21 сентября - день рождения Стивена Кинга - писателя, который напоминает нам об ужасе внутри и вокруг нас.
******
Куратор и литературный критик Сергей Сдобнов рассказывает, почему весь мир каждый год читает новый роман короля ужасов и почему дети помогают взрослым не сойти с ума окончательно.
Стивен Кинг - идеалист и самый гуманный из популярных авторов, для которого писательство - труд и ремесло. Пишет он каждый день несколько тысяч слов, выпускает книги каждый год, и не по одной. В 1982 году Кинг и вовсе накатал за 10 дней 304-страничный роман «Бегущий человек». В Америке Кинга долго воспринимали как несерьезного писателя. Даже после вручения национальной книжной премии, высшей американской награды в области литературы, критики с презрением отзывались о романах самого издаваемого англоязычного писателя.
При этом он уступает только Шекспиру и Агате Кристи - общий тираж всех книг Кинга перевалил за 350 000 000 экземпляров. «Оно», «Мертвая зона» и другие произведения короля ужасов оказались близки сердцу читателей по всему миру, потому что все они построены на общих человеческих страхах: прежде всего, человек боится нарушения нормального образа жизни.
Агент Кинг.
В России книги Стивена Кинга воспринимают скорее как занимательные сериалы-мокьюментари с некоторой долей ужаса, возможного за окном условной учительницы из Саратова. Мы ведь никогда не знали, что такое нормальная жизнь. Попробуем вспомнить спокойный период в нашей недавней истории с понятными и логичными правилами игры. Кинг - наш, ему веришь больше, чем новостям на федеральном канале. Веришь эстетически, как большому художнику.
Кинг всегда показывает, как «что-то пошло не так»: то вдруг включится лифт в пустом отеле, то вещи и люди окажутся не теми, за кого себя выдавали. Кинг любит чувство страха за его бесконтрольность, высвобождение из привычного образа жизни. А идеальные обличители нормы - это дети.
Мир не любит тебя, Джони, но тебя любит мама.
Ребенок в книгах Кинга чаще всего обладает сверхспособностями: телекинез и телепатия у героев «Института», путешествие между мирами в «Талисмане», умение видеть сверхъестественное в «Сиянии». Благодаря этим особенностям дети спасают взрослые миры - от домашнего насилия, от терактов и безумия.
Именно в детстве мы познаем, что такое «хорошо» и «плохо», «можно» и «нельзя», и пока мы учимся, то еще видим границу между детской реальностью, где все возможно, и взрослым миром, где все понятия закреплены и любое нарушение порядка вещей вызывает ужас и отчаяние. Поэтому зло всегда старается убрать с дороги детей, как самых опасных своих врагов.
Кинг - наш, ему веришь больше, чем новостям на федеральном канале. Веришь эстетически, как большому художнику.
Ад на земле.
Кинг часто выбирает местом действия замкнутые пространства - тюрьму для смертников («Зеленая миля»), дом в американской глубинке («Кладбище домашних животных»), отель в горах («Сияние»). Во-первых, там у героев меньше шансов спастись от древнего проклятья, то есть от отеля, сводящего постояльцев с ума, и прежде всего от самих себя. Ужас всегда начинается в голове человека и потом уже разрушает его тело.
Во-вторых, замкнутые пространства - это метафора нашей жизни, ее вынужденного одиночества. С развитием технологий мы все больше времени замкнуты - в комнате или в мобильном телефоне, единственной версии мира, о которой уже бессмысленно спорить. В «Мобильнике» через сотовые телефоны зомбируют людей. Хотя Кинг иронизирует над слухами об инопланетянах и вышках 5G, главный посыл этого романа таков: людей, к сожалению, можно объединить сегодня только с помощью технологий и вирусной информации. Так и выглядит Ад на земле.
Бог? Нет, не слышал.
Мир Кинга всегда обречен, реальность невозможно спасти. Цикл «Темная башня» - утопическая рефлексия Кинга об этом. Одна из слабостей человека - завороженно наблюдать за катастрофой. Поэтому новости о землетрясении, теракте или ужасном убийстве всегда будут вирусными. Герои Кинга часто говорят «господи», на столиках в провинциальных американских отелях лежит томик Библии. Но никто не говорит о религии, никто не обращается к богу за помощью, когда начинается ужас. Героиня второго плана в «Институте» сидит на крыльце своего дома, а главный герой спрашивает ее:
- А что это вы вяжете? Шарф?
- Господь не придет в Своем облачении.
Бог, который может помочь, остался в мире до Кинга, но многие персонажи в его книгах откровенно религиозны и суеверны, как и американцы - читатели Кинга.
Бог, который может помочь, остался в мире до Кинга, но многие персонажи в его книгах откровенно религиозны и суеверны, как и американцы - читатели Кинга.
Один за всех.
Стивена Кинга называют королем ужаса, но все его книги в конечном счете говорят об одном: хочется спасти человеческое в человеке, даже если сами люди не готовы участвовать в этой авантюре. Зло в книгах Кинга начинают творить люди, а уже потом подключаются разные силы. В «Зеленой миле» нам долго рассказывают о работе тюремной системы в Америке 1930-х, на пике Великой депрессии, Миля - коридор смертников и пространство расчеловечивания. Потусторонние силы, проникая в наш мир, пользуются слабостями рода человеческого - алкоголизмом, завистью, недовольством собой и, главное, чувством, что с тобой поступили несправедливо.
Кинг распространяет свою доброту даже на переписку с читателями: одна старушка просит его быстрее закончить «Темную башню», а то она не доживет, а другой мальчишка требует немедленно опубликовать следующую книгу, а то его медведь умрет.
Дорогой Стивен, мы ничего не требуем от тебя, а лишь с благодарностью поздравляем тебя с днем рождения. С твоими книгами мир станет добрее, хочет он этого или нет.