Прочла статью - показалась информативной и интересной
В этой статье Я.В. Соколов, д.э.н., профессор, член Методологического совета по бухгалтерскому учету при Минфине России описывает методологические приемы дебетования и кредитования, анализирует историю вопроса, подводя читателя таким образом к осознанию их сути. Эти приемы раскрывают возможности хозяйственных процессов, и они же ставят границы этим возможностям.
Происхождение
Была великая страна. Она называлась сначала Римской республикой, потом Римской империей. Потом она исчезла. Самоликвидировалась. Прошло много лет и ее попытались возродить под названием Священной Римской империи германской нации. В начале XIX в. и от этого пустого титула пришлось отказаться.
Но наша тема возникла не в этой фиктивной империи, а в империи настоящей. Именно там, в Древнем Риме, появились эти загадочные слова: дебет (лат. debet - он должен) и кредит (лат. credit - он верит). Названия возникли раньше, чем люди узнали двойную бухгалтерию. А когда эти два слова стали популярны*, то их начали употреблять и в широком смысле. Немецкий писатель Г. Фрейтаг (1816-1895) назвал ими свой самый известный роман, идея которого сводится к тому, что когда в жизни каждого человека дебет и кредит сходятся, то он, человек, и его семья достигают полного счастья. А великий русский революционер-демократ А.И. Герцен (1812-1870) даже мечтал потрясти основы капитализма дебетом и кредитом.
Нельзя сказать, чтобы всем нашим русским коллегам слова дебет и кредит нравились. Многие, особенно патриотически настроенные бухгалтеры во главе с Ф.В. Езерским (1836-1916), смеялись над теми, кто так говорил, считая, что эти люди "хочут свою ученость показать". Это, дескать, по ученому так. А по-русски, чтобы голову не морочить, это приход и расход. Однако как объяснить, скажем, оприходование излишка товаров. Ведь запись в традиционном учете:
Дебет "Товары" Кредит "Прибылей и убытков"
По Езерскому выходило:
Приход сч. Товары Расход сч. Прибыли и убытки
Если запись по дебету была понятна, то отражение по кредиту выглядело абсурдно. Езерский, сознавая это, предложил в пассивных счетах поменять названия местами. В результате получилось:
(1) оприходован излишек товаров
Приход сч. Товары Приход сч. Прибылей и убытков
(2) оприходованы товары, поступившие от поставщиков
Приход сч. Товары Приход сч. Расчеты с поставщиками и подрядчиками
(Сам Езерский предпочитал большую степень агрегации записей и вместо счета Товары использовал счет Ценности, а вместо счета Расчеты с поставщиками и подрядчиками - счет Капитала.) На первый взгляд подобная терминология и ее применение кажутся проще, чем использование таких категорий как дебет и кредит, но для людей искушенных в теории и практике все это выглядело слишком экстравагантным.
Как бухгалтеры понимают дебет и кредит
Парадокс в том, что эти латинские слова бухгалтеры иногда понимают буквально, но чаще от этимологии отходят. Спрашивается: зачем? Ответы разные.
Один из лучших - самый старый и простой, принадлежащий французскому бухгалтеру Э. Дегранжу (конец XVIII в.). Он учил: тот кто выдает - кредитуется, тот кто получает - дебетуется.
Легко и просто. Вот она двойная запись: поставщик дал, а он дал, ибо верит, что ему заплатят, - кредитуем его, кладовщик принял и должен отвечать перед собственником за принятые ценности - дебетуем его согласно полученным документам. Всем все понятно.
Только тут представлен чисто юридический подход к делу: учет ведется не ценностей, а обязательств лиц, участвующих в хозяйственных процессах.
Экономическая интерпретация все сводит к пословице: нет прихода без расхода. У кладовщика приход ценностей, у поставщика их расход. Но можно предположить и обратное: нет расхода без прихода. Это правило имело и имеет огромные последствия для бухгалтерского учета, так как оно означает, что все потраченные средства, не давшие дохода - не могут быть признаны расходами, и их следует квалифицировать как потери. Наиболее полно этот подход был развит в меновой теории русского бухгалтера Е.Е. Сиверса (1852-1917), который исходил из того, что двойная запись только отражает меновые отношения в хозяйстве. Скажем, предприятию дали товары, а оно представило обязательство их оплатить.
