После рождения детей, я сильно пересмотрела свои взгляды на жизнь. Особенно на карьеру. Да и вообще на то, чем я занималась раньше. Все стало казаться каким-то искусственным, смешным, ничтожным! Разве может быть что-то более важное, более сложное, более непостижимое, чем рождение нового человека? И я могу сотворить это чудо! )))))
Вот только хочется, чтобы это чудо ни в чем не нуждалось, росло в достатке, получило хорошее образование... В общем как не крути, как не смейся над своими прежними занятиями, а придется возвращаться. Ведь деньги - это свобода, а свобода - это жизнь! В общем, рада бы я стать дауншифтером, да пока не доросла до нужного уровня благосостояния...
Хочу сменить хотя бы род деятельности. Однако имея десятилетний опыт в одной сфере, все бросить и начать с нуля что-то новое - ох как не просто на это решиться! С третьей стороны, есть люди, которые меняют десятки профессий за свою жизнь... В общем сложно все это...
А с четвертой стороны, очень хочется вообще ничего не добиваться, а уехать в деревню, разводить пчелок... Или хотя бы в трехмесячное путешествие по маршруту Вьетнам–Камбоджа–Лаос–Таиланд, которое будет стоить примерно как месяц жизни в Москве. )))))
А в идеале иметь возможность работать удаленно. Например, заниматься вебдизайном лежа под пальмой. ))))))
Даунши́фтинг — термин, обозначающий жизненную философию «жизни ради себя», «отказа от чужих целей». Родственно понятию simple living (англ. простая жизнь). Причисляющие себя к дауншифтерам склонны отказываться от стремления к пропагандируемым общепринятым благам, наподобие постоянного увеличения материального капитала, карьерного роста и т. д., ориентируясь на жизнь ради себя и/или семьи.
Пример — римский император Диоклетиан, отказавшийся от власти и удалившийся в поместье для выращивания капусты; Сиддхартха Гаутама, покинувший свой дворец; Диоген, живший в бочке; Дядя Федор из Простоквашино, переехавший из города в деревню.
Дауншифтеры — люди, в поисках себя сознательно играющие "на понижение"
Одним из пионеров дауншифтинга можно считать римского императора Диоклетиана. В IV веке после тяжелой болезни жесткий и расчетливый тиран совершил небывалый поступок: отказался от власти и удалился на маленькую ферму на берегу моря. На просьбы вернуться в Рим отвечал: "Ах, если бы вы видели, какую капусту я вырастил, вы бы не звали меня обратно". В ХХ веке путь Диоклетиана повторил Ричард Кэннон, топ-менеджер British Rail: он ушел из компании, начал выращивать овощи, создал сайт www.thedownshifter.co.uk и стал родоначальником английского движения дауншифтеров. А американец Джон Дрейк (John Drake), основатель рекрутинговой компании CEO of Drake Beam & Associates (Drake Bean Morin, Inc.), прославился тем, что после 15 лет работы в компании "бросил все" и написал бестселлер "Дауншифтинг: как работать поменьше, а удовольствия от жизни получать побольше", которую в Америке зачитали до дыр.
Словом, на Западе феномен дауншифтинга (осознанного движения вниз по социальной лестнице) известен давно. Он существует в нескольких ипостасях: отказ от карьеры, отказ от цивилизации потребления, возвращение к своим истинным желаниям. А что в России? Для большинства продвинутых россиян, так или иначе ориентированных на социальный успех, дауншифтер — персонаж странный. Успешный, состоятельный — и вдруг отказывается от повышения или бросает все нажитое непосильным трудом и начинает жизнь заново. "Сошел с ума" или "с жиру бесится", думают многие граждане и крутят пальцем у виска. Действительно богатых дауншифтеров у нас пока немного.
Разные и похожие
Несмотря на то, что у каждого дауншифтера своя история, существует ряд характерных сценариев. Александр Соколов предлагает следующую классификацию российских дауншифтеров. Первый тип — люди за 40. Они социально успешны, у них есть машины и квартиры — все, ради чего они когда-то начинали делать карьеру. А что дальше? Многие вкалывали с мыслью: сегодня буду работать на износ, переступать через свои желания, зато потом поживу для себя. А это "потом" все никак не наступает. Со временем обязательств — моральных, профессиональных — становится только больше. И выключиться из гонки, сойти с дистанции очень сложно — тем более что общество, скорее всего, сочтет тебя лузером, который не справился, не смог, не потянул. Есть другой сценарий — "доказательство от противного". Человек всю жизнь доказывал родителям, друзьям, всему миру, что он может в чем-то состояться. Доказал. Но кому и зачем? И тогда он идет либо к психоаналитику, либо к коучу, чтобы сказать: "Что не хочу делать, знаю точно, а вот что хочу — не знаю".
Кого-то к дауншифтингу подводит перенапряжение и стресс на работе. В результате успешный гендиректор может отказаться от своего кресла и стать обычным менеджером. Здесь возрастная отметка стоит на уровне 30–35 лет.
