые к особенностям ровесников (каждый сам преодолевает какую-то свою трудную ситуацию), учителя более сочувствующие. Есть несколько форм обучения, в том числе индивидуально-групповая (на крайний случай, если ребенок поведенчески очень неудобный). При этом программа обучения и аттестат - как в обычной школе. В такую школу по договоренности с директором можно проникнуть по соматическому диагнозу (список большой, есть, из чего выбрать). Договариваюсь, что с ребенком будет тьютор. Тьютор - полностью моя и родительская проблема, у школ нет ставок на сопровождение детей с аутизмом. Тьюторов нахожу среди студентов. Иногда удается выпросить для них полставки (при индивидуально- групповой форме), остальное доплачивают родители. Готовлю их сама. Несколько месяцев сопровождаю и ребенка, и тьютора на всех занятиях и переменах. Параллельно провожу "информационные пятнадцатиминутки" среди всех, кто составляет школьное окружение ребенка (дети, учителя, родители, уборщицы). Пара месяцев уходит на взаимную адаптацию. Индивидуально-групповая форма в этом смысле удобнее, так как позволяет выбирать, сколько времени и на каких уроках ребенку быть в классе, а какие предметы лучше изучать индивидуально. Постепенно количество индивидуальных часов уменьшаем, количество групповых увеличиваем. В течении года удается либо вовсе отказаться от сопровождения, либо сделать его минимальным. Несколько раз приходилось так встраивать «своих » мальчиков. Иначе им было некуда идти. Один из них еще школьник, его маму взяли на тьютором ставку воспитателя), второй в полиграфическом техникуме, третий в колледже Вишневской, и уже снял свой первый клип. В этом, третьем случае удалось устроить тьютором на ставку школьного садовника бабушку. У внука и бабушки, с моей поддержкой, все получилось. Хотя тогда еще закона об инклюзии не было, родительская активность не была усилена социальными сетями, а на круглых столах с чиновниками родителям открыто говорили, что «никогда ваши дети не будут учиться с нормальными детьми». То есть даже при нулевых шансах вера в ребенка и понимание того, что он должен учиться со всеми, помогало сдвинуть ситуацию. Потому что бывают в жизни такие ситуации, когда » если не ты, то и никто». И это ключевой момент в жизни ребенка: если «ключ" повернется, вся его жизнь пойдет в другом направлении. А если нет, все застопорится. Видела много таких исходов и видела, какими вырастают дети с аутизмом, получившие этот шанс. http://www.fl-life.com.ua/inclusion/?p=1275 Мир малышей с аутизмом. История первая: Марк учится общаться В рамках поддержки «Обозревателем» фотовыставки, посвященной детям с аутизмом, которая пройдет в центре Киева с 20 сентября, мы расскажем истории 16 малышей, которые стали ее героями. Фотовыставка, как и наши рассказы, призваны показать, что маленькие украинцы с аутизмом являются хоть и особенными, но очень позитивными детками. Кроме того, родители смогут узнать и понять, как развивается эта болезнь. Марк Руденко, 4 года Марко развивался как все обычные дети, однако в 2 года заболел. После курса антибиотиков начали появляться первые проблемы. Он перестал играть со сверстниками, смотреть в глаза, а постепенно полностью исчезла речь. Марк перестал говорить те слова, которые уже знал. Будто просто забыл их. Сначала все списывали на возрастной протест. Но ребенок все больше «прятался» в себя, появились типичные для аутистов симптомы: Марк начал ходить на цыпочках, привычные окружающие вещи начали его пугать, а все игрушки обязательно выстраивал равными рядами, появилась стереотипия и автоагрессия. Марк перестал откликаться на собственное имя, а на обращение родителей реагировал истерикой. Сообразительный, жизнерадостный мальчик начал превращаться в замкнутого отшельника. Начало занятий: Намного улучшилось его общее эмоциональное состояние, исчезли истерики. Начал взаимодействовать с окружающим миром, хранит все интересности. Пришло «понимание» речи - выполняет задания и подражает взрослым. Овладел навыками самообслуживания. Научился выговаривать буквы, делает это с незаурядным любопытством. Начал интересоваться другими детьми, учится совместным играм. Жажда обучения. Степан, отец Марка: «Мечтаем, чтобы Марк мог объяснять, что он хочет. Таким образом мы сможем тоже понять, что для него является лучшим. Надеемся, что этот процесс натолкнет его на речь и он осознает, что коммуникации с окружающими очень важны». http://www.fl-life.com.ua/wordpress/archives/10455 Что такое «нормальный»? В данной публикации в