Это были классические пояснения природы двойной записи.
Потом появились интерпретации более изощренные.
Запись по кредиту является причиной записи по дебету. Запись по дебету - следствие записи по кредиту. Эту философскую трактовку на основе причинно-следственной связи отстаивал в России Л.И. Гомберг (1866-1935). Его подход получил международное признание, но на родине Я.М. Гальперин (1894-1952) обратил внимание на то, что если получение товаров - следствие их отгрузки (причина), то вполне можно предположить, что оприходование товаров - это причина возникновения кредиторской задолженности. Гальперин думал, что он скомпрометировал идеи Гомберга, но многие подумали, что он только расширил их понимание.
Другим вариантом философского подхода к проблеме была диалектическая интерпретация А.М. Галагана (1879-1938), который считал дебет и кредит проявлением закона единства и борьбы противоположностей, ибо каждый факт хозяйственной жизни отражает в себе эти два начала. Трансформацию оборотов в сальдо он связывал с законом перехода количественных изменений в качественные, и далее этот закон, по его мнению, приводил к переходу от счетов Главной книги к балансу. Закон отрицания отрицания он понимал следующим образом: сальдо начальные образуют тезис, обороты - антитезис и сальдо конечные - синтез. За такую трактовку Галагану запретили преподавать в высшей школе. Он сидел дома восемь лет и ждал ареста. Не дождался и умер от страха.
Уже в наше время появилась информационная трактовка. Ее суть в том, что у каждого счета есть информационный выход (кредит) и информационный вход (дебет). Лучше всех этот подход описал французский автор Ж. Маришаль.
Первые три трактовки идут от содержания операций, три последние предполагают чисто формальное рассмотрение содержания двойной записи. (И этот формализм позволял применять ее для описания химических реакций и даже для записи таких игр как преферанс.)
Однако все приведенные трактовки однозначно понимают дебет и кредит любого счета. Кредит - всегда (-), дебет - всегда (+). Поэтому все подобные подходы получили название теорий одного ряда счетов.
Но подлинный формализм в истолковании двойной записи продемонстрировал швейцарский автор И.Ф. Шер (1846-1924). Он разделил все счета по отношению к балансу на активные (дебет +; кредит -) и пассивные (дебет -; кредит +). И стал объяснять характер двойной записи, исходя из алгебраических формул. Такой подход предполагал два ряда счетов (активных и пассивных). В теориях одного ряда счетов все счета, были активно-пассивными.
Что дает их практическое применение
Изначально двойная запись позволяла устанавливать "признаки верности" при регистрации фактов хозяйственной жизни: если дебетовые обороты по дебету и кредиту равны, то считалось, что разноска сделана правильно, если дебетовые и кредитовые сальдо равны между собой, то счета открыты и закрыты правильно. (Эта правильность могла быть только формальной.) На это указывали многие специалисты, среди которых выделяется замечательный русский бухгалтер Ф.В. Езерский.
Но основное значение двойной бухгалтерии было не в этом. Ее сила была в том, что она позволяла исчислять финансовый результат, не прибегая к инвентаризации. Это ее главное достоинство. Многие говорят, что инвентаризацию все равно проводят. Это правда, но не вся правда. В условиях двойной бухгалтерии считается необходимо непременно прибегать к инвентаризации при составлении годового баланса. Это раз. И цель ее сводится только к уточнению финансового состояния фирмы, в то время как ее финансовый результат может быть исчислен и исчисляется автономно, только по данным счетов Главной книги.
Что делает двойная запись с данными учета
С одной стороны двойная бухгалтерия облегчает понимание и финансового положения, и финансовых результатов фирмы. Но нельзя все воспринимать однозначно. Русский человек, как учил нас великий философ Н.А. Бердяев (1874-1948), любит краткость. Когда-то во времена Алексея Михайловича (1645-1676, р. 1629) голландцы хотели наших купцов двойной бухгалтерии учить. Нашим это было, говоря языком современной улицы, по барабану. Только после Петра I стали потихоньку ее изучать. И сразу то, что плохим считалось, стало хорошим и замечательным, ибо хорошие стороны ценят все, плохие или скрывают, или, что еще хуже, "смотрят и не видят".