Наконец, есть и такой вариант: человек изначально не был готов отвечать за свою жизнь. Образование, профессию и место работы за него выбрали, например, родители. А теперь он осознал, что сил заниматься нелюбимым делом больше нет. Таким дауншифтерам, как правило, менее 30 лет.
Дауншифтинг по-русски
Самая яркая особенность российского дауншифтинга — его созидательная окраска. Западные дауншифтеры в массе своей бегут от жизни, выражают социальный протест. Наши, наоборот, находят новое место в обществе. Они не опускают руки, поняв, что их многое не устраивает".
Жизнь после дауншифтинга
Создание собственного бизнеса — один из классических вариантов жизни после дауншифтинга. Но Александр Соколов предупреждает: делать это надо с умом: "Многие решают создать хоть что-то, просто чтобы не быть наемником, убежать от начальника-дурака. Такая "свобода от", как правило, ничем хорошим не заканчивается. Другое дело "свобода для", когда ты знаешь, чем конкретно хочешь заниматься.
Впрочем, не все дауншифтеры нацелены на создание своего бизнеса. Многие выбирают фриланс. Сергей Хачатуров: "Дауншифтеры не бросают работу, не маргинальничают, а просто находят для нее лучшие условия.
Бегом от корпораций
В понимании многих дауншифтинг связан прежде всего со свободой, уходом от роли наемного менеджера. По словам Соколова, на Западе это движение изначально было неким протестом против компаний: "Я общался со многими бывшими сотрудниками Coca-Cola. Да, это хорошая школа, но я уверен: вряд ли кто-нибудь из них пошел бы туда, если бы заранее знал, на что будет похожа работа там. Очень показательна в этом плане и "большая четверка" (KPMG, Deloitte, PwC, Ernst&Young). Первые два года из тебя все соки выжимают, а ты живешь в иллюзорном будущем, откладывая "на потом" и друзей, и семью. Только будет ли у тебя эта семья через два года?"
Правила дауншифтеров
Кстати, об ответственности. Дауншифтинг заканчивается хеппи-эндом только в том случае, если он был осознанным. "Уходить имеет смысл тогда, когда работа не нравится или когда ты уперся в карьерный потолок. Но даже в ситуации, когда вдруг все осточертело, все-таки стоит задуматься, — советует Баташев. — Порой полезно взять себя в руки, переждать. В любой карьере случаются черные и белые полосы. Важно держать себя в руках, не давать волю эмоциям и уметь себя организовывать. Ведь чем дольше вы работаете в компании, тем вероятнее перспектива достичь новых высот. Но, если решили уйти, лучше дождаться выгодного предложения со стороны. Если, конечно, вы еще не заработали на возможность путешествовать остаток жизни или вас не тянет "в писатели".
Александр Соколов предлагает свой алгоритм. Первое и самое главное — принять существующее положение вещей. После этого нужно остановиться, подумать, вслушаться в себя, задаться вопросом "Что и зачем я делаю?". Есть такая поговорка: "Чтобы пойти в другую сторону, нужно остановиться". Затем нужно решить: а чего я, собственно, хочу? Какую цену готов заплатить за это? Как достичь желанной цели? Как изменится моя жизнь? Словом, дауншифтинг должен быть обдуманным решением, а не импульсивным ("вы не оценили мой проект, уйду в тундру!"). Наконец, для подстраховки стоит иметь хотя бы минимальные сбережения — на случай, если поиск "нового себя" затянется. Отказ от привычного образа жизни, даже при готовности к этому, может оказаться болезненным (так, Соколову пришлось на какое-то время затянуть пояс потуже: забыть о медицинской страховке, посиделках в хороших ресторанах).
А был ли мальчик
Накроет ли Россию волна дауншифтинга? По мнению Александра Соколова, "тех, кто открыто объявил себя дауншифтерами, немного, но потенциальных — тысячи. Такое ощущение, что сейчас они зреют. А потом будут выстреливать как разогретый поп-корн". Но чтобы стать дауншифтером, надо хоть чего-то добиться. Многие потенциальные "бросатели всего и вся" могли бы поддержать Самвела Аветисяна, который признается: "Мне до дауншифтера далеко. Во-первых, раньше 2011 года, когда мой последний ребенок окончит школу, я этого сделать не смогу. Я и работу в отделе редких книг когда-то бросил, чтобы прокормить семью. Во-вторых, я никогда не был нацелен на карьеру. Мне очень нравится строка из Евтушенко — "Я делаю себе карьеру тем, что не делаю ее". Словом, сейчас я хотел бы заниматься чистым творчеством. Но для начала — понять, чем именно. А потом я точно уеду в глухую испанскую деревню, куплю дом с виноградником и буду умирать пьяным!"
