Мне сегодня приснился такой сон, что я проснулась в 6 утра и долго еще плакала.
Не знаю может это еще от антибиотиков и лекарств так таращит, я с 14 ноября на постоянных вливаниях и таблетках, вчера добавили второй антибиотик. Горло и язык обложило уже, как будто пленка прилипла, ЖКТ и почки отъезжают потихоньку.
Так вот сон. Пишу сумбурно, просто для себя, он ускользает от меня, оставляя обрывки цветных лоскутков. Странно, мне так редко снятся цветные сны. А тут я как будто посмотрела двухчасовой яркий фильм, с четкими подробностями, помню и свои ноги тонкие, в жёлтых джинсах скини, и узор на платье с которого стирала кровь и орнамент на платке мусульманки...
Во сне я поехала с подругами на отдых, куда то заграницу, не знаю что за страна, красивая архитектура такая европейская, готичная, возможно Франция. Мы веселились, выпивали винишко в кафе. Со мной познакомился какой то мужчина с черными волосами, смуглый, но европейской внешности, приятной наружности, хоть и не классический красавец. На вид примерно моего возраста.
Я с ним флиртовала, но сказала, что я замужем и у нас ничего не выйдет. Шутки шутками, проснулись мы в одной кровати с номере в отеле, номер видимо был люкс, судя по огромной двухместной кровати с резным изголовьем и обстановкой. Если что, у нас ничего не было 🙄 просто спали вместе ( читай дальше, если интересно).
И пошли мы с этим мужчиной и подругами куда то за покупками, потом с каким то готический зал, торговый центр что ли. Идем с пакетами с покупками, шутим, смеемся, катаемся на каких то горках там. А потом вдруг резко все меняется, оказывается, парень не просто парень, и пришел сюда грабить банк или тц, я не помню точно, мы куда то бежим с чемоданами полными денег, на подходе к зданию уже спецназ, а мне не страшно, вроде бы я в заложниках, надо же бояться, но даже не осознаю этого, наоборот как будто его хочу защитить и сама с ним бегу наверх на крышу, я сплетаюсь с ним , обнимаю так, что бы в него не могли выстрелить 😳 но добежать мы не успели, нас оцепили.
Мы сидим с ним и подругами в каком то зале на последних этажах с высокими окнами во всю стену и болтаем в ожидании того, как ворвутся вооруженные полицейские. Атмосфера как в фильмах Тарантино или бойцовском клубе.
Я четко помню как сижу с ним на бархатном диване, переплетая наши ноги вместе. Он рассказывал нам, как он в детстве воровал, свою историю как он стал тем, кем стал и с чего это началось. А потом стал рассказывать, что для него это была лучшая ночь в его жизни и он ни о чем не жалеет, и рад, что был со мной в эту последнюю ночь. У меня начинается истерика, я доказываю, что у нас ничего не было, что мы просто спали вместе, без интима. Ухожу от них, чтоб успокоиться.
Потом мы уже в этом зале, его уже схватили, привязали к стулу, но мы почему то все еще там, причем туда приходят еще люди, много людей, какие то чины в пиджаках и мундирах , женщины и..даже дети .
И я думаю, боже, неужели его будут убивать на глазах у детей, зачем, зачем им это видеть, зачем???
А его должны казнить прямо здесь 😳 выстрелом из огнестрела.
И они еще шутят, садят маленького мальчика на стул говорят смотри внимательно как это будет, я в шоке полном. Я сижу рядом с этим мужчиной и мне очень грустно и жаль его, Стокгольмского синдрома я не выкупаю, ведь я сама добровольно с ним пошла , он меня не заставлял ничего делать.
Я глажу его по руке и шепчу, прости, прости, я правда ничего не помню об этой ночи, у меня такое бывает, провал в памяти ...
Какая то мусульманка рядом со мной держит мальчика на руках маленького, ему страшно, я беру его к себе на руки и начинаю его успокаивать, не переживай , все будет хорошо. Я говорю ему : сейчас твоя мама потеряет что-то очень дорогое для нее, и ты должен будешь быть с ней рядом, поддержать ее, я чувствую как он весь дрожит, дрожит, я думаю что это от страха, что сейчас будет выстрел, и выстрел происходит. Но оказывается это был тренировочный выстрел, в синюю подушку, что привязана к стулу, после показательного выстрела первого мальчика уводят, а тот что был у меня на руках вдруг обмякает и я понимаю, что что-то не так, прибегают врачи, я спрашиваю: это оно, это оно? И они забирают её, я вдруг осознаю, что это был не мальчик, а девочка, и это были ее первые месячные, а она умерла, они берут ее, а на мне остаётся какой то мешочек с кровью, его тоже забирают. Я беру влажные салфетки и начинают оттирать кровь со своего платья, я тру ,тру, тру , эту кровь, у меня начинается, паническая, атака. Я разворачиваюсь к окну и начинаю натирать влажной салфеткой подоконник возле этого парня, я тру его так, как будто хочу содрать этот проклятый подоконник к хренам, и в голове в меня звучит только одна мысль : мой ребенок умер, теперь эта девочка умерла, сейчас убьют этого мужчину, с которым я уже стала очень близка за эти бесконечно долгие сутки, все вокруг меня умирают, все умирают, все из-за меня...
И тут я резко просыпаюсь из-за голосов медсестер в коридоре и еще минут 10 лежу реву, потому что мне не дали с ним попрощаться, не дали обнять его последний раз. Я даже сейчас пишу это и плачу. Это нормально вообще или в дурку пора?
Вот такие трипы больничные. Первым делом потом полезла проверять все контакты близкие, все ли были с сети, все ли живы, настолько болезненное было ощущение потери...
