Мне кажется, что когда-то, несколько лет назад, я уже писала на «Снобе» (возможно, в комментариях) про эту несколько манипулятивную, но практически стопроцентно действенную методику. Проблема актуальная, с которой каждый год в нашей стране сталкиваются сотни, если не тысячи родителей учеников и учениц начальной школы.
Три живых голоса:
— Доктор, помогите, я просто не знаю, чего мне делать! Она говорит, мой Петя идиот и ему нужно в школу для умственно отсталых, но он же не идиот, я знаю, он просто медленно все делает. Он всегда такой был, и в садике тоже. Медленно ест, медленно одевается. Если его не торопить, он все эти задачи решит, и даже ошибки в диктанте найдет… Ну не все, конечно… но что-то найдет точно! А если его подгонять, так он просто в ступор впадает. А она говорит, что не может все время его ждать и им заниматься, у нее в классе еще 35 человек…
— Мы всесторонне обследовались и консультировались у лучшего невролога города. Он сказал, что никаких противопоказаний, ребенок интеллектуально даже превосходит свой возраст, просто он очень подвижный. Я специально выбирала школу и учителя, о котором говорили, что она может именно заинтересовать детей. И что же? Теперь, в середине второго класса, она говорит, что гимназическая программа Валентину не подходит, на уроке он не подчиняется дисциплинарным требованиям и мешает другим детям усваивать материал, она выставит неудовлетворительное поведение и вынесет вопрос на педсовет, но может и ничего не выносить, если мы согласимся просто тихо уйти в другую школу с обычной программой. Но мы не хотим уходить, это хорошая школа, Валентин привык к детям и учительнице, и по всем предметам у него бывают двойки, но бывают и пятерки! И разве это не дело учительницы — обеспечить дисциплину на уроке?!
— Танечка так расстраивается, плачет, когда двойки получает… Она говорит: дети кричат, балуются, она сосредоточиться не может. И сдает пустой листок, а учительница говорит: не усваивает материал. Но Танечка любит в школу ходить, и подружек своих, и учителей, вот по английскому группы маленькие, и там у нее все хорошо, и по труду, и по рисованию… Мы просто в садик из-за здоровья не ходили, поэтому, может, ей труднее других привыкнуть. А учительница говорит: я не могу объяснять ей отдельно, у меня другие дети есть, идите на домашнее обучение. А Танечка теперь хочет со всеми, она уже дома, когда болела, насиделась! Как бы нам так сделать?..
Итак, у вашего ребенка в начальной школе есть реальные проблемы: гипер- или гиподинамический синдром, нарушения концентрации внимания, дисграфия, еще что-то, но нет реальных противопоказаний для обучения в массовой школе. Но при этом ваш ребенок мешает учителю: нарушает дисциплину, плохо соображает, отвлекается, тормозит и т. д. И вот учитель явно готовится его «слить» — из класса или из школы. А вы хотите оставить. В этой школе, в этом классе, у этого учителя.
Чего делать нельзя?
Обвинять учителя и требовать «индивидуального подхода» для вашего ребенка. Опытные учителя начальных классов говорили мне (и я им верю), что если в классе три «электровеника» и один «тормоз», работать еще можно, но на пределе. Если больше — учебную (основную для учителя) задачу выполнить невозможно. Единственный выход в этом случае — сверхштатного персонажа из класса убрать любым способом. Вам нужно, чтобы это оказался не ваш ребенок.
Ваши действия:
Покупаете блокнот с яркой картинкой и игрушку, которую часто можно видеть на торпедах машин — некая зверюга с подвешенной на крючке головой. Машина едет, голова качается.
Учитесь долго и ритмично качать головой так, как это делает купленная зверюга.
Берете ручку, купленный блокнот и идете к Марье Петровне.
Непрерывно качая головой, как та зверюга, говорите, не жалея вежливых и даже льстивых оборотов, приблизительно следующее:
— Марья Петровна, я знаю, что у моего ребенка есть проблемы. С ним нелегко. Мы работаем над этим, занимаемся каждый день, ходим к психологу и т. д. Но, Марья Петровна, ничто не заменит рекомендаций опытного педагога, который видит ребенка каждый день. Скажите, что нам делать, я записываю.
