Может возникнуть вопрос: а зачем плодить нежизнеспособных граждан? Зачем поощрять безответственность и инфантилизм?
Ибо только очень невнимательные или не очень честные люди считают, что инфантилизм распространяется в обществе стихийно, сам по себе, без малейших усилий с чьей бы то ни было стороны. Если стихийно, то наши города не были бы наводнены идиотскими и непристойными молодежно-подростковыми журналами, газетами, книгами. Не работали бы на отупление юношества целые телеканалы. В школах бы не сокращали часы, отведенные на изучение литературы, а из программы не выбрасывали бы произведения, развивающие душу, заменяя их прямо противоположными.
Какие силы оказывают влияние на государство с целью взращивания инфантилов?
Ведь сколько нам ни твердят о коммерческих интересах, выгоде, прибыли, которым якобы теперь подчинено все на свете, мы-то с вами еще не окончательно впали в детство и понимаем, что дело не в коммерции (уж во всяком случае не в ней одной!), а в определенной направленности государственной политики стран мира, а с некоторых пор - и России. Коммерциализация жизни - это тоже государственная политика.
Конечно, одна из очевидных задач государства, насквозь пропитанного интересами бизнеса, - воспитание идеальных потребителей.
И тут инфантилы нужны позарез. Кто хочет того, другого, третьего и всего сразу, не умея задуматься, нужно ли ему это в действительности? Кто падок на все новое, яркое, вкусное? Кому быстро надоедает купленная игрушка, которая еще вчера казалась пределом мечтаний? Кто легковерен, у кого не развито критическое мышление? В ком еще так много физиологии, что он не в состоянии обуздать свои потребности и с ним бессмысленно говорить об аскетизме? С кем можно затеять игру в «две покупки, третья бесплатно», или в «дисконтную карту для постоянных покупателей», или «в стопроцентные скидки только сегодня и только для вас»? - Конечно, с ребенком. Но с таким, у которого взрослые аппетиты и взрослая возможность распоряжаться средствами.
Однако коммерческий расчет - это лишь первый и совсем не главный слой. Куда важнее ЗАДАЧА СОКРАЩЕНИЯ ЧИСЛЕННОСТИ НАСЕЛЕНИЯ.
И тут нет никакого противоречия. Идеологи общества потребления очень боятся, что потребителей станет слишком много, ведь ресурсы Земли ограничены, и на всех может не хватить. Поэтому с начала 60-х годов XX века в мире была взята на вооружение политика скрытого геноцида, этакое неомальтузианство (Мальтузианство - буржуазная теория; получила название по имени Т.Р. Мальтуса (1766-1834), английского экономиста. Мальтус утверждал, что безработица и бедственное положение трудящихся при капитализме - результат «абсолютного избытка людей», действия «естественного закона народонаселения». В ХХ веке неомальтузианцы (Г. Бутуль, Н. Чемберлен, У. Фогт и др.) пытались доказать, что именно высокие темпы роста населения в развивающихся странах приводят к «мировому кризису», единственный выход из которого, по их мнению, - сокращение рождаемости. - Ред.).
Людей, с одной стороны, стали всячески ориентировать на малодетность, а с другой - создавали условия для «выбраковки» населения, чтобы человек слабовольный, или попавший в тяжелые жизненные обстоятельства, или не находящий выхода из внутренних противоречий, якобы по собственному желанию разрушал свое здоровье и умирал раньше времени. Именно поэтому с середины прошлого XX века в мире происходит последовательная либерализация законов, связанных с наркотиками, проституцией, половыми извращениями.
Именно поэтому так бурно развиваются порно- и табачно-алкогольная индустрии. Именно поэтому изобретаются новые чудодейственные лекарства с массой побочных эффектов и пищевые добавки, которые потом оказываются ядовитыми. А настойчивая пропаганда компьютерных игр, от которых портится зрение, разрушается психика, возникают сердечно-сосудистые заболевания? А массовое производство продуктов питания, содержащих канцерогены? А оголтелая пропаганда высокотравматичных видов спорта? А романтизация уголовного образа жизни и фактическое поощрение преступности, поскольку она либо совсем не наказуема, либо наказуема ничтожно по сравнению с содеянным?
Понятно, что инфантилов гораздо легче и одурачить, и заманить в ловушку. Такие люди, губя свою жизнь, не только не будут этого осознавать, но еще будут уверены, что жизнь у них лучше некуда. Ну а те, кто впишутся в новую реальность - назовем их «благоразумными инфантилами», - они, как мы показали выше, тоже нежизнеспособны. Вернее, нежизнеспособны в традиционном обществе, поскольку там сильны родственно-дружественные связи и человеку без поддержки близких выжить чрезвычайно трудно.
