Привели Тасю на пляж. Тут же помчалась в море. Море неспокойное, волны, сносит взрослого человека, по фиг. Визжит, смеётся, прыгает. Нахлебалась воды, пофыркала, как простуженный морж, и снова в волны. Страха нет вообще. Начали вытаскиваться на берег, учинила скандал, рвалась назад. Вынесли, закутали в полотенце. Начался дурдом: оглядиться, установит направление и топает к морю, вернём, поорет, и опять к морю. С упорством только вылупившихся черепашек, которые несмотря на все трудности ползут к воде. Родители детей, которые визжат дурниной от одного вида волн, пытающиеся хоть побрызгать на своё чадо (не зря же на море приехали), смотрят на нас с завистью. В перерывах между скандалами, закидала песком пожилую пару, отдыхающую рядом.

Утро. Тася проснулась в 6-15. Повисев на груди минут 20, деловито перелезла через мужа, цапнула его телефон, включила себе мультики. Мы вздыхаем с облегчением: минут 25-30 можно подремать. Главное, следить, чтоб эта зараза, не начала звонить людям в такую рань. Мультики надоели, перелезла через меня, попутно заехав пяткой в нос, взяла пупса. Несколько минут играла с пупсом. Я проснулась окончательно, потирая ушибленный нос, встала и поплелась собираться на работу. Зевая и поругиваясь про себя, засунула голову под кран. Услышала возмущённый вой и успокаивающий голос мужа. Вышла выяснять причину возмущения. Оказывается, ноги пупса кривые и никак не хотят становиться ровными. Все время моего сбора на работу и готовки завтрака, неотступно следовала за мной, подвывая и предъявляя кривые ноги пупса. Завтракала тоже в дурном настроении, чертов пупс окончательно выбил ее из колеи. Я увещевала, успокаивала, отвлекала. Бесполезно. Я озверела. Гаркнула. Успех нулевой. В какой-то момент, я, чувствуя, что голова разрывается от нытья, в очередной раз, сорвалась на позорный визг. Примчался папа в голубой каске с риторическим вопросом: "Что случилось у моих девочек?!" Я продолжала визжать: "Какого хрена, мне на работу идти, а у меня уже сил нет!". Тася сидела в стульчике, постреливая глазами, мирно сложив ручки, всем своим видом говоря:"А че я, а че я, эта женщина неадекватная, орет, как потерпевшая." Я, неожиданно для себя, разревелась. Утирая сопли и слезы, я твердила мужу:"Мне 43, я воспитала двух чудесных детей, почему я не справляюсь с этой заразой?" Вечером рассказала сыну, он жутко веселился: "А что ты хотела, мам! Ты всегда говорила, что в нашей семье один человек со скверным характером -это ты! Тася тебя подвинула в нашем прайде!"

Как воспитатель, я терплю жесточайшее поражение. Тася совершенно не поддаётся дрессуре. Раньше я свысока смотрела на родителей с орущими детьми, теперь же я опустив глаза, несу своё визжащее и брыкающееся чадо, чувствуя себя кэролловской Алисой с поросёнком. Вывожу на прогулку я нарядную, разодетую девочку, завожу обратно грязное, зареванное чудовище в порванных на коленках колготках. Тася совершенно не признает дорожки, а все норовит влезть на газоны, а если их ещё и полили, вообще праздник жизни. Я разворачиваю её, она орет, потом насупившись, демонстративно садиться на корточки. У меня такое впечатление, что она сейчас выбросит щелчком бычок, сплюнет и обматерит меня. В парке будет единственная лужа, но она будет тщательно измерена, а далее осушена за счёт длительных прыжков. Вчера носилась по ступеням, упала раз надцать, разбила лоб, расцарапала нос, но упорно продолжала делать то же самое. Как говорит мой муж:"Страха нет, один задор!". Когда по выходным в парке многолюдно, я наблюдаю за другими детьми, и, вполне возможно, мне кажется, но я не вижу ни одного ребёнка, ведущего себя так же отвратительно. Девочки с бантами и в белых платьицах чинно сидят в колясках, поглядывая по сторонам. И тут несётся моя,с вихром от содранной заколки, с налипшей грязью на туфлях, в драном, грязном наряде. А следом - взмокшая мамаша, по ходу поднимая сбитых, ошарашенных детей, заискивающе извиняясь перед их родителями. Эх, не надо было мне свысока смотреть на родителей невоспитанных детей!

Надеялась завязать с грудным вскармливанием весной. Не вышло... Тася приболела, грудь служила вместо кляпа. После болезни стала просить, нет, требовать грудь чаще. Раньше только утром, на дневной сон, на ночной сон, теперь же появились несанкционированные дневные прикладывания. Стоит только присесть, несётся с радостным гиканьем, забирается на колени и лезет за пазуху. Конечно, дамы из ГВ-сообщества, возможно, были бы в восторге от такого положения вещей, меня же уже трясёт мелкой дрожью. Особенно раздражает появившаяся недавно привычка ковырять пальцем другую грудь. Я уже закрываюсь, как могу, нет, психует и применяет грубую силу. Надо было отучать раньше, но с нашими постоянными разъездами... Каждый раз: вот, сейчас сьездим туда-то, и будем отучать. В итоге - год и восемь, на носу лето, куда уж...

Сказка Дональда Биссета "Забытый день рождения". Соответствует суровой действительности: Тася третий день температурит, меня сегодня прооперировали. Веселуха, а не днюха! Правда, весь день друзья, знакомые и родственники поздравляли, звонили, переживали. Подарков, цветов надарили. Пробьёмся. Все хорошо!

Когда я в первый раз ехала в Прагу, в голове крутилась строчка Высоцкого: " И Прага сердце мне не разорвала..". Моё сердце Прага разорвала. Город действительно живой, не зря многие бывалые путешественники уверяют, что Прага не терпит небрежного отношения. Если же ты впитываешь ее по капле, ощущая каждой клеткой, она откроет множество чудесных тайн. Мне повезло, я видела Прагу и в рождественском убранстве и в пасхальном. Красота, доложу я вам, неимоверная. Это Вояновы сады в декабре. А это Вацлавская площадь на Пасху. Зося трёт фигурку Яна Непомуцкого на Карловом мосту и загадывает желание. Говорят, обязательно сбудется, только, если помыслы чистые. Вот такая она, Прага. Я немного завидую пражанам, повезло же жить рядом с такой красотой. Хотя наши друзья, живущие там довольно долго, уверяют, что в каждые наш приезд, они узнают о Праге много нового. Вот уж поистине не ценишь, что имеешь!

Ну что за издевательство! С мужем Тася укладывается на дневной сон в течение 3-4 минут, спит 1,5 часа. С моей мамой- в течение 2-3 минут (маме нельзя поднимать тяжёлое, так Тася сама забирается на нашу кровать и устраивается поудобнее), может проспать часа два. Я укладываю её спать 40-50 минут, под конец начинаю орать, грозить всеми небесными карами, и спит эта зараза у меня минут 45. Муж лицемерно сочувствует фразой из "Мимино":" Слушай, совсем тебя этот ГАИ не уважает!"