Тяжело мне далась эта книга... Я пыталась её прочесть года два или три что ли. Начинала, доходила главы до пятой и оставляла. Откладывала, но не бросала, и вот наконец я её осилила.
Итак, это единственный исторический роман Сенкевича который посвящён НЕ Польше. Пред нами Рим времён конца правления Нерона.
Каждый, конечно, хоть что-то да слышал об этом правителе...
Эпическое полотно Сенкевича масштабно и подробно представляет нам закат империи жестокости и разгула, во главе которой стоит безудержный и абсолютный властитель: коварный, жестокосердный, капризный, но при этом трусливый и жаждущий поклонения - как самодержец и как поэт, певец, актёр.
Любую картину делают живой детали и нюансы. И вот на глобальном, тщательнейшим образом прорисованном фоне (тут действительно обилие персонажей, сюжетных линий, исторических, часто, к сожалению, искажённых фактов) разворачивается трагическая и, наверное ("наверное", потому что я так и не прониклась. ниже объясню - почему), прекрасная любовь римского патриция Виниция и выросшей в Риме лигийской заложницы Каллины, которую по тексту всё больше зовут Лигией. Римский обычай давать прозвища порядком путает современного читателя, надо сказать, визуально "удваивая" число действующих лиц
Событийный ряд романа (весьма внушительного по объёму) можно разделить на три основные последовательные части:
- "охота" язычника Виниция за приглянувшейся ему христианкой Лигией;
- перевоспитание Виниция и становление его как христианина;
- противостояние влюблённых и старого дохристианского мира, который олицетворяет Нерон.
... впрочем, у старого мира есть ещё одно олицетворение - Петроний, прозванный Арбитром Изящества. Он противопоставлен и христианам, и Нерону с его присными. Петроний - это красота, эстетизм, возвышенность, но одновременно бездеятельность и равнодушие.
Личное моё отношение к роману оказалось двояким. С одной стороны, становление христианства, его заря, преодоление учением трудностей, невыразимая жертвенность первых последователей - вещи очень интересные и с точки зрения исторической, и с точки зрения психологической тоже. Впрочем, это несколько обесценивает тот факт, что исторические события и введённые в текст имена и поступки реальных людей у автора часто бывают искажены, а также сложный и выспренный язык. С другой стороны, я очень далека от религиозности и какой бы то ни было конфессии, и происходящее часто раздражало меня своей непоследовательностью и нелогичностью.
Теперь о том, почему не впечатлила любовная линия: к Лигии вопросов нет. Она не слишком впечатляющий, но внутри своего сюжетного отрезка вполне понятный и скорее приятный персонаж. Виниция я не принимаю категорически. С момента (спойлер!) убийства им в ярости после потери Лигии пожилого раба, который нянчил патриция в детстве, я категорически охладела к герою. Его дальнейшие страдания, метания, пробуждение совести и прочее меня не тронули совершенно. И да, я понимаю, что он далёк от современной гуманности и норм морали и что данный эпизод должен был подчеркнуть его дальнейший рост под влиянием христианской веры, но... Но были (есть и будут) и нехристиане, которые сохраняли разум и владели собой. Неумеренность и экзальтация это не то, что я хотела бы видеть в главных героях.
Но роман в целом, конечно, производит сильное впечатление. Стоит одолеть первый десяток глав, чтобы разобраться в канве и позволить увлечь себя в переплетенье жарких римских улиц, переплетенье улиц обречённого города, на чьём пепелище скоро вознесётся новый Рим - Вечный Град Петра.
Эпическое полотно Сенкевича масштабно и подробно представляет нам закат империи жестокости и разгула, во главе которой стоит безудержный и абсолютный властитель: коварный, жестокосердный, капризный, но при этом трусливый и жаждущий поклонения - как самодержец и как поэт, певец, актёр.
Любую картину делают живой детали и нюансы. И вот на глобальном, тщательнейшим образом прорисованном фоне (тут действительно обилие персонажей, сюжетных линий, исторических, часто, к сожалению, искажённых фактов) разворачивается трагическая и, наверное ("наверное", потому что я так и не прониклась. ниже объясню - почему), прекрасная любовь римского патриция Виниция и выросшей в Риме лигийской заложницы Каллины, которую по тексту всё больше зовут Лигией. Римский обычай давать прозвища порядком путает современного читателя, надо сказать, визуально "удваивая" число действующих лиц
Событийный ряд романа (весьма внушительного по объёму) можно разделить на три основные последовательные части:
- "охота" язычника Виниция за приглянувшейся ему христианкой Лигией;
- перевоспитание Виниция и становление его как христианина;
- противостояние влюблённых и старого дохристианского мира, который олицетворяет Нерон.
... впрочем, у старого мира есть ещё одно олицетворение - Петроний, прозванный Арбитром Изящества. Он противопоставлен и христианам, и Нерону с его присными. Петроний - это красота, эстетизм, возвышенность, но одновременно бездеятельность и равнодушие.
Личное моё отношение к роману оказалось двояким. С одной стороны, становление христианства, его заря, преодоление учением трудностей, невыразимая жертвенность первых последователей - вещи очень интересные и с точки зрения исторической, и с точки зрения психологической тоже. Впрочем, это несколько обесценивает тот факт, что исторические события и введённые в текст имена и поступки реальных людей у автора часто бывают искажены, а также сложный и выспренный язык. С другой стороны, я очень далека от религиозности и какой бы то ни было конфессии, и происходящее часто раздражало меня своей непоследовательностью и нелогичностью.
Теперь о том, почему не впечатлила любовная линия: к Лигии вопросов нет. Она не слишком впечатляющий, но внутри своего сюжетного отрезка вполне понятный и скорее приятный персонаж. Виниция я не принимаю категорически. С момента (спойлер!) убийства им в ярости после потери Лигии пожилого раба, который нянчил патриция в детстве, я категорически охладела к герою. Его дальнейшие страдания, метания, пробуждение совести и прочее меня не тронули совершенно. И да, я понимаю, что он далёк от современной гуманности и норм морали и что данный эпизод должен был подчеркнуть его дальнейший рост под влиянием христианской веры, но... Но были (есть и будут) и нехристиане, которые сохраняли разум и владели собой. Неумеренность и экзальтация это не то, что я хотела бы видеть в главных героях.
Но роман в целом, конечно, производит сильное впечатление. Стоит одолеть первый десяток глав, чтобы разобраться в канве и позволить увлечь себя в переплетенье жарких римских улиц, переплетенье улиц обречённого города, на чьём пепелище скоро вознесётся новый Рим - Вечный Град Петра.
Цитаты
1. Любовь делает нас богоравными.
2. И боги, и люди ищут любви. Кроме неё, нет на свете ничего.
3. Помощи надлежит ждать только оттуда, откуда она может прийти.
4. Желать приятно, но ещё приятнее быть желанным.
5. Есть мысли, которые перенести невозможно.
6. Прощать можно только собственные обиды.
7. Я всегда верю в то, во что мне выгодно верить, и в этом состоит моя философия. (Хилон)
8. Недостаточно только любить, надо уметь любить и надо уметь научить любви.
9. Вселенную несёт на своих плечах не Атлант, а женщина, и порой играет ею как мячом.
10. С философами лучше быть в ладу.
11. Куча золы - осталась ли она от пастушеского костра или от сожжённого города - это только куча золы, которую рано или поздно развеет ветер.