Мое знакомство с Виктором Гюго произошло через тоненькую книжечку «Козетта» (как и у множества других советских детей, пожалуй. Впрочем, был еще альтернативный вариант с «Гаврошем»), когда мне было лет 7 или 8. Я тогда знать не знала, кто такой Гюго и что эта история часть эпического полотна «Отверженных» не знала тоже. Возможно, в выходных данных детской книги это где-то и было указано, но мимо моего детского восприятия прошло. Это прошло, а вот сам текст в память врезался. Много лет спустя, читая уже полную версию «Отверженных» (я читала их несколько раз; полностью, кажется, трижды - в последний не так давно, а впервые в подростковом возрасте) я снова встретилась с Козеттой, только теперь уже, так сказать, в динамике и контексте: теперь я знала историю ее рождения, трагичность судьбы и глубину жертвенности ее матери и то, кто забрал девочку из жуткой харчевни от невежественных, жадных и злобных Тенардье знала тоже. При этом я понимаю, что в 7-8 лет про несчастную Фантину и бывшего каторжника, случайно сыгравшего роковую роль в ее судьбе - бесконечно рано.
Честно говоря, я удивилась, когда мой младший (пяти с половиной лет) вдруг стал настоятельно просить почитать ему книжку про бедную девочку «Газету» (да, над произношением имени пришлось поработать. Оказалось, что им читают эту книгу в садике перед дневным сном. Честно говоря, мне кажется, что это рановато (не так давно, кстати, принимала участие в обсуждении, когда детям уже пора Тома Сойера. Сама встретила на просторах сети (понимаю, что не истина в последней инстанции) список, где его рекомендовали детям до семи лет, и, мягко сказать, удивилась). Не знаю, что сподвигло на такой выбор, возможно, то, что Козетта осознавала себя с пяти лет и тяжко работала с этого же возраста, а героями детских книг довольно часто выступают ровесники юных читателей.
На удивление история моему ребенку пришлась по душе. Слушал прекрасно, удивлялся, что закончилось быстро и просил продолжения. Это совершенно точно не тот случай, когда «засыпаем под чтение словаря», потому что на протяжении следующих нескольких дней он задавал мне вполне конкретные и осмысленные вопросы относительно содержания прочитанного.
Меня порадовало, что в версии, которую читали мы сейчас, события пролонгированы относительно той, что была в моем детстве. Для меня эта история закончилась, когда Козетта в сопровождении нежданного благодетеля покинула Монфермейль (после чего у маленькой меня осталось множество вопросов, главными из которых были: кто? и куда?), а нынешняя версия довела ее с новообретенным названым отцом до Парижа и даже назвала его и мать девочки по именам. Возможно, впрочем, что это я просто так запомнила, потому что уведший девочку остался в моей детской памяти «черным человеком», тогда как в тексте он одет в желтый редингот (черной - траурной по матери - была новая одежда Козетты).
Пожалуй, этот текст стоит читать детям (возможно, более старшего возраста; насколько я знаю, хрестоматией он рекомендован четвероклассникам) ради самого текста. Тексты Гюго четки, прекрасно структурированы и глубоки, они прекрасно разбираются на афоризмы и выверенно воздействуют на разум и эмоции.
Кстати, вы помните, что полным именем Козетты было Эфрази? («Козетта - читай Эфрази. Малютку звали Эфрази. Но из Эфрази мать сделала Козетту, следуя тому инстинкту изящного, благодаря которому матери и народ любовно превращают Хосефу в Пепиту, а Франсуазу в Силету. Такого рода производные вносят полное расстройство и путаницу в научные выводы этимологов. Мы знавали бабушку, которая ухитрилась из Теодоры сделать Ньон»).
Вероятно, лично на меня этот текст произвел весьма глубоко впечатление, потому что одну из своих коллекционных кукол, очаровательную девочку, я назвала Эфрази (но сокращенно зову не Козеттой, а Фро).
