Семья

Когда появилось в русском языке слово семья и какое у него было первоначальное значение?

Автор: Зинаида Дерягина

http://www.pravoslavie.ru/smi/507.htm

Петр Коровин. Крестины

К сожалению, нередко можно слышать такое объяснение происхождение этого слова: якобы здесь закрепилось сочетание числительного 7 и личного местоимения Я. То есть семья – это «семь членов семьи и я – как глава семейства». Но сразу скажем, что это наивное и неверное объяснение и, прежде всего потому, что это слово, если оно содержало бы в себе числительное 7 и личное местоимение я, то оно бы и писалось, и произносилось иначе, так как в древнерусском языке было числительное седмь, а не семь, а личное местоимение было азъ, а не я.

Но что же тогда значит это слово – семья? Здесь выделяется корень – сЬмь. Но ещё раз повторю, что это не числительное. Этим словом сЬмь в глубокой древности славяне называли «личность», и в таком случае собирательное имя, образованное от этого корня, будет сЬмиа, сЬмья. Профессор Б.А. Ларин, сопоставляя это слово с данными некоторых других родственных языков, в частности, балтийских (с литовским и с латышским), считал, что древнейшее значение у него было «большая семья, в которую входили родственники», другими словами – только «свои». И это было наследием родо-племенной эпохи. Со временем, постепенно стал увеличиваться круг «своих», но это увеличение шло не только за счёт друзей и близких родственников, здесь также оказали влияние и хозяйственные связи, в результате этого «чужие» постепенно стали восприниматься как «свои». Именно так и появилось новое значение у слова семья: «хозяйственный коллектив, состоящий из лиц родственных и неродственных», то есть семья – это «все, живущие в доме, живущие под одной крышей, в том числе и слуги, рабы». И в этом нет ничего удивительного или странного, то есть со временем все люди, живущие в одном месте и занимающиеся общим трудом, стали восприниматься как одна большая семья.

Заметим попутно, что в старину существовало слово сЬминъ (с суффиксом единичности -инъ). Так называли раба. И этот пример красноречиво свидетельствует о том, что сЬмия включала в себя не только родственников, но и челядь, слуг, рабов.

В древнерусском языке это новое значение у слова семья можно обнаружить во многих памятниках письменности. Приведём такой пример, относящийся к 1660 году из Актов Московского государства):

«Взяли его Стеньку въ полонъ татаровя съ женою и съ дЬтьми и со своею семьёю, а взято у него изъ одного дому въ полонъ 10 человЬкъ».

Другой пример мы приведём из Книг расходных Болдина монастыря (1585-1589):

«Купили три пуды соли въ вотчину на семью на домашнюю и для прИбыльныхъ дЬловыхъ наёмных людей ко жниву и къ сЬнокосу».

Но, оказывается, в разговорной русской речи средних (а потом и высших) сословий у слова семья появляется ещё одно – уже переносное значение – «жена». В Актах Михайло-Архангельского монастыря города Великого Устюга находим сведения о вкладчиках, и об одном из них записано так:

«Дал вкладу… Климентий Еутропьевъ сынъ ТропИна за себя да за дЬтей своихъ – за сына за Матфея да за Исаию да за Ивана да за семью свою Матрёну да за дочерь за Олёну за здравье поминати… полчетвертатцать рублёвъ». Это значение слова семья сохранилось в некоторых русских народных говорах и было зафиксировано, например, в песнях и в былинах. Мы приведём пример из одной былины, записанной Гильфердингом на реке Онеге (Онежские былины, записанные Гильфердингом. СПб., 1873, с. 29):

Здравствуешь Добрыня сын Никитич,

Со своею да с любимой семьёй,

С той было Маринушкой Кайдальевной.

Итак, мы сегодня рассматриваем историю слова семья. Современное значение этого слова в русском языке отличается от того, которое было у него в прошлые века. В старину семьёй называли «большой хозяйственный коллектив из лиц родственных и неродственных, в том числе и прислуги». Другими словами, семья – это все те, кто садился за один общий стол. Но, как отмечает петербургский профессор В.В.Колесов, «в деловом языке Древней Руси до начала пятнадцатого века слово семья уже стало употребляться и в новом значении «группа близких родственников (муж, жена, родители, дети)», то есть уже без челяди в её составе. В наше время это слово мы употребляем именно в этом значении.