А недостатки всегда есть.
Во-первых, двойная запись не гарантия правильности бухгалтерских записей. Постулаты Пачоли могут быть выполнены, а ошибки и утайки, как говорил Езерский, могут присутствовать, и присутствуют во многих бухгалтерских отчетах.
Во-вторых, как только для одного и того же объекта приходится прибегать к разным оценкам, сразу возникают проблемы. Их более или менее решают в учете, применяя регулирующие и результативные счета. (Счета порядка и метода как называли Э. Леоте (1845-1908) и А. Гильбо (1819-1895)).
В-третьих, есть случаи, когда необходимость применения двойной записи просто искажает финансовое положение фирмы.
Например, взят кредит - 100 000 руб. на три года под 10 % годовых. Естественно по дебету расчетных счетов будет показано 100 000 руб., а по кредиту счета "Расчеты по долгосрочным кредитам и займам" следует записать 130 000 руб., но пишут 100 000, явно занижая общую сумму обязательств.
Или, организация А вкладывает в уставный капитал фирмы Б право пользования помещениями и расценивает это право в 300 000 руб. У принимающей стороны нет бухгалтерских вопросов, ибо ей следует кредитовать счет "Расчеты с учредителями", дебетуя или счет "Нематериальные активы" или счет "Расходы будущих периодов", но у вкладчика проблема огромная: дебетовать надо было бы счет "Финансовые вложения" на 300 000 руб., а какой, спрашивается, счет следует кредитовать?
Итоги
Дебет и кредит - чисто методологические приемы. Они раскрывают возможности хозяйственных процессов, и они же ставят границы этим возможностям.
У всякого непредубежденного читателя возникает, конечно, вопрос: что дальше, может ли быть вместо двойной тройная, четверная и n-мерная бухгалтерия?
Сразу же отвечу: нет!
Дело в том, что любой учитываемый объект может изменяться только в двух направлениях: или он увеличивается, или уменьшается. Отсюда и вывод: бухгалтерия может быть только двойной. И больше никаких фантазий.
Источник http://www.buh.ru/document-886
В этой статье Я.В. Соколов, д.э.н., профессор, член Методологического совета по бухгалтерскому учету при Минфине России описывает методологические приемы дебетования и кредитования, анализирует историю вопроса, подводя читателя таким образом к осознанию их сути. Эти приемы раскрывают возможности хозяйственных процессов, и они же ставят границы этим возможностям.
Происхождение
Была великая страна. Она называлась сначала Римской республикой, потом Римской империей. Потом она исчезла. Самоликвидировалась. Прошло много лет и ее попытались возродить под названием Священной Римской империи германской нации. В начале XIX в. и от этого пустого титула пришлось отказаться.
Но наша тема возникла не в этой фиктивной империи, а в империи настоящей. Именно там, в Древнем Риме, появились эти загадочные слова: дебет (лат. debet - он должен) и кредит (лат. credit - он верит). Названия возникли раньше, чем люди узнали двойную бухгалтерию. А когда эти два слова стали популярны*, то их начали употреблять и в широком смысле. Немецкий писатель Г. Фрейтаг (1816-1895) назвал ими свой самый известный роман, идея которого сводится к тому, что когда в жизни каждого человека дебет и кредит сходятся, то он, человек, и его семья достигают полного счастья. А великий русский революционер-демократ А.И. Герцен (1812-1870) даже мечтал потрясти основы капитализма дебетом и кредитом.
Нельзя сказать, чтобы всем нашим русским коллегам слова дебет и кредит нравились. Многие, особенно патриотически настроенные бухгалтеры во главе с Ф.В. Езерским (1836-1916), смеялись над теми, кто так говорил, считая, что эти люди "хочут свою ученость показать". Это, дескать, по ученому так. А по-русски, чтобы голову не морочить, это приход и расход. Однако как объяснить, скажем, оприходование излишка товаров. Ведь запись в традиционном учете:
Дебет "Товары" Кредит "Прибылей и убытков"
По Езерскому выходило:
Приход сч. Товары Расход сч. Прибыли и убытки
Если запись по дебету была понятна, то отражение по кредиту выглядело абсурдно. Езерский, сознавая это, предложил в пассивных счетах поменять названия местами. В результате получилось:
(1) оприходован излишек товаров
Приход сч. Товары Приход сч. Прибылей и убытков
(2) оприходованы товары, поступившие от поставщиков
Приход сч. Товары Приход сч. Расчеты с поставщиками и подрядчиками
(Сам Езерский предпочитал большую степень агрегации записей и вместо счета Товары использовал счет Ценности, а вместо счета Расчеты с поставщиками и подрядчиками - счет Капитала.) На первый взгляд подобная терминология и ее применение кажутся проще, чем использование таких категорий как дебет и кредит, но для людей искушенных в теории и практике все это выглядело слишком экстравагантным.
