сенсорная депривация

В 1954 году Джон Лилли изобрел изоляционную кабину – приспособление, сводящее к релаксирующему расслаблению мышечную активность и минимальному влиянию на мозг человека внешних раздражителей – световых, звуковых и прочих. Экспериментируя над собой в невесомости наполненной водой кабины, Лилли пытался изучать особенности мозговой деятельности. Взяв за основу некоторые факторы изоляции сенсорики, и исследуя их воздействия, психологи и исследователи ряда университетов получали совершенно разные результаты по конечному воздействию на испытуемых ими добровольцах.

После нескольких лет исследований, в 1997 году Дж. Лилли решился прокомментировать свои эксперименты. Лилли отмечает, что после периода напряженности, которую он чувствовал сам, постепенно наступает новое состояние сознания, сопровождающееся множеством зрительных образов. Когда субъект принимает эти явления спокойно и не рассматривает их как патологические, они позволяют ему испытать своеобразное ощущение «океанской волны», которое достигает такой интенсивности, что несколькими часами позже, в момент выхода из изолированной камеры, он чувствует себя вновь рожденным. Отдаленные последствия повторных экспериментов Д. Лилли и Д. Ширли были определенно благоприятными: испытуемые обрели «новую внутреннюю уверенность и новую интеграцию», начали лучше понимать свои побуждения и свои действительные внутренние желания. Так как человек, находящийся в условиях сенсорной изоляции, оказывается лицом к лицу со своим внутренним миром и представляющими этот мир образами, целесообразно рассмотреть их составляющую, которая аналогично проявляется во время обычного сна.

Канадские психологи из группы профессора Хебба (Бекстон, Херон, Скот и Доан) пытались систематически имитировать крайне однообразные условия. Здоровые студенты высших учебных заведений (добровольцы) лежали при этих испытаниях на удобной койке в небольшой звуконепроницаемой камере, на глазах у них были прозрачные очки, пропускавшие лишь рассеянный свет без форм, руки были покрыты от локтей до кончиков пальцев картонными муфтами, уши были закрыты резиновой подушечкой при постоянном легком звуке вентилятора. Они лежали так целыми днями бездейственно, без движения и лишь при желании отправлялись есть или в уборную. Они могли говорить в микрофон, висящий у них перед ртом, и могли прослушивать инструкции из небольших наушников. Через несколько часов пребывания в подобной изоляции целенаправленное мышление начинало их все больше затруднять, внимание не удавалось ни на чем сосредоточить, внушаемость становилась явно повышенной.

Целый ряд серьезных психических нарушений констатировали у своих испытуемых также работники Гарвардского университета Менделсон и Фоули, а также другие исследователи, которые стремились не столько к ограничению интенсивности сенсорных стимулов, сколько к их вынужденной структуре. В поставленных ими экспериментах здоровые добровольцы (студенты, врачи) проводили до 36 часов в респираторе (применяемом при бульбарных полиомиелитах) с открытыми кранами и с включенным мотором, который издавал монотонное гудение. Из респиратора они могли видеть лишь небольшую часть потолка, цилиндрические муфты препятствовали тактильным и кинестетическим ощущениям, в двигательном отношении испытуемые были весьма ограничены. При этих условиях лишь 5 человек из числа 17 смогли остаться в респираторе в течение 36 часов. У всех испытуемых отмечались затруднения при сосредоточении, периодические состояния тревожности, у 8 имелись затруднения при оценке реальности (от псевдосоматических бредовых идей вплоть до настоящих зрительных или слуховых галлюцинаций), 4 впали в тревожную панику и активно стремились выбраться из респиратора.

Таким образом, у здорового неподготовленного человека сенсорная депривация часто индуцирует галлюцинации, он сам вызывает дополнительную стимуляцию, как правило, тревожного-фобического характера, а для подготовленного опытного – она может стать ресурсом самопознания.

Второе, точно не про меня... а жаль