* * *

Для русского человека семья изначально представляет собой единство всех её членов, прежде всего – единство мужа и жены. И не случайно это единство мужа и жены называют иногда ещё союзом двух любящих сердец. И я думаю, что это определение тоже будет верным, то есть это союз таких сердец, которые могут понимать и прощать, терпеть и смиряться друг перед другом, чего, к сожалению, так не хватает многим современным молодым людям, которые думают создавать семью, создают её и не могут её удержать, и она распадается, потому что нет в этом союзе истинной любви – всепрощающей, милостивой, снисходительной. И это истинное, первоначальное понятие семьи как единства всех её членов, удивительным образом закрепилось во множестве русских народных пословиц и поговорок. Мы приведём некоторые из них:

– на что клад, когда в семье лад –

– семейное согласие всего дороже.

– Муж с женой, что вода с мукой: сболтать сболтаешь, а разболать – не разболтаешь.

– мир в семье женой держится, потому что «чем умнее жена, тем сильнее семья».

А о неразрывном союзе мужа и жены говорится ещё так: куда иголка, туда и нитка. Также в народе говорили:

– хозяин в доме – всему голова

Но тут же народ русский с усмешкой подмечал:

– муж говорит: я – глава, а жена – я шея, куда захочу, туда голову верчу.

– Чего жена не любит, того мужу не едать.

А когда в семье появляются дети, то это уже – союз нескольких любящих сердец, где «все за одного, а один за всех». О дружной семье так говорили – «Согласную семью и горе не берёт».

Но известны и другие пословицы и поговорки:

– дом с детьми – базар, а без детей – могила

– дети не в тягость, но в радость

– кукушка о том и кукует, что своего гнезда нет.

– детки – радость, детки – горе.

– малые детки – малые бедки…

Отметим и такие народные пословицы и поговорки, которые звучат очень современно:

– не та мать, что родила, а которая вырастила

– не тот батька, кто родил, а тот, кто уму-разуму научил

Народ русский прекрасно понимал, что воспитывать детей надо спокойно, с умом, но при этом не потакать их лени, не дать развиться в них грубости. И в этом случае можно привести такие поговорки:

– крутью ничего не сделаешь

– на битой дороге трава не растёт

– круто не вороти, как бы оглобли не сломать

– кто детям потакает, тот сам плачет (или – поплачет)

– масляная головушка (то есть избалованный ребёнок) – отцу-матери не кормилец

– от плохого семени не жди доброго племени

Народ русский как особую статью выделял воспитание в детях уважение и почтение к старшим. Это и есть та связь поколений, без которой не живёт не один народ. К величайшему сожалению, эта связь поколений в наше время слабеет. А в старину об этом так говорили:

– подсади деда на печь, тебя внуки подсадят.

* * *

Мудрое народное воспитание прежде всего, было нацелено на воспитание человека с крепкими нравственными устоями. То есть ребёнок должен научиться не только понимать, что такое добро и зло, но он должен уметь их различать, он должен понимать, что такое жить и поступать по совести, а не наперекор своей совести. А что значит слово – воспитание? Что понимали русские люди под этим словом?

Ясно, что существительное воспитание образовано от глагола ВОСПИТАТЬ, который употребляется в значении “вырастить детей, дав им образование, привив какие-либо навыки, правила поведения”. Но воспитать или воспитывать – это ещё “путём систематического воздействия сформировать чей-либо характер и какие-либо качества”. Именно такое значение глагола воспитать приводится в толковом словаре русского языка, но исторически значение у этого слова, оказывается, было иным. И на это указывает корень слова – ПИТАТЬ. Он показывает, что в древности у глагола ВОСПИТАТЬ значение было – «вскормить». Любопытно то, что это древнее значение глагола воспитать сохраняется в существительном воспитатель, которое образовано от него. И совсем не случайно в наше время работники детских домов, детских садов называются ВОСПИТАТЕЛЯМИ, то есть буквально «кормильцами», так как в их обязанности входит забота и о питании детей, и о их прогулках, и о сне…

Но любопытно ещё и то, что с этими словами воспитать, воспитание, воспитатель связаны и такие слова, как наказать, наказывать. Сейчас они по своему значению никак не связаны, а в старину связь такая была. То есть слово наказание употреблялось в значении “учение, наставление, вразумление”. И что важно отметить, в старину учение и наставление детей и юношества достигалось чаще всего не “мерами воздействия”, а прежде всего, как это можно судить по значению корневой части слова наказать, “сказыванием” (то есть говорением), а также и “показом”, то есть примером со стороны того, кто наказывал, кто наставлял. И здесь уместно будет привести все однокоренные слова по отношению к слову наказание. Это – сказать, показать, сказание, показание, сказка, показ, приказ, указ, наказ. Как видим, здесь изначально вообще нет никакого намёка на “кару”, она, кара, как метод воспитания появится у слова наказание значительно позднее.

