Конец зимы и кататонический ступор, возникший в ее конце. Я создала свою зиму белым листом. С которого начала все заново. Белый лист. Пустой. Незапятнанный жизнью. И так страшно уронить на него первые капли этой жизни. Испортить... Сидишь и видишь на нем образы, понимаешь, что ты сама создаешь вокруг себя жизнь. Рисуешь ее. И зависит от тебя, как пойдет перо в твоей руке и начертит линию. И не надо бояться. Отчаяние - лишняя трата драгоценного времени. А оно утекает как тающий снег. Берешь его, он хрусткий, аж сводит скулы, но стоит ему побыть в твоих ладонях, как он утекает сквозь пальцы, вызывая боль в висках. Но если посмотреть с другой стороны, утекающая вода дает новую жизнь, бесцеремонно вторгаясь холодными каплями, оставляет в снеге неровные дырки, скукоживает его, выпячивает его грязь, скрывающуюся под девственной белизной, и вот уже глядишь: из еще заиндевелой, но уже парящей тебя, как кучками горицветов прет жизнь.

Мама, мы с тобой друзья.

В общем-то там же буду выставляться и я, как маленькая сморщенная вишенка. Буду рада всех видеть  на открытии и со всеми лично перезнакомиться.

Федор достал насос, которым надувают матрасы... Положил шланг под стоящую Агату. Юбочка развевается, Агатыч хихикает, краснеет щеками и кокетливо сводит коленки и придерживает юбочку руками. Где-то я это уже видела....

- Мамичка, ты так красиво рисуешь!

*слушала б и слушала, если бы не час ночи