И чья вина, что не умею врать
И лицемерить я не научилась?
Не научилась чувства я скрывать.
Прости, что для тебя я «не сложилась».
Прости, что не вела деньгам подсчета,
Не воровала у других людей.
С врагами не сводила старых счетов
И не считала я себя других умней.
Не по деньгам друзей я выбирала,
Не научилась пить и изменять.
В моих глазах ты просто жалок,
Тебе ведь никогда любви не испытать…
Прости, что не могу плести интриги.
В глаза смотреть и, не краснея, врать.
А знаешь, все на свете справедливо…
И за дела свои придется отвечать…
Ты продал душу, ты испачкал тело,
В тебе нет больше ничего святого.
А знаешь, как бы сильно я хотела,
Чтобы тебе вернулось все, что сделал ты плохого!
Не я лишила нищего обеда,
Не я гребу все только под себя.
И все равно, тебе не избежать ответа!
Бог видит все! И Он – тебе судья!
Брошена, как взгляд, как тень от слова…
Словно душу вывернули наизнанку…
Что осталось? Всё опять? Всё снова?
ПросыпАться утром спозаранку?
Тапки? Кофе? Быстро? Чётко? Резко?
И маршрут, истоптанный до боли?
Весь гламур и пустота от блеска
Надоели!
Вот и чувствам воля!..
Уходил, не бросив взгляд последний,
Бросив лишь меня, как вещь, как мусор…
Проводила друга до передней…
«Друга» назову отныне «трусом»…
Уходил, взлетев с небес на землю,
Сам не знал, что падал в моём взоре.
Я твоих предательств не приемлю,
Но тебя, любя, не опозорю…
Жду я появленья в мире этом
Лишь того, кто в жизни не узнает
Слова «папа»…
На меня не сетуй…
Выбора тебе я не оставлю....
Рассовала руки по карманам,
Чтобы не мандражило от боли…
Кто же ждал подвоха и обмана?
Не желаю никому той доли…
…Кучка пары тел, сплетённых вместе…
…Родинка. Любимая. На локте…
Никаких решительных предвестий…
В ярости ломаю себе ногти…
Руки по карманам рассовала.
Слёзы без застенчивости льются…
Вместе покупали одеяла,
А они на них теперь …
Прямо протрясло электрошоком…
И ознобом в 40 ударяет…
Мне послужит неплохим уроком…
Правда, мысли со слезами – в стае…
Спотыкаюсь, поднимаюсь снова…
Так и жить теперь отныне буду…
Никогда любовь не будет кровом…
Навсегда запомню имя «Люда»…
И вроде тот же календарь,
И вроде я в стране любимой.Проснувшись, поняла – январь.
Подумала – октябрь в гриме.
Ещё трава не умерла
(хотя любовь сегодня в прошлом).
Ложился снег. Была зима.
А мы с тобой любовь раскрошим.
В календаре последний лист.
Число тринадцать чёрной краской…
Я мимо надписи «стилист»…
Лицо с улыбкою дурацкой…
Я машинально в воротник
Запрячусь от порыва ветра.
А вот и ты. Твой взгляд поник,
Как будто ТЫ был мною предан…
НАШ перекрёсток спрятан в снег…
Отныне он не наш… Отныне…
С тех пор прошёл, наверно, век,
Когда мы были… вместе были…
Сказали пару фраз… Прощай.
Сегодня день моей свободы!
Я дома выпью крепкий чай,
Отпраздную начало года…
Тебе спасибо, что ты был,
За трамваи по столице,
И за кино, и за винил –
За «отученье» материться…
За то, что бросила я пить
По утру слишком крепкий кофе…
Не перестану я носить
На шее, в медальоне профиль…
Хотя, тебя я не люблю,
Я просто вспоминаю НАШЕ…
Я узел НАШ не разрублю…
Я никогда не стану старше.
Сегодня календарь с нуля
Начну вести – с страницы первой.
И первый снег покрыл поля,
Когда узнал, что ты неверный…
Я вчера бродила вдоль по Ленина.
Я шуршала листьями погибшими.
Их ковры по улицам настелены.
Ветер где-то мечется под крышами.
В голове стихи, обрывки лекции.
Вдруг услышала я стоны горести…
И среди умерших листьев сердце я
Подняла, возненавидев подлости.
Кто же бросил на дороге – бедное?
Кто его оставил здесь – на холоде?
Я была тобой недавно предана,
Мне знакомо быть лежащей в прОледи…
В этом вот комке сейчас разорванном
Что-то промелькнувшее – знакомое…
Нашептал мне ветер…
Снова сломана…
Вот оно нашлось – моё искомое…
И тобой, растоптанное, брошено…
Но теперь мы с ним соединённые.
Я свою любовь отправлю в прошлое…
Я и сердце в хороводе с клёнами....