И ещё отметим, что от этого глагола НАКАЗАТЬ, который в древнерусском языке употреблялся в значении – “учить”, «поучать», было образовано существительное НАКАЗАТЕЛЬ, что значило “учитель”. И в старину считалось, что самым первым наказателем детей должен был быть отец. Вот как об этом говорится в “Пчеле” – это древнерусский сборник поучений и кратких изречений, составленный в конце четырнадцатого века:

Когда же детей не учат целомудрию и обязательным вещам, то это не отцы, а детоубийцы. И даже хуже, потому что убийца убивает тело, а эти – убивают душу.

Можно привести ещё несколько советов из этого древнерусского сборника, которые адресованы прежде всего родителям:

– Стремись оставить детей обученными, нежели богатыми.

– Первое, чему учат детей, – говорить правду.

– Как печать отпечатывается в мягком воске, так и учение мудрых в малых детях оставляет след.

Кстати говоря, этому же учит довольно известная русская пословица:

Учи дитя, пока оно поперёк лавки лежит (то есть учи тогда, когда ребёнок ещё мал).

Вернёмся к слову наказание. В древнерусском языке оно было многозначным. Так называли не только обучение какому-либо ремеслу, сюда входила и общая образованность, и правила поведения: то есть как нужно ходить и говорить, как одеваться, как сидеть и стоять. Конечно, они отличаются от наших, современных правил поведения, потому что они были связаны с древнерусскими нравами и обычаями, многие из которых давно ушли из нашего обихода. И ещё в Древней Руси было “наказание книжное”. В том же сборнике “Пчела” приведено очень много советов, как нужно наказывать, то есть учить премудрости книжной. И они, нужно отметить, совершенно не изменились и можно даже подумать, что составлены в наше время. Мы приведём некоторые советы:

– Наказывая, то есть наставляя ученика, не надо гневаться, впадать в ярость: как же можно вразумить другого, если сам себя ведёшь неразумно?

– Лучше научить, чем ругать. Первое – кротко и любо, второе – жестоко; первое – исправляет ошибающихся, а второе – оскорбляет.

* * *

Не так давно мне в руки попала замечательная книга – «Женская Оптина. Материалы к летописи Борисо-Глебского женского Аносина монастыря»

(М., 2005). Она замечательна, конечно, тем, что в ней подробно раскрывается уникальная история создания этой женской обители княгиней Евдокией (или как её называли – Авдотьей) Николаевной Мещерской, впоследствии игуменией Евгенией. Но более всего в этой книге мне запомнилась воспитательная программа, так её можно назвать, которую создала Евдокия Николаевна Мещеркая, оставшись вдовою и воспитывая свою единственную и горячо любимую дочь Анастасию. И она создала эту программу в исконно русских православных традициях. В ней, как это редко бывает, совсем нет сухой нравоучительности, она удивительно проста и в то же самое время оригинальна. И представлена она в форме писем любящей матери (ещё не монахини) к подрастающей своей дочери, княжне Анастасии. И вот перед нами эти удивительные по своему содержанию письма, они озаглавлены так: «Беседы с моей дочерью». Я приведу отрывки из них.