Как бухгалтеры понимают дебет и кредит
Парадокс в том, что эти латинские слова бухгалтеры иногда понимают буквально, но чаще от этимологии отходят. Спрашивается: зачем? Ответы разные.
Один из лучших - самый старый и простой, принадлежащий французскому бухгалтеру Э. Дегранжу (конец XVIII в.). Он учил: тот кто выдает - кредитуется, тот кто получает - дебетуется.
Легко и просто. Вот она двойная запись: поставщик дал, а он дал, ибо верит, что ему заплатят, - кредитуем его, кладовщик принял и должен отвечать перед собственником за принятые ценности - дебетуем его согласно полученным документам. Всем все понятно.
Только тут представлен чисто юридический подход к делу: учет ведется не ценностей, а обязательств лиц, участвующих в хозяйственных процессах.
Экономическая интерпретация все сводит к пословице: нет прихода без расхода. У кладовщика приход ценностей, у поставщика их расход. Но можно предположить и обратное: нет расхода без прихода. Это правило имело и имеет огромные последствия для бухгалтерского учета, так как оно означает, что все потраченные средства, не давшие дохода - не могут быть признаны расходами, и их следует квалифицировать как потери. Наиболее полно этот подход был развит в меновой теории русского бухгалтера Е.Е. Сиверса (1852-1917), который исходил из того, что двойная запись только отражает меновые отношения в хозяйстве. Скажем, предприятию дали товары, а оно представило обязательство их оплатить.
Это были классические пояснения природы двойной записи.
Потом появились интерпретации более изощренные.
Запись по кредиту является причиной записи по дебету. Запись по дебету - следствие записи по кредиту. Эту философскую трактовку на основе причинно-следственной связи отстаивал в России Л.И. Гомберг (1866-1935). Его подход получил международное признание, но на родине Я.М. Гальперин (1894-1952) обратил внимание на то, что если получение товаров - следствие их отгрузки (причина), то вполне можно предположить, что оприходование товаров - это причина возникновения кредиторской задолженности. Гальперин думал, что он скомпрометировал идеи Гомберга, но многие подумали, что он только расширил их понимание.
Другим вариантом философского подхода к проблеме была диалектическая интерпретация А.М. Галагана (1879-1938), который считал дебет и кредит проявлением закона единства и борьбы противоположностей, ибо каждый факт хозяйственной жизни отражает в себе эти два начала. Трансформацию оборотов в сальдо он связывал с законом перехода количественных изменений в качественные, и далее этот закон, по его мнению, приводил к переходу от счетов Главной книги к балансу. Закон отрицания отрицания он понимал следующим образом: сальдо начальные образуют тезис, обороты - антитезис и сальдо конечные - синтез. За такую трактовку Галагану запретили преподавать в высшей школе. Он сидел дома восемь лет и ждал ареста. Не дождался и умер от страха.
Уже в наше время появилась информационная трактовка. Ее суть в том, что у каждого счета есть информационный выход (кредит) и информационный вход (дебет). Лучше всех этот подход описал французский автор Ж. Маришаль.
Первые три трактовки идут от содержания операций, три последние предполагают чисто формальное рассмотрение содержания двойной записи. (И этот формализм позволял применять ее для описания химических реакций и даже для записи таких игр как преферанс.)
Однако все приведенные трактовки однозначно понимают дебет и кредит любого счета. Кредит - всегда (-), дебет - всегда (+). Поэтому все подобные подходы получили название теорий одного ряда счетов.