Глазами психолога
Марина Мелия, доктор психологии, генеральный директор компании "ММ-Класс": "Часто дауншифтингом называют совершенно разные явления, объединяя их по одному формальному признаку, суть которого — сознательный отказ от карьеры и нежелание идти на повышение. Но причины таких поступков различны:
"Достали!" — случай реального дауншифтинга, когда человек оставляет работу, потому что хочет больше времени проводить с семьей или он просто задавлен синдромом сгорания и хронической усталостью.
I'll be back! — пример сознательного, временного дауншифтинга. Все недоумевают: "Подавал надежды, и вдруг!" А на самом деле, человек на какой-то промежуток времени ушел в сторону, чтобы собраться с силами, накопить ресурсы (получить дополнительное образование, написать книгу).
"Обрел себя" — каждый человек растет, развивается, переоценивает ценности. Одним из последствий такой "ревизии" может быть и отказ от работы, карьеры ради каких-то других целей и смыслов. Тогда это дауншифтинг для всех, кроме "прозревшего". Бывают "смешанные" случаи дауншифтинга, когда человек планирует одно, а жизнь вносит свои коррективы. Вице-президент банка в свои 45 лет ушла с работы. Объясняла всем, что устала и хочет заняться домом, семьей и садом. Окончила курсы ландшафтного дизайна, начала практиковаться на загородных участках друзей и знакомых, через год разработала специализированную компьютерную программу и придумала новые подходы к дизайнерскому бизнесу. Теперь у нее дизайнерская фирма и дома ее видят еще реже, чем раньше. То есть она устала не от работы вообще, а именно от работы в банке".
"Гоа — психбольница с грязным морем"
В массовом сознании Таиланд и Гоа — самые популярные пристанища дауншифтеров. Но Марина Д., которая ежегодно проводит на Гоа несколько зимних месяцев, думает иначе: "Дауншифтеров здесь вообще нет! Есть отдыхающие: 1) "двухнедельники"; 2) те, кто тусуется от двух месяцев до полугода; 3) "застрявшие" на несколько лет. С "двухнедельниками" все понятно — приехали непонятно куда непонятно зачем. Около 10% из них постепенно вливаются во вторую группу и остаются на несколько месяцев, чтобы пересидеть русскую зиму. Среди "полугодников" есть люди, у которых в Москве устойчивый бизнес, и они продолжают им заниматься; просто с ноября по апрель оставляют дела на своих управляющих. Каждый, кто живет на Гоа больше двух месяцев, пытается заработать на "двухнедельниках": открывают рестораны, преподают йогу, сдают жилье, ранее выкупленное у индусов за полцены, лишь бы не тратить свои деньги, источник которых — сдача московского жилья или богатые родители. Еще одна категория Гоа-россиян — те, кому надо было срочно уехать из страны. И не просто надо, а очень надо. Они хранят свои тайны при себе… Ну а в основном все мы — климатические мигранты. Навсегда на Гоа остаются те, у кого что-то не сложилось в России. Константин когда-то был хорошим мастером, богатые люди шили у него одежду. Но в России ему было невмоготу. Просто уволиться он не решался. Поднял цены — заказы продолжали поступать. Начал выполнять их очень медленно, и его наконец "ушли".
Далее — сдача квартиры и отъезд. Прожил два месяца в храме под Бомбеем, занимался медитацией, потом приехал на Гоа, две недели жил на пляже, а потом снял "мазанку" за $3 в день. В этом году он встретил здесь своего бывшего работодателя и чуть ли не в ноги ему упал, благодаря за увольнение… Он нашел себя на Гоа, живет на $200 в месяц и, пока сдается его московская квартира, вряд ли уедет отсюда.
Но можно ли считать его дауншифтером? Как говорит один из живущих здесь россиян, "Гоа — психбольница с хорошим климатом и грязным морем. Главное — найти палату, где тебе будет комфортно".
А семьи что?
Дауншифтер в поте лица ищет себя. Что делают в это время его родные и близкие? В большинстве случаев волнуются, в том числе за свое будущее.
Почувствуйте разницу
Дауншифтеров не стоит путать с теми, кто бросается "из огня да в полымя" от безысходности. Вера Александрова, психолог, руководитель направления "Тестирование, оценка и аудит персонала" кадровой компании "АНКОР": "Главное — чтобы речь шла о поведении здоровой и адекватной личности, а не депрессии и деградации". А Павел Беленко, старший партнер консалтинговой группы "ИМИКОР" добавляет: "Причиной ухода может быть неспособность человека справляться с задачами, которые перед ним стоят. Когда нам заказали провести ассессмент 35-летнего финансового директора крупной продуктовой компании, он уже мечтал "ловить рыбу на берегу Женевского озера". По образованию он был радиоинженер, в эпоху бизнеса сначала продавал 1С, затем стал оказывать бухгалтерские консультации, позже — финансовые. Встретился с предпринимателями, которые еще меньше него понимали в финансах. Они сделали его доверенным лицом, руководителем финансового отдела. Когда он перестал справляться с задачами, то начал прятаться от подчиненных за массивными дверями кабинета и "на встречах". Ассессмент помог ему осознать, что он уже давно занимает не то место".