А вот глобалистскому - антитрадиционному - обществу, для которого и растятся инфантильные граждане, прочные человеческие связи совершенно не нужны. Ему нужны «свободные атомы», которые на самом деле будут полностью зависимы от системы социальных служб и без них уже не смогут существовать. А раз так, то они должны быть стопроцентно лояльны к глобалистскому режиму, но опять-таки подаваться это будет не как открытое принуждение, а как свободный выбор.
Целенаправленное разрушение традиционных человеческих уз происходит уже довольно давно.
Ведь глобалистский проект родился не сегодня и не вчера. Кардинальный перелом, конечно, произошел в XX веке, когда сторонники этих идей стали создавать в разных странах условия для разрушения большой многопоколенной семьи.
Какое-то время, правда, казалось, что развитие человеческой цивилизации идет по двум противоположным направлениям: капиталистическому и социалистическому. Но к концу столетия обнаружилось, что обе социально-экономические модели исчерпали себя, и сейчас речь идет о некоем едином «постиндустриальном» обществе - обществе, для которого отчуждение людей друг от друга постепенно становится нормой.
Особенно ярко это проявлено в так называемых "развитых странах Запада", хотя элементы нового жизненного уклада есть в любой, даже самой отсталой, с точки зрения глобалистов, стране. Фактически все самое важное в жизни человека происходит вне дома и вне семьи. Рожают «цивилизованные люди» в медицинских учреждениях. Умирают, как правило, тоже. Да и в промежутке между этими двумя эпохальными событиями, в основном, находятся не в семье: ясли, детский сад, школа, институт, служба, дом престарелых… Невозможно забыть, с какой гордостью немцы, с которыми мы общались в Германии, демонстрировали нам эти старческие приюты всех мастей и уровней. Дома престарелых были на каждом шагу: для богатых, для средних, для бедных. А ведь у большинства стариков имелись родственники, которые вполне могли их содержать и за ними присматривать!
- Не в этом дело, - объясняли нам немецкие знакомые. - Главное, чтобы человек был свободен! Наши родители в этих домах чувствуют себя свободными, независимыми. И мы тоже ничем не связаны. Так лучше для всех…
Но и в те редкие часы, когда современная семья собирается дома, люди почти не общаются, уткнувшись в телевизор. Во многих семьях чуть ли не в каждой комнате стоит по «ящику», чтобы не возникало ссор: пусть один член семьи спокойно смотрит футбол, а другой наслаждается сентиментальным сериалом или пикантным ток-шоу.
Скольких родителей уже удалось убедить в том, что они ровным счетом ничего не смыслят в собственных детях, не умеют их ни воспитывать, ни даже любить и должны руководствоваться исключительно советами специалистов! Мы видим это и на всевозможных психологических занятиях.
начале 1990-х годов многие родители вообще не понимали, зачем им психологи, и обращались за помощью только в случае действительно серьезных поведенческих отклонений. Теперь же хотят получить советы на все случаи жизни. Ребенок спать днем не любит - на прием к психологу. Бабушке грубит - без специалиста не разобраться. Ссорится с младшим братом: «Подскажите, что делать, ребенок неуправляем!». Нам, психологам, наверное, радоваться бы надо прибавлению клиентов, но вообще-то радостного тут мало: подобные тенденции свидетельствуют о том, что уровень безответственности в обществе сильно повысился.
А посмотрите, с какой настойчивостью взрослых дядей и теть втягивают в разнообразные игры!
Телевикторины, телеконкурсы, телесоревнования. «Слабое звено» и «Последний герой». Передачи, в которые вкладываются безумные деньги. Бесконечное количество компьютерных игр. Придешь иногда к кому-нибудь на работу и видишь: несколько здоровых, солидных мужчин так сосредоточенно вглядываются в экран и нажимают на кнопки, как будто от их следующего хода зависит судьба человечества. А гружённые продовольственными пакетами матери семейства, которые, дорвавшись до места в городском транспорте, тут же достают кроссворд или используют игровые возможности сотового телефона?
Оппозиционеры левого толка скажут, что это старый проверенный способ отвлечения людей от классовой борьбы. Может быть. Но это еще и действенный способ инфантилизации взрослых, создание общества великовозрастных обалдуев, которые, даже если узнают, что мать при смерти или ребенок попал под машину, не сдвинутся с места, пока не пройдут очередной «уровень» компьютерной игры.