Своё первое письмо, написанное в толстой тетради, она вручила дочери в тот день, когда той исполнилось десять лет. Конечно, здесь не стоит забывать, что эти письма написаны в стиле девятнадцатого века, но удивительно то, что они очень современны, они во многом не устарели, как не устаревают в народе представления о добре и зле, о справедливости и о несправедливости. Я надеюсь, что кому-то эти советы могут пригодиться и сейчас…

Итак, первое письмо княгини Мещерской к своей десятилетней дочери:

«…Наступило для тебя время, любезное дитя моё, все свои действия проверять умом; совершённое детство миновало, ты вступаешь в тот возраст, где должна приготовлять себя быть истинно стоящей названия человека, так отлично от прочих тварей сотворённого, одарённого душою и разумом…»

Я не могу удержаться, чтобы не прокомментировать сказанное княгиней Мещерской. Многим из нас, наверное, удивительным кажется то, что обращаясь к своей десятилетней дочери, она пишет: «совершенное детство (твоё) миновало, и ты вступаешь в (разумный) возраст человека…» А ведь сейчас довольно часто можно слышать совсем другое, то есть когда пятнадцатилетнего и даже семнадцатилетнего подростка называют – «мой ребёнок»! И при этом, выгораживая его за какие-то проступки, говорят, например, так: «мой ребёнок этого сказать не мог», или – «мой ребёнок не такой, как все». Конечно, для каждой матери все её дети остаются детьми. И даже если этим детям уже и 40, и 50 лет, они всё равно для неё – дети. Но я сейчас говорю о другом: нельзя подростка всё время называть ребёнком, потому что он так и будет себя вести, то есть прежде всего – безответственно по отношению и к себе, и по отношению к своим близким.

Но княгиня Мещерская была, видимо, прирождённым педагогом, она прекрасно понимала, как важно в ребёнке заложить всё то, что ему необходимо не просто в жизни, а прежде всего в семейной жизни. И на протяжении шести лет она вела свои воспитательные беседы со своей дочерью.

И в первом письме она так ещё пишет:

«… о многом доселе я не рассуждала с тобою; теперь же, когда ты ещё не достигла полного развития телесного, а потому и умственного, но уже уклоняешься от детства и вступаешь в возраст, где всё должно делаться разумно, принимаю на себя труд, желая душевно видеть тебя благополучной и любя тебя нежно, рассуждать с тобою и указать тебе, как отныне ты должна себя вести. Ты дашь веру моим словам, ибо убеждена, что никто так внимательно не следит за твоими поступками, как твоя мать, что весьма естественно, ибо никто не может наравне с твоей матерью столь истинно утешаться твоим добрым поведением и столь много огорчаться худым. Это убеждение вменяет тебе в обязанность всегда повиноваться воле моей и следовать моим искренним советам.

Начальным пунктом своих рассуждений возьмём тот, который всего важнее для человека. Знаю, любезное дитя моё, что ты сердечно любишь Творца, сознаёшь перед Ним ничтожество и свою зависимость от Него. Доселе я приучала тебя только любить и чтить Его, теперь прибавлю: чтобы достойно любить Его, надо мыслить. Рассуждая о видимых вещах неба и земли, познаёшь и величие и благость Божию и, видя во всём удивительный порядок, пожелаешь и сама находиться во всегдашнем порядке.

Держись неуклонно нашего христианского закона (учения), который предписывает смирение, кротость, послушание, искренность, соучастие к ближним как в радостях, так и в печалях, обходительность с каждым, трудолюбие; учись избегать гордости и тщеславия, но не быть льстивой, говорить разумно, но не употреблять ума на то, чтобы говорить чего не чувствуешь (это было бы гнусное притворство), соблюдать во всём благопристойность и скромность, столь любезные в человеке, наипаче в женщине. Вот чему научает благий закон наш, столь приятный для благомыслящего человека!

Люби отечество своё и верховную власть… По твоим летам довольно и сего, тебе сказанного. Впредь будем рассуждать пространнее, как велики и в чём именно заключаются твои обязанности к отечеству.

По воле Божией лишилась ты отца своего. Ты всегда должна вспоминать о нём с любовью и уважением, но без ропота и особого огорчения: мы все родимся и все умираем, и Бог настолько ещё к тебе милостив, что оставил тебе мать, которая нежно тебя любит и заботится о твоём благополучии с самого рождения твоего.

Знаю, что ты меня любишь, любезная дочь моя, но помимо любви ты обязана иметь ко мне уважение и воздавать мне его как внутренно, так и наружно.

Люби родственников своих. Кто из них к тебе милостив, умей быть благодарной. Кто холоден и невнимателен, не досадуй и не огорчайся, но надейся, что постоянным вниманием и покорностью заслужишь и его любовь. В молодости заслуживай благоволение старших, чтобы, когда состаришься сама и делами своими заслужишь уважение, искали бы и твоей благосклонности.