Но подлинный формализм в истолковании двойной записи продемонстрировал швейцарский автор И.Ф. Шер (1846-1924). Он разделил все счета по отношению к балансу на активные (дебет +; кредит -) и пассивные (дебет -; кредит +). И стал объяснять характер двойной записи, исходя из алгебраических формул. Такой подход предполагал два ряда счетов (активных и пассивных). В теориях одного ряда счетов все счета, были активно-пассивными.
Что дает их практическое применение
Изначально двойная запись позволяла устанавливать "признаки верности" при регистрации фактов хозяйственной жизни: если дебетовые обороты по дебету и кредиту равны, то считалось, что разноска сделана правильно, если дебетовые и кредитовые сальдо равны между собой, то счета открыты и закрыты правильно. (Эта правильность могла быть только формальной.) На это указывали многие специалисты, среди которых выделяется замечательный русский бухгалтер Ф.В. Езерский.
Но основное значение двойной бухгалтерии было не в этом. Ее сила была в том, что она позволяла исчислять финансовый результат, не прибегая к инвентаризации. Это ее главное достоинство. Многие говорят, что инвентаризацию все равно проводят. Это правда, но не вся правда. В условиях двойной бухгалтерии считается необходимо непременно прибегать к инвентаризации при составлении годового баланса. Это раз. И цель ее сводится только к уточнению финансового состояния фирмы, в то время как ее финансовый результат может быть исчислен и исчисляется автономно, только по данным счетов Главной книги.
Что делает двойная запись с данными учета
С одной стороны двойная бухгалтерия облегчает понимание и финансового положения, и финансовых результатов фирмы. Но нельзя все воспринимать однозначно. Русский человек, как учил нас великий философ Н.А. Бердяев (1874-1948), любит краткость. Когда-то во времена Алексея Михайловича (1645-1676, р. 1629) голландцы хотели наших купцов двойной бухгалтерии учить. Нашим это было, говоря языком современной улицы, по барабану. Только после Петра I стали потихоньку ее изучать. И сразу то, что плохим считалось, стало хорошим и замечательным, ибо хорошие стороны ценят все, плохие или скрывают, или, что еще хуже, "смотрят и не видят".
А недостатки всегда есть.
Во-первых, двойная запись не гарантия правильности бухгалтерских записей. Постулаты Пачоли могут быть выполнены, а ошибки и утайки, как говорил Езерский, могут присутствовать, и присутствуют во многих бухгалтерских отчетах.
Во-вторых, как только для одного и того же объекта приходится прибегать к разным оценкам, сразу возникают проблемы. Их более или менее решают в учете, применяя регулирующие и результативные счета. (Счета порядка и метода как называли Э. Леоте (1845-1908) и А. Гильбо (1819-1895)).
В-третьих, есть случаи, когда необходимость применения двойной записи просто искажает финансовое положение фирмы.
Например, взят кредит - 100 000 руб. на три года под 10 % годовых. Естественно по дебету расчетных счетов будет показано 100 000 руб., а по кредиту счета "Расчеты по долгосрочным кредитам и займам" следует записать 130 000 руб., но пишут 100 000, явно занижая общую сумму обязательств.
Или, организация А вкладывает в уставный капитал фирмы Б право пользования помещениями и расценивает это право в 300 000 руб. У принимающей стороны нет бухгалтерских вопросов, ибо ей следует кредитовать счет "Расчеты с учредителями", дебетуя или счет "Нематериальные активы" или счет "Расходы будущих периодов", но у вкладчика проблема огромная: дебетовать надо было бы счет "Финансовые вложения" на 300 000 руб., а какой, спрашивается, счет следует кредитовать?
Итоги
Дебет и кредит - чисто методологические приемы. Они раскрывают возможности хозяйственных процессов, и они же ставят границы этим возможностям.
У всякого непредубежденного читателя возникает, конечно, вопрос: что дальше, может ли быть вместо двойной тройная, четверная и n-мерная бухгалтерия?
Сразу же отвечу: нет!
Дело в том, что любой учитываемый объект может изменяться только в двух направлениях: или он увеличивается, или уменьшается. Отсюда и вывод: бухгалтерия может быть только двойной. И больше никаких фантазий.
Источник http://www.buh.ru/document-886