свободном переводе представлена статья из блога Кэрри Кариэлло, матери 9-тилетнего аутичного ребенка и автора книги «What Color Is Monday: How Autism Changed One Family for The Better» («Какого цвета понедельник: как аутизм изменил одну семью к лучшему»). Почти каждый день кто-нибудь спрашивает меня о чем-то вроде: «А когда вы поняли, что Джек не является нормальным ребенком?». И тогда они останавливают себя и, немного заикаясь, извиняются за то, что назвали его ненормальным. Их лица краснеют, они отворачиваются или смотрят себе под ноги. «Я хочу сказать, вы знаете, что такое нормально, нет нормального, извините за это слово, «нормально»». Я никогда не могу понять, к чему вся эта суета. Лично я люблю слово «нормальный». Нормальный - это хорошо. Нормальный означает… ну вы знаете, нормальный. Если бы у нас не было нормального, мы не имели бы ничего другого, например, экстраординарного, или посредственного, или громадного. Нормальное устанавливает планку. Я хочу сказать, что, по большей части, я нормальна. Я чрезвычайна в некоторых вещах (в приготовлении шоколадно-бананового хлеба) и посредственна в других (подтягивания). А что на счет остальных членов моей семьи? Они вполне нормальны. Они, конечно же, причудливые, но эти их причуды, такие как жесткость Генри и любовь Джои к Minecraft, а также страх Чарли перед грозой, уравновешиваются теми другими вещами, в которых они восхитительны, например, в том, как они танцуют комиссионном магазине, играют в бейсбол или раскрашивают. И в том, как они умеют смешить своего брата Джека. Потому что Джек не так нормален. Джек не смеется каждый день или даже через день. Он не любит бейсбол и командные виды спорта в целом, он не играет с другими детьми, он не смотрит людям в глаза. Он не станет есть влажную пищу, и он ужасно боится собак, голубой воды в унитазе и пожарной сирены. Но это должно быть сказано, и, как его мать, именно я должна быть тем человеком, который скажет это. Он не является нормальным. Это ненормально, задавать один и тот же вопрос о черной вдове по сто раз в день, или кричать, если собака появляется в передаче «Смешное домашнее видео», или впадать в панику, если в машине играет неправильная радиостанция. А вы знаете, что еще ненормально в отношении Джека? Его сверхъестественная способность запоминать даты, его любовь к музыке, его умение обращаться с техникой. То, как он бросает вызов своему расстройству и пишет письма, тайно восхищаясь кем-то. Билл Гейтс не является нормальным. Мать Тереза не является нормальной, также нельзя назвать нормальным Хью Джекмана. Все они имеют особые, специфические качества, такие как яркость, доброта или очень хорошая внешность. (Чтобы не возникло путаницы, в последнем случае я имею в виду Хью Джекмана). Как-то в выходные мы были в доме у моей сестры в честь первого причастия ее сына, и в середине торжества Джек дестабилизировался, расстроился и взволновался. Он бегал из комнаты в комнату, пробираясь между гостями, и проявлял аутостимулирующее поведение. То и дело он вытаскивал пальцы изо рта ровно настолько, чтобы завизжать на мою сестру с целью убедиться, что ее собаки не смогут вырваться. Сара, как хорошая тетя, приняла все это спокойно и успокаивала его, говоря, что собаки были далеко, что он в безопасности, и что не стоит волноваться. Я же, как ужасная мать, едва замечала это, в основном, потому что Джек вел себя так каждый раз, когда мы навещали мою сестру, и я привыкла к этому. А еще потому что у нее был лучший шоколадный торт с белой глазурью, который я когда-либо ела, так что я отвлеклась. В какой-то момент я балансировала между вторым куском торта и беседой с гостем, который отмечал, каким нормальным казался Джек, и насколько он высокофункционален. Я посмотрела на своего сына, который как раз в этот момент запрыгнул сверху на восьмидесятилетнего дядю моего сводного брата, потому что ему показалось, что он слышал, как одна из собак поднимается по лестнице. Я поставила тарелку с тортом и отправилась извиниться перед дядей Джо и снять своего девятилетнего сына с тела ошеломленного человека. Да, это действительно нормально. Снова и снова я поражаюсь потребности людей сглаживать «острые углы» аутизма, смягчать в своих разговорах негибкость, тревожность и задержку речи, говоря, что ребенок выглядит нормально. Я думаю, это какой-то естественный инстинкт, попытаться втиснуть Джека в понятия обычного, регулярного, типичного. Нормализовать его. Я сама пыталась делать это первое время, пока была испуганной молодой