Люби и уважай приятелей и знакомых твоей матери. Примечай, кем мать твоя короче и искреннее обходится, в тех и ты ищи любви к себе и внимания, но и с прочими будь вежлива и учтива…

Уважай власть наставницы, тебе данной, и изъявляй своё уважение к ней послушанием и вежливостью.

С товарищами твоих лет будь ласкова и обходительна, но не болтлива. Повторяю: скромность есть лучшее украшение женщины.

Ты родилась в классе людей, имеющих подчинённых, обходись с ними кротко и милостиво, но отнюдь не фамильярно.

* * *

Желая видеть тебя соблюдающей во всём порядок и дабы ввести тебя в оный и приучить к хозяйственному употреблению вещей, отделяю особую комнату, в которой помещу всё для тебя нужное. У тебя будет своя прислуга, и я дам тебе несколько денег, чтобы ты с сего дня располагала своею собственностью по своему усмотрению. Я не вмешаюсь в твои распоряжения, а буду дожидать твоего донесения и тогда сделаю тебе свои замечания. Но так как ты по сие время собственности не имела и никогда ничем не располагала, то считаю своею обязанностью сказать тебе несколько слов, после которых и мысли и действуй уже сама.

В комнате найдёшь два шкафа: в одном – твои книги, бумага для письма, карандаш, ящик с чернильницей и прибором к ней, ящик с красками, деньги и всему этому реестр; в другом – твои платья, твоё бельё, ящик с лентами и другими мелочами и также всему опись. Куда что употребишь, отметь в записке. Что будет худо, к делу не годно, мне доложи, я заменю другим.

Найдёшь стол рукодельный, стол или бюро для письма и рисования, стол туалетный со всем, что нужно для одевания. Что откуда вынешь, опять на своё место положи, ими поставь, дабы не терять время в бесполезном отыскивании вещей, в чём ты доселе слишком много упражнялась.

В своей комнатке найдёшь ты принадлежащие тебе часы, их прислала тебе в подарок бабушка твоя Пелагея Денисовна. Любя тебя много, она и подарок тебе такой прислала – часы, дабы оные напоминали тебе, что время, напрасно потерянное, уже не возвращается: часы бегут вперёд, а не назад.

Деньгами располагай на твои мелкие нужды; но помни, дочь, читанную тобою повесть «Свистон». Надо уметь отказывать себе иногда в своих желаниях, дабы уберечь деньги на нужное и на пособие бедному и страждущему человеку.

Прислуга твоя: Настасья и Сашка. Когда будешь им приказывать что, прежде подумай, а, подумав и приказав, держи себя с ними так, чтобы они твои приказания выполняли.

Наблюдай, чтобы комната и всё в ней находящееся содержалось в чистоте и опрятности…»

Напомню, что это своё первое письмо княгиня Авдотья Мещерская вручила своей дочери в день её рождения (20 июня 1806 года), когда той исполнилось 10 лет. Целый год она наблюдала за дочерью и потом написала свои замечания: «В чём поступалось хорошо и в чём худо, вопреки советам матери, и что отдалило на некоторое ещё время усовершенствования рассудка и характера».

Свои письма-беседы Е.Н.Мещерская писала дочери своей каждый год, на протяжении шести лет. В них мы найдём разного рода советы, например, она поясняет, для чего нужно заниматься рукоделием:

«…для женщины рукоделие необходимое занятие. Оно бывает ей нужно в бедности, в которой человек, какое бы он ни имел состояние, находиться может; или же как удовольствие, ибо случается работать для любезных нам людей, в знак памятования о них, и для себя, в дом (свой труд всегда приятнее иметь на глазах, нежели чужой), или ещё когда находишься в таком состоянии здоровья, что не можешь ни читать, ни рассуждать, – сие часто бывает с людьми слабого здоровья, – тогда, чтобы не быть в праздности, занимаешь себя каким-либо рукоделием, и время проходит не так скорбно…»

В этих письмах встречаются и советы-рассуждения:

«… На взаимных отношениях родителей к детям и детей к родителям зиждется не только семейное, частное благополучие, но и государственное, общественное…

…дети, выполняя из любви и послушания приказания своих родителей, трудятся сами для себя, в свою пользу, ибо, делаясь такими, какими их желают видеть родители, усвояют себе кротость, покорность, терпение, прилежание к труду, любовь порядка, строгость к себе самим и снисходительность к другим, сердолюбие, приветливость к подчинённым, уважение к властям, бережливость, которая никогда не переходит в скупость. Бережливость, удерживая человека от пустой роскоши, даст ему возможность оказывать постоянное пособие нуждающимся ближним, скупость же заглушает все чувства любви в душе, делает её чёрствою.

