Едем в гости
Яша: мама, я хочу быть пионером!
Я: ык. (Мысли - что мы читали, что смотрели? это что сработало, "Почемучка" Житкова, так почти два года уже назад... или мне нефиг было петь в ванной "Что тебе снится, крейсер Аврора" и "Отряд Щорса"?!.) ык. ыЫк. А почему ты принял такое решение?
Яша: потому что их пускают в двухэтажный автобус!
Понятно - перепутал "пионер" и "турист".
Яша: а как Горлум попал в пещеру.
Я: Ну...эээ.... он спрятался под горой.
Яша: а зачем?
Я: не знаю.
Яша, со знанием дела: а, знаю. Он спрятался туда от бомб...
я: за границей есть законы против жестокого обращения с животными. Если человек плохо обращается со своей собакой, его могут оштрафовать или даже посадить в тюрьму.
Яша: ну, это как-то несправедливо - из-за собаки человека в тюрьму сажать. Все-таки человек.
Я: а по-моему, справедливо. Собака ведь не может даже пожаловаться...
Яша: Нет, все равно - сажать человека в тюрьму из-за собаки - жестоко. Такого человека надо просто застрелить стрелами.
Я: но он же тогда совсем умрет!
Яша: да, но это не так жестоко и справедливее.
Хотела бы я знать, что он подразумевает под справедливостью?!
Яша прибегает в комнату.
- Мама! У нас на кухне арбуз испортился!
я с утра с трудом вспоминаю, что на столе лежит тыква.
- Яша, как ты это определил?
- Мама, этот арбуз совсем побледнел!
- А вот был бы у нас фонарик, было бы светло, как утром
- Зачем, Янь? В вечерних сумерках есть своя прелесть.
- Из бесполезностей я люблю утро и снег утром.
Яша: дождик пошел в туалет!
я: ?!
Яша: Ну видишь, капает. И погода притаилась...
позже:
Яша: Дождь как фонтанчик!
Заходим в м. Маяковского. А там, натурально, барельеф Маяковского.
Яша: Мама, это Маяковский? Он кто, поэт?
Я: да, поэт.
Яша: А он уже умер?
Я: да.
Яша: а что он написал?
Я: Упс. Читаю на память "Что такое хорошо и что такое плохо". попутно обнаруживаю, что "Что ни страница, то слон, то львица" и "Кем быть" я уже до конца не помню.
Яша: а еще? Читаю "Я сразу смазал карту будня..."
Яша: я правильно понял, что в России есть не один только великий поэт, Пушкин? Поэтов два?
Тихо ржу. рассказываю, что в каждой стране есть свои великие поэты. Яша тут же требует назвать поэтов Англии, Франции, Германии, Америки, Японии... чуть не посадил меня в лужу - спросил с меня великих поэтов Израиля. А я в десять ночера соображаю туго, говорю - Зеев Жаботинский. Потому что больше никого вспомнить не в силах. А тут Яша и начал требовать, чтобы я читала стихи. Ничего из Жаботинского я вспомнить тем более не в силах. Еле увернулась - сказала, что лучше прочту из Киплинга что-нибудь.
Короче, случился по дороге домой вечер поэзии (уж не знаю, что думали пассажиры метро и автобуса). Между прочим, прочла Брюсова "Тень несозданных созданий...". Спрашиваю, о чем это? Яша, уверенно: о месяце и луне, ясное дело. Как они колышутся. Во сне. А критики-то в начале века говорили - невнятное, невнятное... После каждого стихотворения Яша спрашивал: а это кто написал.
Между прочим, прочла что-то свое. Сказала, что это я написала. У ребенка случился когнитивный диссонанс. Он думал, что все поэты уже умерли.
