Каюсь, заварила я тут кашу, предложив 1 июня рассказать о детских книгах, и почти месяц сама металась из крайности в крайность. Что хватать? О чем рассказывать? Какое оно - самое-самое мое любимое из детства?

Каждый день вертелась в моей голове книжная карусель. Кандидаты один за другим выплывали в памяти, подмигивали, обращались по-дружески, щипали за сердце, терроризировали детскими воспоминаниями:

- "Расскажи обо мне? Сколько раз меня перечитывала, под подушку прятала, из рук не выпускала."

-"Нет, обо мне, я самая красивая была. Ты о каких сарафанах грезила, как себе каменья драгоценные представляла, как себе настоящую любовь в мечтах рисовала? Это же все с моих страниц."

- "Вот уж нет, посторонитесь, рассказывать нужно обо мне. Вы все уже в сознательном возрасте читались. А я из самых первых - детских воспоминаний. А говорить нужно о самом детстве."

- "А я, я всегда тебе напоминаю брата двоюродного. Помнишь, как ты обрадовалась, когда мою обложку в интернете увидела. Как сразу про меня вспомнила".

- "Про меня расскажи. Про сказки многие напишут. А ты про стихи напиши. Ведь стихи хороши. Лучше любой прозы порой."

- "Про меня. Не модно нынче про меня говорить стало, стыдно. А ведь хорошие были книжки. Светлые и добру учившие. И я - кусочек твоего детства. Без которого всей правды все-равно не будет."

- "Зачем тебе про то, что и как ты читала. Расскажи про то, как ты в мой мир попала, как жила там. Как была мной. Как это было головокружительно, весело, захватывающе. И совсем не так, как в книге. По-твоему. По-настоящему..."

- "А я..." "А про меня", "Вспомни-ка"... Выбегали из закромов памяти очередные кандидаты.

И я уже не знала, как остановить эту прекрасную, но все-таки вакханалию.

Решила действовать по справедливости - написать по несколько слов о тех книгах, которые всплыли в памяти первыми. А про остальные может быть когда-нибудь позже, если руки дойдут. Ну что, книги мои, все согласны?

Тогда, номер один

Прошу на сцену - выплывай "Лебедушка".

"Лебедушка. Русские волшебные сказки". Художник И. Кузнецов. М.: Детская литература. 1983 г.

Если у вас дома была такая, я уверена, сердце непременно сейчас забьется сильнее и воспоминания волной детства окатят с головы до ног.

Я могла ее перечитывать бесконечно. Все сказки - самые любимые. Все иллюстрации - самые завораживающие. Если не было у вас Лебедушки, может они и не захватят воображение. Но поверьте, есть в них и сила и тайна, которые поглощают детское воображение надолго и не отпускают и спустя многие годы.

Для меня в этих иллюстрациях все - и тайна, и опасность, и приключения, и страсть, и предательство, и надежда и мечта.

И сказки в сборнике подобраны одна другой лучше. У каждой свой рассказчик. И каждый из них мастер русского слова и русской души знаток. И многоголосье это - прекрасное, потому что каждая сказка имела свой, неповторимый характер, и в то же время книга оставалась единым целым благодаря прекрасным иллюстрациям.

Иван царевич и Марья Моревна. Пересказ А. Нечаева. - Сказа про Василису премудрую. Пересказ Т. Габбе. - Безручка. Пересказ А. Платонова. - Гуси-лебеди. Пересказ А. Толстого. - Финист - ясный сокол. Пересказ В. Корольковой. - Сказка о серебряном блюдечке и наливном яблочке. Пересказ Н. Немоляева. - Царевна-лягушка в пересказ. А. Н. Толстого. - Мудрая жена. Пересказ А. Нечаева.

Если кто захочет окунуться в ностальгию или просто посмотреть больше иллюстраций. Вам сюда.

А у нас в программе пункт второй.

Мой прекрасный Аленький цветочек. Краше которого нет на всем белом свете.

С Аленьким цветочком у меня, если что, особые отношения. Это благодаря ему я - Настя. Родители с именем долго определиться не могли. Я уже несколько дней как жила на свете, а как меня звать-величать они все не ведали. И тут на мое счастье по телевизору показывали мультфильм по одноименной сказке, а там Настенька. И все, с тех пор так и зовут меня. Эта сказка в моей жизни еще несколько раз свою роль сыграла, но это уже совсем другая история.

В общем, как вы можете понять, у меня есть все основания судить о том, какой Аленький цветочек - самый аленький.

Мой выбор однозначно в пользу Ионовой.

Мне даже можно было не открывать книгу. Когда тут такая обложка. Все эти башенки чудесного терема, и лестницы и ставенки резные, и волны, и просторы, и паруса почти алые.

Но под обложкой. Под обложкой тоже таились красоты небывалые. И я могла смотреть-смотреть-смотреть. И мечтать. Казалось бы, столько лет прошло. Но когда я снова увидела эти иллюстрации, в памяти всплыл каждый камушек на красивых коронах, каждая ленточка и тесемочка на платьях. И Чудище. Какое здесь чудище. Если честно, в образе прекрасного принца оно мне нравится намного меньше. Я бы и такого всей душой любила )))

Так, остановите меня кто-нибудь, а то я выложу все развороты.

А они, собственно. говоря, уже итак все, красавцы, лежат - вот здесь

Мы же с вами переходим к пункту номер три.

Это что-то из совсем раннего детства. В котором только закончился волшебный сон, а на столе уже чашка настоящей, пахнущей лесными полянами, земляники - папа успел принести. И немножко досадно на себя, потому что вот уже сколько удивительной жизни в новом дне было у родителей, а я только глаза открыла. Но, ничего, сейчас землянику съем, и наверстаю...