Семейства, на которые я указываю, несомненно счастливы, а так как они составляют часть государства, то своим счастием частным содействуют и общему благополучию. Это несомненно, ибо, утвердясь в поименованных мною христианских правилах, ты будешь хорошая дочь, хорошая супруга, хорошая госпожа, хорошая хозяйка, хорошая родная, хорошая знакомая…

Помни, дочь моя, что ты обязана обществу отчётом в твоём поведении, ибо, нарушая одну из своих обязанностей, ты не только своё собственное или семейное разрушаешь благополучие, но посягаешь и на общественное…

…но пока человек ещё дитя и потому рассудок его слаб и нуждается в руководстве, кто же может быть для него руководителем более надёжным отца или матери?…

…иногда приказы твоей матери не нравятся, потому что идут вразрез твоим желаниям, иногда кажутся излишне строгими, – не доверяй себе: Бог дал покровителей в их родителях…

… не о красоте своей должна думать женщина, а чтобы всё, что на ней надето, было во весь день чисто и опрятно…

… тебя ожидает семейная жизнь, ты призвана заимствовать счастие от того семейства, к которому будешь некогда принадлежать, а также и доставлять ему оное. Питаю себя лестною надеждою, что кротостью, послушанием, ровностию характера ты действительно не возмутишь семейного спокойствия, но, чтобы быть довольной собою и чтобы тобою другие были довольны, нужно ещё иметь те качества, о которых я говорила выше: знание своих обязанностей как в отношении своих семейных, так и общества…

… муж хозяйки бережливой и распорядительной имеет возможность заниматься делами более важными, чем домашние, ибо знает, что, возвращаясь домой, найдёт всё приготовленным, что его нежная жена не пустая и расточительная женщина, что она помнит свои обязанности, вовремя всё припасает, всё держит в порядке, всему ведёт счёт, чрез что оба, собирая общими трудами, живут в приятном довольстве и, избегая пустой роскоши и великолепия, вполне располагают необходимыми средствами для воспитания своих детей, на своё и домашних своих приличное содержание и на удовольствие, ни с каким другим не сравнимое, помогать ближнему в его нуждах…

Женщина же мотовка, щеголиха, часто отлучающаяся из дома своего для химерического рассеяния, способна расстроить одна самое лучшее состояние и разорить своё семейство…

Расход денежный, который сама ведёшь и своевременно вносишь в книгу, уже научает тебя ограничивать свои желания, чтобы в конце года не войти в долги… Следует всячески избегать долгов. Лучше себе отказать не только в прихоти, но даже в нужном, чем войти в долг….

Позднее, в одной из своих бесед, княгиня Е.Н.Мещерская ещё так пишет о расходовании карманных денег…..

« …только обращу твоё внимание на расход истекшего года, из которого явствует, что много лишнего было принесено в жертву малодушию, почему и не достало денег на священнейшую для всех нас обязанность: нашими избытками помогать ближнему, который, м.б., нуждается в необходимом в то самое время, как мы роскошествуем и прихотничаем…»

Удивительно это читать, потому что в двадцатом веке нам было навязано представление, что наша русская знать только и делала, что танцевала и веселилась да ездила по Парижам. Но это было не так. И только один этот пример показывает, что дворянских детей приучали не просто к рачительности и разумному расходованию денег, но приучали видеть, что рядом живут те, кому нужна их помощь.

