В четверг поздно вечером раздался звонок, и Андрей скороговоркой выпалил:
- Мам, меня выпускают на выходные, приеду завтра где-то в обед, всё пока бай
- А... – только и успела сказать я
- Ну, что там? – проснулся Артур.
- Да вот, обещает завтра прийти, - расплылась я в счастливой улыбке.
- Да? А что говорит?
- Говорит, что придет завтра – терпеливо повторяю я.
- Ну ладно, завтра так завтра, – поворачивается на другой бок Артур. – А рассказывает-то что?
Назавтра меня уже с утра начало колбасить. На нервной почве я помчалась на кухню и поставила тесто сразу на пиццу на пирожки. Бульон у меня уже был, а окорочка я еще с вечера из морозилки вытащила, сразу, как Андрей позвонил.
Подошел озабоченный Артур:
- Ты это, с ума-то не сходи с готовкой, - и задумчиво продолжил – Плов я на прошлой неделе делал, так что сегодня надо будет приготовить лагман.
- Какой лагман, у меня тут уже окорочка маринуются!? Завтра свой лагман сделаешь!
- Ага, ладно. Завтра. А чего это тут у тебя? Не, я не волнуюсь. Так ты сама лагман сваришь или мне готовить?
И вот, наконец, долгожданный звонок:
- Мам, я уже в Иерусалиме. Мне на автобусе ехать или меня кто-нибудь на машине заберет?
Спустя бесконечные сорок минут я слышу восторженные визги из подъезда: это нашего воина окружила толпа соседей с объятиями и поцелуями под аккомпанемент «мамми» и «эйзе мотек!» («детка» и «какой сладкий!»), и наконец, наобнимавшись и нацеловавшись со всеми соседями (и особенно соседками) он поднимается домой с огромной шоколадкой наперевес – «чтоб твоя служба была такой же сладкой!»
Он пришел такой взрослый, такой серьезный... К сумке своей меня не подпустил – «я сам», форму попросил не только постирать, но и погладить – «парадную положено гладить», с гордостью демонстрировал, как надо правильно завязывать шнурки по-армейски и какие подарки ему надарили в день призыва. И рассказывал, рассказывал, рассказывал... Кормят много, но мясо – только раз в день (Артур выразительно хмыкнул), спят по шесть человек в комнате (Артур закряхтел), каждый день «заставляют мыться горячей водой» (Артур не выдержал: «Ну, блин, детский сад, а не армия!»). А я слушала, слушала, и не могла наслушаться... Мой мальчик – солдат. В голове не укладывается!
И вдруг у Андрея зазвонил телефон. Он глянул на номер, подобрался и боро рявкнул в трубку: «Кен, ха-мафакед!» («Да, командир!»). Командир звонил напомнить, во сколько у них в воскресенье подвозка на базу и сообщал, что Андрей может не ехать на центральную автостанцию в Иерусалиме, а сесть на автобус прямо возле дома – с номером автобусного маршрута и временем отправления... Артур опять фыркнул: «Ну, чисто детский сад!» - но как-то растерянно. Для человека, прошедшего армию «там», сложно принять действительность, в которой офицер выясняет для солдата расписание автобусов.
Ждем нашего солдата снова через две недели.
Ну и пара фоток с сестренками.
красивый рассказ.