матерью, а он - неговорящим малышом. Но постепенно я учусь тому, насколько контрпродуктивными бывают попытки втиснуть квадратного Джека в наш круглый мир, как болезненно и неправильно он это ощущает. В феврале прошлого года мы застряли дома одним снежным воскресным днем. Когда мы закончили обед, я сказала детям, что им нужно найти себе какое-то продуктивное занятие, потому что телевизор и вайфай в тот день уже закончился. После долгих переговоров и стонов, все они отправились в разных направлениях: Джои к своему столу с Lego, Чарли и Роуз пошли играть в шахматы, а Генри занялся своим паззлом. Джек вытащил давно забытый рождественский подарок, комплект для создания календарей. Я зашла в кухню, где он рисовал, и остановилась, чтобы полюбоваться его работой. Я была тронута, заметив, что он внес туда все наши дни рождения и нарисовал изображение человека и его любимого подарка в нужном месяце. И в этот момент у меня появилась странная мысль. Сидя на кухонной стойке, наблюдая за тем, как тщательно он вырисовывает конструктор Lego для Джои в марте, я подумала о том, как я рада, что у него есть этот диагноз. Потому что, если бы у Джека не было диагноза, если бы мы шли дальше, пытаясь делать вид, что все прекрасно и нормально, я бы не сидела в своей теплой кухне и не хвалила бы его рисунок в этот зимний день. Я бы переживала о том, почему он не раскрашивает, почему всегда играет один, почему не отвечает на вопрос немедленно, когда я спрашиваю его, какой его любимый цвет. Я бы тратила все свое время, сосредотачиваясь на том, кем он не является, а не на том, кем он есть на самом деле. Это не значит, что я понижаю планку или устанавливаю для него другие стандарты, как раз наоборот. Диагноз Джека, который звучит как «расстройство аутистического спектра», побуждает меня постоянно искать способ помочь ему стать как можно лучшей версией себя самого. Но эта версия не может в действительности быть «нормальной», и я себя чувствую комфортно. Потому что я не хочу нормального. Нормальный ребенок не скажет мне, что четверг красного цвета, а в кино мы в последний раз ходили 22 февраля 2013 года. Нормальный не будет вдохновлять меня на поиски номерного знака штата Вайоминг Может быть, вам интересно, как прошел остаток дня в доме моей сестры. В конце концов, Джек успокоился, Джо поднял его на спину и взял в подвал, чтобы заглянуть в ту комнату, где оставались собаки. В то время как Джо говорит о том, какие эти собаки воспитанные, Джек поочередно то закрывал уши руками, то вцеплялся ему в плечи. Но он оставался там достаточно долго, успокоившись настолько, чтобы сказать, что сегодня они выглядят уставшими. О, и прежде, чем мы уехали, я съела третий кусок торта. И это совершенно нормально, не так ли? http://www.fl-life.com.ua/wordpress/archives/10453 Десятка лучших стратегий для поддержки детей с аутизмом дома Поведенческий аналитик о том, что можно сделать для развития всех детей с аутизмом в домашних условиях По моему опыту, есть несколько ключевых стратегий и методов, которые нужны во многих домах, где есть ребенок с аутизмом, но, к сожалению, их там не хватает. Если вы будете придерживаться этих стратегий до того как начнете домашнюю программу АВА-терапии, то ваш консультант будет очень благодарен за то, что вы заранее облегчили работу. Однако, в первую очередь, эти стратегии уменьшат стресс в вашей собственной жизни, как и в жизни вашего ребенка, и упростят обучение его новым навыкам. Даже если у вас нет возможности обеспечить ABA-терапию, эти стратегии могут изменить жизнь вашего ребенка к лучшему сами по себе. Я рекомендую внедрить эти стратегии как можно скорее, чем младше ребенок, тем лучше. Однако если вы заботитесь о ребенке постарше или о взрослом с аутизмом, то эти стратегии будут не менее полезны. 1. Структура/рутина дома: Последовательность и знание о том, чего ожидать, помогает ребятам с аутизмом справиться с ежедневными трудностями. Разработайте ежедневную рутину для вашего дома и как можно строже ее придерживайтесь. Каждый день ребенок должен ложиться спать в одно и то же время. Ужин должен быть в одно и то же время. Прогулка на улице должна быть в одно и то же время. Резкие, неожиданные и значительные изменения день ото дня и от момента к моменту - это надежный путь к нежелательному поведению или полноценной истерике у вашего ребенка. Разработка рутины, основанной на том, чем вы занимаетесь каждый день, позволяет ребенку чувствовать больше контроля над окружающей средой. 