Вчера мы вышли с сыном на рынок с беговелом. Сын едет, я иду. Всё было хорошо, но потом новые штаны натерли сыну попу. На полпути он бросил велик на дороге и сказал, что больше не может ехать. Совсем. Окей, пойдем пешком - Нет. Тогда давай вернемся домой - Нет. На автобусе - Нет. Вернемся. Домой. На автобусе - Нет. Началась классическая истерика, которая стала жестче, поскольку я не сдержалась и повысила голос. Включить активное слушание я смогла только через 20 минут. Всё это время, пока мы ждали автобуса и ехали 4 остановки до дома, сын громко кричал и плакал, колотил меня, отказывался обниматься и ничего не хотел слушать.

Буду ему с трех лет твердить: "Милый! Ты не обязан становиться инженером. Ты не должен быть юристом. Это не важно, кем ты станешь, когда вырастешь. Хочешь быть патологоанатомом? На здоровье! Футбольным комментатором? Пожалуйста! Клоуном в торговом центре? Отличный выбор!»

И в свое тридцатилетие он придет ко мне, этот потный, лысеющий клоун с подтеками грима на лице и скажет: "Мама! Мне тридцать лет! Я клоун в торговом центре! Ты такую жизнь для меня хотела? Чем ты думала, мама, когда говорила мне, что высшее образование не обязательно? Чего ты хотела, мама, когда разрешала мне вместо математики играть с пацанами?"

- Вообще нисколечко сама не играет! Всегда рядом с ней кто-то должен быть. Чтобы я могла обед-ужин приготовить, к нам бабушка приходит. К счастью, у нас бабушка живет с нами в одном подъезде. Мы специально так квартиры выбирали, чтобы рядом жить. Пока она с бабушкой играет, я могу свои дела на кухне переделать.

В детстве девочка впервые узнает о том, кто она, в зеркале, которым для нее является лицо ее матери. Она понимает, что ее любят, и это чувство - что она достойна любви и внимания, что ее видят и слышат - придает ей силы, чтобы расти и стать самостоятельной личностью. Дочь нелюбящей матери - эмоционально отстраненной, или непостоянной, или слишком критичной и жестокой - очень рано получает от жизни другие уроки. Она не знает, что произойдет в следующий момент, какая мама будет с ней завтра - хорошая или плохая, она ищет ее любви, но боится, какая реакция на этот раз последует, и не знает, как ее заслужить. Амбивалентная привязанность к такой матери приучает девочку к тому, что отношения с людьми вообще ненадежны и им нельзя доверять, избегающая привязанность устанавливает в ее душе ужасный конфликт между ее детской потребностью в любви и защите и тем эмоциональным и физическим насилием, которое она получает в ответ.

У нас как то в последнее время стало очень модно думать, что главная потребность среднестатистического ребенка от года до пяти - как можно более выгодно сфотографироваться для маминого инстаграма. Некоторые еще очень хотят срочно научиться читать и писать сразу на трех языках, есть экологически чистую пророщенную пшеницу и носить сначала памперсы из фермерского бамбука, а потом дизайнерские вещи (минимум три переодевания в день). С детьми после пяти вообще все просто. Главная их потребность - айфон. Ну, может быть еще айпад. Лучше - и то другое. А когда подрастет, тогда уж и икс бокс можно прикупить.

Проблема:
Иногда маме нужно срочно заняться чем-то важным, а ребенок именно в это время требует, чтобы мама с ним поиграла.

Однажды в поликлинике мы с малышом в слинге стояли в очереди. И со мной разговорилась одна мама с малышом на руках. Она мне говорит: «Вы всё время так носите?» «Да», - говорю. «А мне все твердят, что надо отучать, а то потом тяжело будет. А Вы не боитесь к рукам приучить?»

Полезные советы от филолога и радиоведущего Леонида Клейна

* * *
Привычка к чтению как дворянство, она может быть потомственной, а может быть личной. Правда, личное читательское дворянство - штука крайне редкая.

В очередной раз убедившись, что все до чего я "сама" додумалась уже кем-то придумано, решила не тратить время не переписывание истин. Буду собирать здесь статьи, которые мне близки идейно или над которыми хочется поразмышлять и вернуться к ним вновь. Вот одна из них

Небольшой отчёт о пройденном за месяц пути, удачах, неудачах и новых знаниях.