Таня, она такая же. Она как я тогда, и как детство. И какой был вкусный пирожок у нее в руках! До сих пор хочется хоть кусочек отщипнуть.

А год назад примерно, когда Ваня только начинал ходить уверенно, мы стояли на крыльце, я, и он: в коротких шортиках, в обаятельных тапочках, с непередаваемо милыми детскими коленками - за перила держался. И у меня все внутри подпрыгнуло - где-то я уже видела, вот такое же трогательное детство. И вспомнилась Таня на крылечке. И так тепло стало, оттого, что два наших детства вдруг на секунду объединились в одно.

Прекрасные иллюстрации Коптеловой обитают вот тут.

А у нас номер четыре.

Хорошая книга, в которой есть интрига, и обида, и преданность, и умение признавать ошибки. А еще в ней есть мой двоюродный брат - Максим. Ну, т.е. мне всегда казалось, что это непременно мой Максим. И если мы долго не виделись, то я читала эту книжку, и как-будто становилась к нему чуть ближе. Признаться, забыла про нее совсем. Но однажды, ползая по книжным сайтам, наткнулась на обложку. И с улыбкой идиота смотрела на экран минут 15. Погружение в детство, оно такое... Что с меня возьмешь )

Может плохо искала, но всех разворотов не нашла в интернете. Вот пара страничек еще, вдруг такие же как я ностальгирующие найдутся.

Кто? Кто идет у нас под номером пять?

Может, это серый кот
...?
Или это черный пес
...?
Или это курицы,

Залетели с улицы...?

Только Петя Бородин -
Он.
Виноват во всем один
Он.

На самом деле Петя Бородин тут почти совершенно ни при чем. А виноватых, я так считаю, двое - поэт Александр Введенский и художник Лев Юдин. Потому что эти двое знают что-то такое про детство, такое... что эту книгу я помню до сих пор. Она была чуть ли не первой книгой, о которой я подумала, начав собирать библиотеку для сына.

Я честно терпела рассказывая о предыдущих четырех изданиях, но на этом, пятом, моему терпению пришел конец, и я хочу очень серьезно спросить. Кто? Кто уже наконец-то возьмется и переиздаст это необходимое каждому ребенку стихотворение в таком виде?

Все прекрасные развороты вот здесь.

Пункт шесть, конечно, Ленин и дети.

Мы - дети. И Он - Ленин. И пусть сейчас не модно, и переизданий ждать было бы странно. Но он был в моем детстве. И все книги про него, все, которые я читала, были хорошими, и добрыми, и талантливыми. И у меня о них только самые светлые воспоминания.

И они - это мое детство. И мне не стыдно в этом признаться.

А вот страничка, которая волновала мое детское сердце больше других. Книга "Секрет", о том как дети семьи Ульяновых готовили подарок маме.

Ох, сколько бы сокровищ я отдала в детстве: и баночку из под духов с драгоценными камнями, и брошку в форме часов, на которых крутились стрелочки, и... в общем, вы уже поняли, что меня можно было обобрать до нитки, если бы вы владели рецептом загадочного колобка, который держит в руках младшая дочка Манюня. Если что, я и сейчас за ценой не постою. Может кто в курсе, а?

А у меня в рукаве остался только последний, седьмой номер. Тут кто-нибудь живой еще есть? Стоит вообще продолжать дальше рассказывать?

Ладно, ладно, Гаянэ, я знаю, что ты здесь...

Тогда слушай про моего Поросенка Плюха.

Я вам точно не скажу, какой это был класс. Но по моим ощущениям, 5-й - 6-й, не раньше. Клянусь, половину этого самого класса мы с подругой играли в Плюха.

Причем, сдается мне, что Плюхами были мы обе, по очереди. И домик у нас был на дереве. У меня на втором этаже - у нее - на третьем. Я до третьей ветки на тополе не дотягивалась. Алена была и остается более высокой красавицей...

Я не помню почти ничего из той нашей игры. Но если бы мы тут с вами ассоциациями тешились, и вы бы мне сказали слово - детство. Я бы вам в ту же секунду ответила: Поросенок Плюх.

Жить в мире Плюха было захватывающе и интересно. Все вокруг было другим. Все вокруг были другими.

И вы знаете, что самое удивительное.

Когда дочери Алены исполнилось пять лет, я ей отправила подарок - книгу про Поросенка Плюха. Могла бы даже без сопроводительной открытки. Алена все-равно догадалась бы, от кого...

Так вот, она получила книгу и спросила: "Слушай, я уже не помню, мы с такими же иллюстрациями читали". А я сама на тот момент своего Плюха еще в руках не держала. Только развороты смотрела в Лабиринте. И я тоже не помнила.

Уже потом, когда долгожданная книга (второй экземпляр - первый на почте потеряли), ко мне попала, я полистала и поняла - те же... Но как-то так, смутно. Это первые иллюстрации, которые не прозвучали, не отозвались детством. Не потому, что они плохие, они отличные, просто потому, что книга брала уже другим - не картинками, как раньше - историями.

Мы были тогда в пятом классе, а может и старше...

И Плюх именно в этом возрасте оказался для нас всем.

Это я к чему. Дорогие мамы, не думайте, что в 4 года ваши дети переросли миллион книг, не спешите. Конечно, детство проходит быстро, но не настолько. И в 10 лет дети остаются детьми. И иногда они могут достать с полки совсем малышковую на наш, взрослый взгляд книгу, и... попасть в сказку.

Чтобы потом, спустя многие долгие годы вспоминать, какое радостное, искристое, волшебное было у них детство.

P.S. А молоко ваше я не пила. Вот. Видите - руки чистые и глаза - честные...

признание

Похожие записи