2. Визуальное/ежедневное расписание: Понятно, почему нужно начать с создания ежедневной рутины? Визуальные расписания жизненно необходимы для обучения ребенка независимости. Как вашему ребенку научиться самостоятельно выполнять утреннюю рутину, завтракать, собираться в школу? Очень просто: визуальное расписание. Вы никогда не ловили себя на том, что повторяете одно и то же требование 2, 3, а то и 85 раз подряд? Сделайте визуальное расписание. Когда ваш ребенок завершает занятие или задачу, он начинает просто слонятся из угла в угол, заполняя время самостимуляциями и нежелательным поведением? Создайте визуальное расписание. Визуальное расписание помогает этим ребятам понимать, что они должны сейчас делать, что будет потом, а что после этого. Небольшой совет: пожалуйста, не используйте письменные расписания с детьми, которые пока не умеют читать. Это бесполезно. Используйте фотографии и картинки. 3. Система коммуникации: Мне приходится часто говорить об обучении навыкам коммуникации, и это именно то, с чего надо начинать, причем как можно раньше. Возможно, ваш ребенок может общаться с помощью языка жестов, планшета, системы PECS и так далее. Самое главное, чтобы все в доме согласились поощрять и принимать именно эту систему коммуникации. Если ребенок может говорить, тогда поощряйте его за устные слова и требуйте их. Если ребенок может обращаться с жестами, то поощряйте и требуйте от него жесты. Очень часто я вижу, что дома ребенок использует множество неэффективных и слабых видов коммуникации, и это проблема, которую необходимо решить. Начните поощрять только одну систему коммуникации, и убедитесь, что в семье все понимают необходимость этого. 4. Ограниченный доступ к поощрениям: Никакого «свободного доступа» или «кусочничанья». Свободный доступ означает, что если ребенок просто «обожает» мультфильм про Дашу Следопыта, то у него есть возможность смотреть Дашу часами каждый день. Кусочничанье означает, что если ребенок просто «обожает» крендельки, то он в любой момент может прийти на кухню, открыть буфет и взять целую горсть крендельков. Если у вашего ребенка есть свободный и неограниченный доступ к тому, что больше всего ему нравится, то как вы будете поощрять его за верное поведение? Позитивное поощрение - это эффективная и критически важная стратегия для обучения вашего ребенка новым навыкам. И когда я слышу от родителей: «У нее просто нет никаких поощрений!», то очень часто это означает, что у ребенка нет необходимости работать ради чего-то, потому что у нее есть доступ ко всему, что она пожелает. 5. Активные стратегии по предотвращению побегов: Риск побега - это огромная угроза безопасности для многих ребят с аутизмом, особенно для невербальных детей. Вы можете начать учить ребенка, что убегать нельзя, с самого раннего возраста. Вместе с рутиной дома (видите, как она важна?), у вас должны быть правила поведения в доме. Правило насчет побегов может звучать как: «Надо спросить маму, прежде чем выходить на улицу». Сделайте визуальные подсказки о правиле «Остановись и спроси» и расположите их рядом с каждой дверью. Когда ребенок приближается к двери, ему нужно напомнить, что он не может выходить на улицу один. Учите ребенка подходить к вам и использовать свою систему коммуникации (PECS, жесты, планшет и так далее), чтобы попросить «гулять». Я предлагаю закрывать визуальные подсказки на ночь, чтобы обозначить, что теперь выходить на улицу вообще нельзя. Или можно повесить другую подсказку, например, «Подожди». Объясните ребенку, что можно выходить на улицу, только когда светит солнце. 6. Доска для выбора: Мне всегда нравится учить моих ребят навыку делать выбор. Ведь собственный выбор - это основополагающее право каждого человека, но когда речь идет о детях с инвалидностью, это право часто игнорируется. Многие виды проблемного поведения можно уменьшить или вообще искоренить, если просто предоставить ребенку больше возможностей для выбора, например, где ему сидеть, какой фильм смотреть, пить ему сок или молоко. Для того, чтобы помочь ребятам сделать выбор, я обычно делаю визуальную доску выбора, на которой располагаются карточки, обозначающие их любимые занятия, продукты или игрушки. В течение дня я множество раз демонстрирую им доску выбора и позволяю им выбирать, чем занятся, что есть или с чем играть. В зависимости от ребенка доска выбора может обновляться с различной регулярностью, если ребенку надоедают его поощрения. Мне также нравится пользоваться доской выбора, потому что она учит рассматривать разные предметы и выбирать один из них. Если у вас невербальный ребенок, то вместо того, чтобы бегать вокруг, пытаясь понять, что ему нужно, пока он вопит и кричит, просто протяните ему доску с картинками и скажите «Выбирай». 