Сегодня не о детях. Или почти не о них.
В своих лекциях психолог Александр Колмановский сравнивает ощущение тревоги с тяжелой грозовой тучей. Она везде следует за тобой и давит на тебя сверху, не давая возможности выдохнуть, посмотреть на ситуацию со стороны, отвлечься, проявить творческий подход.
Сегодня я обнаружила себя в таком подавленном состоянии. Зная это сравнение с тучей, я легко определила, что это тревога, а не предчувствие чего-то там.
А когда знаешь название своей эмоции, то прожить ее уже легче.
***
Завтрак. Смесь. Посадила дочь в стульчик для кормления, надела нагрудник и дала в новой ложке смесь. Залить в рот не получилось, слишком жидкая. Но дочь открыла рот на ложку три раза: два раза на новую ложку и один раз на старую.
Второй завтрак. Немецкие панкейки. По сути это блинное тесто, запеченное в формах для маффинов. Дочери выдали один, без корочки. Ей понравилось, долго мусолила во рту, что-то съела. Оставшуюся часть запихала в рот целиком, но справиться не смогла и выплюнула. Смесь.
Обед. Суп с фрикадельками. Дочери развела кашу. Она открыла рот, немного лизнула и отвернулась. Дала кусочек хлеба. Смесь.
Полдник. Смесь.
Ужин. Свинина в сметанном соусе с рисом. Смесь. Съела три щепотки риса, больше не захотела, мясо выплюнула. Жевала батон. Смесь.
На ночь и ночью смесь.
***
Вот и прошла неделя полного отказа дочери от прикорма, когда я не кормила ее с отвлечением на игрушки или телефон. Кажется вечностью. Разницы в пищевом интересе я не заметила.
Расстроилась, что кашу она не стала сегодня есть. А ведь раньше кушала ее и улыбалась.
Сильно расстроилась.