«Нина, я никогда не рожу, я всех уже ненавижу» - она получает от меня такие сообщения почти три недели подряд. Нина - моя доула, а вернее перинатальный психолог клуба «Кармента» и принцесса Жасмин из Алладина. Именно ей я ною о всех своих страхах и ожиданиях, именно она приедет ко мне в родзал в 18-й роддом СПб и будет с нами на протяжении всех 7 часов родов и 2 часов послеродового периода. Без ее опоры и поддержки я бы вряд ли воспринимала день рождения сына как чудесный волнующий опыт. Мне понравилось рожать. Я с удовольствием как-нибудь повторю!
.
Я увидела ее на дне открытых дверей. Мое сердце сразу же распознало родственную душу, как часто оно бывает. Мой человек - и точка. На нашей дородовой консультации она скажет мне, что тоже почувствовала эту волну. На которой мы обе летели в день Х, и нам даже не надо было разговаривать, чтоб понять, что сейчас нужнее. «В твоих родах будет космос» - обещает она мне. Так оно и выходит.
.
В субботу утром я опять просыпаюсь в печали от того, что не родила. Пишу Нине, она просит нарисовать картинку «Я и мой ребёнок». Рисую. Я художник, я так вижу. Она в ответ говорит, что у меня схватки. Внутри глухо как в танке. Отправляюсь обниматься с мужем, а через полчаса у меня отходят воды. Привет, я действительно рожаю. Столько раз в голове представляла этот момент, но все равно бьет мандраж. Остаёмся с Ниной на связи и едем в роддом.
.
Оформление, формальности, осмотр. Обнимаю мужа на прощание. Внутри немного боязно и очень волнующе - скоро я увижусь с сыном. Отписываюсь Нине о каждом этапе. Наверх в родильное, ироничная акушерка по типу сестры Эванджелины из «Вызовите акушерку» застилает мне кровать. «Вам помочь? - Ты поможешь мне, если быстро родишь». Хихикаем, тоже мой человек. И вот я остаюсь в родзале одна. Схватки постепенно растут, жду.
.
Первое время я хожу, отвечаю на сообщения, растираю поясницу. Даже съела кусочек заныканной шоколадки. Почему-то клонит в сон. Включаю на телефоне мантры, пою, дышу. Из открытого окна тянет свежестью и прохладой. Приходит врач и говорит, что я в родах, но только в самом начале. Доулу пока ещё рано звать.
Спать хочется ещё сильнее, в голове такой сонный туман, а схватки все ощутимее отдают в поясницу. Пишу Нине, что она уже мне нужна. В то же время проходит врач и говорит, что раскрытие идёт быстро. «Зови свою помощницу».
.
Момент прибытия Нины помню плохо. Я провалилась настолько глубоко внутри себя, что уже не реагирую на внешние раздражители. Сознание периодически замирает в точке абсолютной тишины. За ней приходит схватка, достаточно интенсивная. Потом снова момент тишины. Нина массирует мне спину, шею, голову. Фокусируюсь на тепле ее рук, когда накрывает очередная волна. Помню, что когда совсем сильно - это уже конец, дальше снова будет легче. Нина говорит: «Ощущения сильные, но ты тоже сильная. Сильнее, чем ты есть, тебе не дадут. Ты должна пройти через это». Держусь в голове за эту фразу, это мой якорь на схватках, чтоб не унесло волной. А между схватками я начинаю спать. Мне снятся люди, события, места, фразы. Снится лесная река, по которой я плыву. Приходят ответы на незаданные вопросы. В какой-то момент я чувствую, что появляются новые силы, и совершенно точно знаю, что источник этих сил находится вовне. Где-то там на границе между сном и явью, между жизнью и смертью стоят те, кто пришли мне помочь. Звучит как что-то сектантское, но в тот момент я ощущаю, что все совершенно естественно. Эта сила - не моя, но часть меня к ней относится. Это мой Род - все женщины, кровью и плотью которых я являюсь, - пришли провести меня через эту инициацию. И я чертовски этому рада. Еще раз выдыхаю диафрагмой звук «Ааааа».
.
«Нина, мне хочется тужить» - осознаю я в какой-то момент, вынырнув из очередного микросна. Нина сидит рядом и держит меня за руку. Ищу ее глаза, это мой второй якорь, когда волна накрывает с новой силой. Дышим с ней вдвоём, гудим. Волна спадает. Засыпаю обратно. Приходят врач и акушерка. За семь часов, без какой-либо стимуляции и анестезии я умудрилась целиком раскрыться. Сын уже внизу, и я его чувствую. Думаю о том, что скоро мы увидимся. Ощущения достигают пика своей силы. Дышу, гужу.
.
Кровать превращают кресло, в родзале становится людно. Туман в голове рассеивается, приходит время поработать не внутри, а снаружи. Чувствую какой-то радостный азарт, а ещё облегчение от того, что можно больше не сдерживать потуги. Дальше уже идёт моя работа. Получается не очень. В какой-то момент я понимаю, что кричу. И крик этот не мой, вернее, голос совсем чужой. Глухой, яростный, направленный вперёд. Ещё немного работы, и сын появляется. «Я смогла!» - бьется в голове фейерверком.
.
Дальше будут обычные послеродовые формальности, мне принесут сына и в первый момент я не почувствую ничего, кроме удивления. Неужели это мое? Волны любви и восторга накроют меня позже, ночью, когда я буду обнимать его и прислушиваться к тому, дышит ли он, не холодно ли ему. Ненадолго пустят нашего папу знакомиться. Потом мы снова останемся с Ниной вдвоём, вернее втроём - сын наестся и заснёт своим первым сном на земле. А мы будем разговаривать, осознавать пережитое и удивляться. Потому что это был космос. Это было непросто, но так и я не жалеть себя туда пришла. Мы все сработали слаженно, как экипаж космического корабля, и прибыли на новую планету. А дальше начнётся совсем другая история.