7. Условия для приучения к туалету: Речь идет о большой стратегии, которая нужна во многих домах, но очень редко в них встречается. Даже если ваш ребенок пока слишком маленький для приучения к туалету, вы должны начать эту стратегию немедленно. Меняйте подгузники только в ванной комнате, приучайте ребенка помогать вам при одевании и раздевании, пусть он сам выбросит испачканный подгузник, а потом помоет руки. Вы учите всему, что связано с туалетом, помимо, собственно, сидения на унитазе. Ребенок привыкает к ванной комнате и усваивает многие навыки, которые понадобятся ему позже (например, как расстегнуть молнию на штанах). Для сложных навыков, например, мытья рук, сделайте пошаговое визуальное расписание. Если ребенок испачкался, то он должен участвовать в переодевании, выбросить подгузник или испачканные трусы, помыть руки. 8. Предметы для мультимодальной сенсорной стимуляции: Это напрямую связано с уменьшением повторяющегося, самостимулирующего поведения и гиперактивности. Если ребята слишком много времени тратят на стимминг, родители часто просят меня уменьшить его. Ну, стимминг для чего-то нужен вашему ребенку. Так что я всегда рекомендую перенаправить его, а не подавалять. Подберите предметы, с которыми ваш ребенок сможет манипулировать и взаимодействовать, чтобы получить нужную сенсорную стимуляцию, так что ему не придется целый день бродить по дому и мычать, трясти руками или кружиться на месте. Возможные варианты включают большие гимнастические мячи, батут, сенсорные коробки с разнообразными предметами, светящиеся игрушки, пальцевые краски и так далее. 9. Рабочее место для самостоятельных занятий:Завершение задач - это одна из моих самых любимых программ. Я люблю эту программу, потому что она обучает навыкам досуга (мои ребята практически никогда не имеют навыков уместного досуга, когда я с ними встречаюсь) и независимости. Вам приходится развлекать ребенка целый день? Если вам нужно позвонить, постирать или отправить письма по электронной почте, ваш ребенок сможет занять себя? Если нет, то его необходимо обучать независимым занятиям. Выделите небольшое рабочее место, подберите несколько занятий и установите таймер. Учите ребенка выполнять задания, пока таймер не сработает, а затем дайте ему большое поощрение. С течением времени занятия за рабочим местом можно добавить к визуальному расписанию (видите, почему оно так важно?), а ребенок сможет самостоятельно перекусить, прибраться, сделать два занятия за рабочим местом, начать делать домашние задания и так далее. 10. Место для отдыха: Это еще одна стратегия, которую бы мне хотелось встречать чаще, потому что очень часто она необходима. Ребята с аутизмом испытывают сильные перегрузки и чрезмерную стимуляцию в течение дня, что выливается в капризы, нытье, истерики и самоагрессию. Очень часто я наблюдаю, как родители берут на себя всю ответственность за эмоции ребенка. Например, поднимают ревущего ребенка, укачивают и утешают его, пока он не перестанет плакать. Во-первых, этим они подкрепляют проблемное поведение. Во-вторых, нам важно с самого раннего возраста учить детей, что они могут контролировать свои эмоции. Выделите тихий угол в доме и положите туда предметы, помогающие успокоиться (подушки, напольные мешки, гимнастический мяч и так далее). Когда ребенок расстроен или страдает от перегрузки, объясните ему, что ему нужно успокоиться, например: «Ты плачешь и бросаешь игрушки. Тебе нужно успокоиться». Направьте ребенка в место для отдыха и помогите ему заняться чем-нибудь успокаивающим, например, глубоко и медленно дышать, считать до пяти и так далее. Используйте визуальные подсказки, чтобы показать ребенку, какие шаги нужно сделать, чтобы успокоиться. Хвалите и поощряйте ребенка за улучшения в его настроении. С течением времени вы сможете просто говорить ребенку, что нужно пойти успокоиться, и он сможет самостоятельно пойти в место для отдыха, практиковать упражнения для релаксации и вернуться, когда почувствует себя лучше. Успокаивающие стретегии (их визуальные подсказки) нужно всегда носить с собой и пользоваться ими в любой обстановке. Важно не само место, а то, что вы учите ребенка регулировать собственные эмоции. http://www.fl-life.com.ua/wordpress/archives/10445

Миша

22 года 9 месяцев

Маша

20 лет 11 месяцев

Удалить 0 записей?