Его преследовали приступы сильной боли, появлялись признаки атрофии ноги. Сам он сравнивал свою болезнь с пушечным ядром, прикованым к ноге каторжника. Он постукивал палкой, с которой никогда не расставался из-за болезни, ходил в некрахмаленой рубашке и френче ниже колен.
За Григорием Антоновичем Захарьиным отмечались многие чудачества, которые списывались на его хроническую болезнь. Он часто высказывал мысли о своём непререкаемом авторитете, своей значимости в медицине, ходили слухи, что у него развилась неврастения и раздражительность. Богатые больные часто заискивали перед ним, зная его резкий характер и опасаясь его вспышек, сопровождающихся грозным постукиванием огромной палки, с которой он никогда не расставался из-за своей болезни.
Он и во дворцы ходил в своем длинном наглухо застегнутом френче ниже колен, в мягкой некрахмаленой рубашке и в валенках. Крахмальное белье его стесняло, а больная нога заставляла и летом надевать валенки. Поднимаясь по лестнице, он присаживался на каждой междуэтажной площадке на стул, который за ним несли. Его крайняя раздражительность была причиной того, что он не выносил, особенно во время работы, ни малейшего шума, поэтому на консультациях останавливали даже часы, выносили клетки с птицами и т.п.
Он был крайне чувствителен к критике своей врачебной деятельности. Защищаясь от нее, он нападал на критикующего в очень резкой форме, что дополнительно подливало масло в огонь. Он был неспособен на компромиссы, всегда называл вещи своими именами. Невротические особенности характера создали ему массу врагов, однако на его врачебном таланте это никак не отразилось.
В конце 1869 года Захарьин отправился в заграничную командировку. Вместо него Советом университета был назначен профессор патологической анатомии, декан медицинского факультета А.Н. Полунин. Студентам вместо ярких клинических лекций и глубоких содержательных клинических разборов больных профессора Захарьина предстояло слушать некомпетентного в терапии Полунина, вдобавок скучно и плохо читающего лекции. Студенты отказались посещать лекции Полунина, потребовали замены его другим профессором-клиницистом. Но администрация настояла на своем. В результате этого конфликта 20 студентов были исключены, из них 9 - без права поступления в другое учебное заведение, часть студентов была выслана из Москвы.
Григорий Антонович Захарьин был выдающимся клиницистом-практиком. Он выработал своеобразные приемы расспроса больных, уделяя большое внимание анамнезу, что определило своеобразие его клинической школы. Имя этого человека было широко известно как в России, так и за рубежом. Разработанная им методология опроса больных вошла во все учебники, а «Клинические лекции» Захарьина признаны классическими. Благодаря исключительному мастерству диагностики и лечения Григорий Антонович Захарьин имел славу лучшего врача России (среди его пациентов были Александр Ill, Л.Н. Толстой).
Он сыграл видную роль в выделении педиатрии, гинекологии, бактериологии как самостоятельных учебных и научных медицинских дисциплин в России, был одним из основоположников отечественной курортологии и физиотерапии. Являлся автором приоритетных работ по сифилису сердечно-сосудистой системы, показаниям и методике кровопусканий. Сегментарные зоны расстройства чувствительности при заболеваниях внутренних органов получили в отечественной медицинской литературе название зон Захарьина - Геда.
Он придавал большое значение обстановке, окружающей больного в период появления и развития заболевани, подчеркивал важность индивидуального подхода к каждому заболевшему, был ярым врагом лечебных шаблонов.
Захарьин Григорий Антонович был доцентом терапевтической клиники, читал общую терапию. Был избран сперва ординарным профессором по семиотике и диагностике, а потом ординаторным профессором и директором факультетской терапевтической клиники. Захарьину принадлежит одно из первых мест в ряду русских терапевтов, за границей он пользуется широкой известностью среди медицинского ученого мира. В течении своей сорокалетней профессорской деятельности он воспитал тысячи врачей, в их числе ряд профессоров, приобретших почетное место в медицинской науке. Создал школу врачей, имеющую особый характер. Ученики его, как и сам он, - врачи-практики, на первом плане ставящие опрос больного и чисто клиническое объективное исследование его.
Характер у Григория Антоновича Захарьина был железный. Когда его разбил апоплексический удар, он сам поставил себе диагноз (поражение продолговатого мозга), спокойно сделал все нужные распоряжения и 23 декабря 1897 году мужественно умер на 68-м году жизни от паралича дыхательных путей.