Марья Петровна что-то вам скажет, и вы это запишете. Если покажется здравым, делайте.
Поблагодарили, ушли.
Каждый день формально спрашиваете у ребенка про его успехи.
Через три недели (срок, проверенный более чем десятилетней практикой: реже — забудет, чаще — надоест) снова появляетесь пред очи Марьи Петровны и говорите:
— Марья Петровна, мы все делаем, как вы сказали. Что-нибудь заметно? Есть сдвиги?
— Да как-то нет, — честно отвечает Марья Петровна.
— Еще мудрости! — восклицаете вы, пожирая глазами начальство и не забывая ритмично качать головой. — Я записываю и каждый день, как отче наш...
Марья Петровна чуть напрягается и выдает еще каких-нибудь рекомендаций.
— Свет истинного знания просиял перед моим внутренним взором! — радостно заявляете вы и уходите работать.
8. Повторение эпизода номер 7. С одной поправкой: Марье Петровне как-то слегка неловко (ведь вы же уже больше месяца действуете по ЕЕ СОБСТВЕННЫМ рекомендациям), и она говорит (врет):
— Ну может есть какое-то улучшение, но ма-а-аленькое…
— О радость! Еще мудрости!!! — взвываете вы, поудобнее перехватывая блокнот и привычно качая головой.
9. На следующий день Марья Петровна невольно приглядывается к вашему ребенку (мать так старается!) и полусознательно дает ему чуть-чуть форы (подольше ждет ответа, если речь идет о «тормозе», дает возможность собраться рассеянному и т. д.). Ребенок принимает неожиданную поддержку и отвечает или успешно выполняет задание, и она ему говорит: вот видишь, ты можешь!
Вечером вы задаете ребенку дежурный вопрос об успехах, и он радостно отвечает: Марья Петровна меня сегодня похвалила! Сказала, что я могу!
— О! — говорите вы. — Процесс пошел. Я знала, что так и будет. Заяц, к завтрашнему дню мы с тобой хорошенько подготовимся, чтобы Марью Петровну не разочаровать. Ты поднимешь руку и… Я верю в тебя, заяц!
10. Назавтра Марья Петровна чувствует неловкость (вчерашний «обман» стучится из подсознания) и, увидев поднятую руку, решает проверить свои ощущения. Но ребенок действительно отвечает лучше, чем обычно! Ей не показалось, и значит, вчера не было никакой натяжки! Он действительно выправляется благодаря ее рекомендациям и настойчивости матери в их выполнении! Ребенок получает полноценную, эмоционально возвышающую похвалу (хотя Марья Петровна хвалит не только и не столько его, сколько себя и вас), которую, естественно, пересказывает дома. Все радуются, ребенок воодушевлен и готов к новым свершениям.
11. Вы бежите в школу с неизменным блокнотом и, непрерывно кивая, благодарите Марью Петровну, не забыв запросить еще мудрости.
— Да-да, нам нужно еще много работать! — строго говорит Марья Петровна, но ее глаза сияют добротой.
12. На этом месте замыкается петля обратной связи. Вы и ваш ребенок теперь для Марьи Петровны — ее удача и достижение. Она говорит коллегам: «Вот возьмите Васю! Одна ходячая проблема! Но если семья борется, не опускает рук, мать готова слушать настоящих профессионалов (меня!) и исполнять рекомендации, то даже зайца можно научить стучать на барабане!»
Вася по-прежнему пропускает буквы, путает подлежащее со сказуемым и болтает с соседями, но петля обратной связи захватила и его: Марья Петровна его любит и ценит, и он стал лучше учиться и больше не запускает в классе бумажных голубей, чтобы не расстраивать учительницу.
Ложка дегтя: кого-нибудь Марья Петровна все равно «сольет» (работать-то надо). Но это будет НЕ ВАШ ребенок. Свою удачу не сливают.
