В саду младенец был зацелован всем педсоставом, в чем я лично не сомневалась, заигрывал с девочками, _не ел_, но пописал.
Я же тосковала и размышляла о садах и о том, чем является и должно быть в идеале "отрывание" ребенка от себя и сдача его в сад - естественным процессом, подвигом или преступлением.
Ребенка от меня оторвали, образно говоря, еще в операционной - его унесли на стандартную обработку, одели и потом он тусовался с папой. Мне его принесли только через сутки после родов. Вторую попытку оторвать сделала бабушка - она оттирала меня от ванночки, от коляски, выгоняла погулять, в кино и т.д. Я вцепилась в Ивана намертво. И сейчас мне гораздо сложнее отпустить Ивана в сад, потому что я вижу в этом насильственное отрывание, хотя на самом деле никто его не отрывает, его там обожают, он _хочет_ в сад и рыдает только от того, что я приучила его к себе, а себя к нему. Для меня отдать Ивана в сад - и подвиг, и преступление одновременно.

Вчера мы еще сходили с Иваном на т.н. "развивалку". Записались туда еще в мае. Дети занимаются танцами, творчеством и познавательными играми. Не стоило туда соваться, конечно, и так жуткий стресс для Ивана, а тут еще эти танцы и творчество, да что делать. Ладно. Тем более что я была не уверена, что нам дадут место в саду, а оставлять Ивана совсем без общества детей не хотелось. Ивану понравилось танцевать и клеить бумажки. Никогда раньше не ходили на развивалки, так прикольно все!
Интересно, что в саду Иван не писает, а тут записал всю сменную одежду, домой пришлось идти без трусов и в моих носках. Наверное, это знак хорошего отношения.
А в целом развивалка - ад. Не один наш Иван тяжело переживает разлуку с мамой, и даже более взрослые дети орут так, что хочется убежать подальше и не слышать этот кошмар. У тетенек, которые ведут занятия, жуткая работа - несмотря на то, что кто-то из детей истерит, продолжать улыбаться и призывать клеить бумажки дальше - другие дети же не плачут, а деньги платят за их развитие, а не за то, что других детей утешают в их присутствии. У меня самой были мысли стать такой тетенькой, но сейчас эта работа открылась мне совсем с другой стороны.

Наше путешествие продолжалось 10 дней: с 13 по 22 августа. Мы жили в одном из маленьких городков департамента Вар, это в часе езды от Средиземного моря, купались в море и горном озере, посетили оливковую ферму, виноградники, фермерские рынки, ели французские деликатесы и пили дешевое и вкусное прованское вино.

Ссылка на серию постов о путешествии

Ванечка не плакал. Так воспитательница сказала.

Но и не ел, и не писал. Со мной сразу пошел в туалет, сел на унитаз, пописал.

Потом 3 раза со всеми попрощался, обнялся, поцеловался.

В раздевалке еще минут 15 гонял машинку, не хотел уходить.

Мой хороший мальчик, как я им горжусь.

Пошли мы сегодня в садик. Всю прошлую неделю я рассказывала, как в саду здорово, что там детки, мы читали книжку про сад, и Ваня даже пытался залезть в книжку, так ему нравились картинки. Сад прекрасный, надо сказать. То ли в среду, то ли в четверг его торжественно открыли после стройки - сад новый, еще пахнет краской, в нем есть бассейн и куча новых игрушек. Реально - куча, и реально новых. Но дети на них не смотрят и только горько плачут.

Ваня плакал горше всех. Мы пришли в раздевалку, выбрали шкафчик, переоделись, он с интересом пошел в группу, а через пару минут, увидев, как другие дети плачут, заплакал сам. Я бросилась к нему, но меня оттеснили, и потом минут 10 рыдала в раздевалке, порываясь забрать его насовсем, домой, чтобы он не рыдал так отчаянно...

Но не забрала. Миша убедил меня, что забирать не надо. Мы поехали в поликлинику за справкой, а по пути заехали на заправку, купили пирожное - я обещала Ване, что он пойдет в сад, а я съезжу в магазин и куплю ему что-нибудь вкусное. И зайду за ним через час. Так и случилось, я пришла через час. В саду уже прошел завтрак. Ваня ничего не ел и все время плакал. Увидел меня, успокоился, попросился в туалет, в туалете сам смыл за собой и даже почистил ершиком) Когда мы одевались, он даже немножко поиграл с машинкой, а напоследок совсем мирно сказал воспитателям пока-пока и послал воздушный поцелуй. Превратился в обычного нашего красавца-обаятеля.

Нашу вопитательницу зовут Оксана Григорьевна, и на первый взгляд она душка. Я слышала, что она и песенки пела детям, и играла в петушка. Группа совсем маленькая, шкафчиков штук 15-20. Детей примерно столько же. Некоторые оставались в саду, когда я забирала Ивана, и не плакали. Наверное, бывалые бойцы))

Дома Ваня еще раз рассказал, как он плакал утром. Я ответила, что плакать не надо, ведь я обещала прийти через час с пирожным - и пришла же. Он, в общем-то, без надрыва рассказывал, как плакал. Сказала, что завтра снова пойдет - Ваня никак не отреагировал, ну, может, еще не до конца осознал.

Я хожу на занятия психотерапевтической группы, мне нравится, что они идут по субботам. Единственное, что неудобно, - время, когда они заканчиваются, - я прихожу домой в 11 вечера. Обычно Ваня хорошо засыпал вместе с папой, а в эту субботу сильно расстроился, что меня нет рядом, и плакал целый час. Сегодня мы собирались пойти погулять все вместе, и Ваня стал загонять меня обратно в квартиру, крича: бай-бай! Он боялся, что если мы поедем гулять, то я уйду и ему снова придется засыпать одному. У меня разрывалось сердце, когда я смотрела на это, бедняга...

Кто-то привозит из отпуска приветы, кто-то - букеты, а я привезла пульпит. И его лечение стало адовым квестом, куда ни сунься - то врач в отпуске, то запись на потооом, то рентгена нет, то карты не принимают, короче, живу от таблетки до таблетки)) Пикантность ситуации добавляет то, что ходить по врачам приходится с Иваном, и он отнюдь не сидит смирно на стульчике, как хотелось бы врачам и несчастной маме. Сегодня изрисовал в кабинете свою книжку, а также стол, стул, стену и свою левую руку, мне было так стыдно(( Он очень трогательно жалеет меня, гладит по щеке. Дело, судя по всему, идет к удалению. Я надеюсь, чтое Ивану не придется видеть, как у меня вырывают зуб, боюсь, это будет слишком тяжело для него.