И вот такие письма-беседы посылались дочери целых шесть лет, то есть каждый год, в день рождения своей дочери, княгиня Е.Н. Мещерская передавала ей очередную беседу-наставление и при этом под предыдущей беседой приводила свои замечания относительно того, какие черты характера надо бы дочери исправлять, какие поступки ей не понравились, а какие заслуживают одобрения. И ещё она отмечает, как её дочь (правильно или неправильно) ведёт своё маленькое хозяйство, справляется ли с прислугой, как расходует (разумно или нет) свои деньги…

И вот последнее письмо. Оно адресовано уже шестнадцатилетней дочери :

«… Приятно мне, любезнейшая дочь, встречать дни твоего рождения. Ныне тебе минуло шестнадцать лет! С самого младенчества твоего и во всё время, пока ты росла, я получала от тебя несравненно более радости, чем огорчения…

… С каждым годом я любила тебя всё более, ибо покорность и кротость были твоими постоянными сотоварищами. Я стала надеяться, что, когда достигнешь того возраста, в котором находишься теперь, ты будешь для меня источником многих радостей. Ожидания мои сбылись на самом деле. Я имею в тебе добрую дочь, ибо сама была для тебя доброю и нежной матерью и посеяла в тебе семена счастия. Продолжай, любезная дочь, во всех случаях жизни руководствоваться страхом Божиим, своею совестью и советами твоей матери…

И, действительно, дочь княгини Евдокии Николаевны Мещерской была образцом не просто женщины-христианки, она была любящей женой (она вышла замуж в семнадцать лет), прекрасной матерью своих многочисленных детей. Она была счастлива в семейной жизни, к которой её готовила мать. И все, кто имел счастье встречаться в Анастасией Борисовной Мещерской-Озеровой, вспоминали о ней именно как о прекрасной и светлой личности. Интересно то, что одна из её дочерей, уже внучка княгини Е.Н. Мещерской, стала монахиней и даже настоятельницей того самого Аносина монастыря, который основала её бабушка. И это удивительный случай: бабушка, а потом внучка – игумении одной и той же обители…

* * *

Прочитав письма княгини Е.Н.Мещерской, адресованные её подрастающей дочери, я невольно поймала себя на мысли: а можно ли себе представить современную мать, которая пишет подобное письмо-наставление своей десятилетней дочери? Я сомневаюсь в этом, потому что современные тридцати-сорокалетние мамы позволяют своим детям (особенно девочкам) вещи просто непозволительные. И очень скоро они начинают понимать свои ошибки, но порой поправить их уже нельзя, потому что порок въелся в душу девочки так глубоко, что изгнать его оттуда уже нет никакой силы…

По моему глубокому убеждению, мы сейчас должны говорить – и очень серьёзно – не только о воспитании наших детей, но и о воспитании, как это ни странно звучит, самих родителей, потому что то новое поколение родителей, которое мы сейчас видим, оно не научено, оно не приучено, к сожалению, к родительскому делу. Они, родители, только умеют кричать, наказывать, где-то, наверное, ещё и бьют детей, но при этом – что очень странно – всячески оберегают их от всего и вся, а потом, конечно же, не могут справиться с ними. Не могут справиться уже в десяти-одиннадцати-двенадцатилетнем возрасте, а что говорить о шестнадцатилетних и о семнадцатилетних подростках? Как рассказывала мне недавно одна учительница, девочка двенадцати лет приходит в школу на занятия с макияжем, то есть с полной раскраской, которую она видит каждый день на своей матери и, естественно, её повторяет. И когда учительница звонит этой маме и взволнованным голосом ей говорит, что вот, мол, девочка ваша пришла в школу с маникюром и с накрашенными ресницами, на что мама этой двенадцатилетлетней девочки спокойно отвечает: «Ну, и что? Она у меня и дома так ходит!» А когда эта девочка через год-другой будет в Интернете искать встречи с мальчиком (и не с одним), а потом будет ездить встречаться с ними, то мама эта начнёт не плакать даже, а рыдать, но девочка её уже не услышит и даже не захочет слышать. Вот это и есть современное воспитание, когда детям потакают, когда им разрешается всё и вся.

И когда не выполняется детский каприз, то современные дети готовы идти даже на самоубийство. Вот совсем недавно, в новостях, рассказывали о десятилетней девочке из старинного русского города, которая покончила с собой лишь только потому, что родители не подарили ей на день рождения мобильный телефон… Вот они, плоды современного уродливого воспитания. Дети сейчас привыкают к тому, что любое их желание должно исполняться. Они не понимают, что есть в семье какие-то первоочереденые и второочередные покупки. Детский эгоизм, возведённый в абсолют. И в этом виноваты сами мы, то есть родители, бабушки-дедушки, потому что воспитание детей – это первоочередная задача семьи…