У кого как, а у нас традиционно на нг каникулы все болели, включая меня и мужа, в этот раз даже билеты на елку не брали, дабы не пропадать им. Ближе к концу праздников мы так озверели, что поругались с мужем в хлам так, что я практически решила развестись нахрен. Два дня мы не разговаривали, на третий помирились. В качестве моральной компенсации, он мне нашел и оплатил персонального тренера и зал. Вчера ходила на тренировку, сегодня подыхаю и думаю, не лоханулась ли я с компенсацией?
В тему он мне прислал такой шедевр с просторов интернета, я ржала до слез:
Мысль о разводе победоносно ударила Александре Витальевне в голову еще утром, и теперь она страстно желала рассказать об этом супругу.
Однако ужас ситуации был вовсе не в том, что они вот теперь после 20 лет брака разводятся. Ужас был в том, что она не понимала зачем были эти 20 лет брака.
Зачем она вообще на 20 лет состыковались с ним на просторах родной вселенной, если вот сейчас только и остаётся, что разойтись. Ей виделась в этом глобальная несправедливость к ней как к женщине.
А причина развода была проста - достал. Каждая женщина вкладывает свои аспекты существования в эту причину, но суть, как ни крути, остаётся одна - достал. А раз достал, то ничего тут уже не попишешь, и 20 лет жизни не перепишешь набело.
Сочиняя для мужа предразводную речь, она уже подыскала слова. " С тобой было тревожно, хмуро и зябко, - придумала начало речи она. - А ты что хотел? Ведь наша совместная жизнь - это кладбище моих мечт!".
Последняя фраза ей особенно понравилась, поэтому она повторила ее несколько раз, чтобы вдруг не забыть, и злобно хмыкнула, вооруженная ощущением собственной значимости.
Она посмотрела на мужа. Он после ночной смены ожесточенно дрых на диване, открыв рот. Храп от его сонной деятельности стоял повсеместно. Но это ей не мешало вести с ним внутренний диалог и репетировать, репетировать.
Поупражнявшись в ораторском мастерстве, она подошла к нему и настороженно посмотрела ему в лицо. "Какой милый, - мелькнуло у нее в голове, но тут же осекла себя, чтобы не дать слабину и не передумать насчёт развода".
Впрочем, пока будить она его не собиралась. Ей ещё надо было почистить пёрышки, чтобы сообщить ему эту новость в прибранном состоянии. Красивой, красиво и по-красивому. Так ее учили женские журналы гламура. Ну, чтоб он сразу понял, что потерял. Поэтому она пошла в свою комнату, чтобы переодеться, сделать прическу и макияж.
Когда она вернулась во всем ослепительном блеске нового халата, муж все ещё спал. Всё-таки ночная смена - это ночная смена.
"Утомился, - с сожалением подумала она, но мысль о разводе всё ещё звучала наббатом в ее накрученной на бигуди голове".
Чтобы скоротать время, она решила прибрать в квартире, викинуть мусор и приготовить обед, который, судя по времени на часах, вскоре должен был стать ужином.
Так прошел час, а потом ещё час и ещё час, а муж ещё спал. Сил терпеть уже не было. Поэтому она села у его изголовья и положила ему руку на лоб, любуюсь своим свежим темно-сиреневым маникюром.
Муж тихо, почти как ребенок, открыл глаза, посмотрел на нее и улыбнулся.
- Ой, - сказал он ещё не отошедшим ото сна голосом, - а чего это ты? - спросил он, имея в виду ее внешний вид. - Мы куда-то идём? - спросил настороженно он.
И вот тут самое время было объявить ему о разводе, но сердце почему-то сжалось в горошину, и язык отказался поворачивать в нужную сторону.
- Вставай, - тихо произнесла она. - Ужин уже на плите.
- Лучше со мной полежи, - сказал он, приобняв сонной рукой ее за талию.
Так она поняла, что их развод затянется ещё пару десятков лет, а может и больше.
Впрочем, это было уже неважно: муж был теплый под боком, квартира была чиста, на плите стоял ужин, а через занавеску окна можно было разглядеть заходящее солнце.
- Давай сходим куда-нибудь, - предложила она. - Не пропадать же моему макияжу.
