Когда я училась в музыкальной школе, это была мука для всех. Я рыдала, мама стонала, папа хватался за ремень, а моя учительница по специальности седела и рвала на себе волосы.
Нет, так-то я была девочкой талантливой. Пела в фольклорной группе, побеждала в олимпиадах по сольфеджио, отлично подбирала музыку на слух. Даже главную партию в детской опере исполняла. И все семь лет на доске почёта провисела как родная.
Но я отчаянно не любила заниматься специальностью. Вот до дрожи! То, что надо было отрабатывать день за днём по часу и больше, я делала за пятнадцать минут до выхода на урок. Я терпеть не могла играть по нотам. На занятии я доводила учительницу до исступления, дожидалась, пока она сама начинала мне играть то, что должна была играть я, а потом быстренько вслед за ней подбирала по памяти. Каждый экзамен виделся мне небесной карой. Три ступени на сцену - восхождение на Голгофу. В рояль хотелось залезть и накрыться крышкой, чтобы никто не нашёл. Клавиши щерились в хищном оскале, комиссия ждала невероятных чудес, а мне невероятно хотелось спрятаться за пюпитром и чтобы больше никогда в искусство ни ногой...
Красный диплом по окончанию школы выдали не мне, а, скорее, моим родителям за их семилетнее терпение и стойкость. На выпускном я клялась, что больше в эту пытошную я ни ногой, пианино - заколотить и повесить амбарный замок. И нацарапать на нём послание будущим поколениям - мол, это - ящик Пандоры, не открывать ни под каким предлогом...
Странно, но после выпуска за пианино я стала садиться куда чаще и с куда большим удовольствием. Играла для души всё подряд - даже последнюю экзаменационную программу. На бис! И бис! И ещё бис! Крайний раз полчаса назад отбисовала...
Здание школы с какого-то времени начало просто сниться - запах, звуки, эта бесконечная лестница на второй этаж и те самые "три ступени на Голгофу"...
Неделю назад встретила свою руководительницу фольклорной группы - полчаса обнимались как родные, не могли остановиться.
На днях повела в ненавистный некогда "храм искусства" Данилку - записываться на развивалку. Сын отказывался как мог, рассказывал, как не хочет, убеждал, что мальчики не поют-не танцуют. Но я была непреклонна. Протесты закончились сразу, как только из-за дверей кабинетов послышались стройные звуки фортепиано, скрипки... Ребёнок услышал, как рождается музыка, и захотел остаться в школе навсегда. Был готов жить прямо по дверями актового зала. Наивный! Для меня когда-то тоже всё так лучезарно начиналось! :)
Пока были в школе, перевстречала массу знакомых учителей. Забавно, меня узнавали:"О! А я тебя помню!" Приятно :) Раздобыла телефон своей учительницы - ей уже восьмой десяток, она не работает. Вечером созвонилась - десять лет друг друга не слышали, всё никак наговориться не могли. Она приглашает в гости - за город, недалеко. Надо будет обязательно выбраться!
И вот так светло и радостно от всего этого! Надо будет ещё экзаменнационную программу порепетировать - обязательно ей сыграю. И пусть она снова меня поправит, а может где-то даже и пожурит за то, что акценты не там ставлю...
Нет, так-то я была девочкой талантливой. Пела в фольклорной группе, побеждала в олимпиадах по сольфеджио, отлично подбирала музыку на слух. Даже главную партию в детской опере исполняла. И все семь лет на доске почёта провисела как родная.
Но я отчаянно не любила заниматься специальностью. Вот до дрожи! То, что надо было отрабатывать день за днём по часу и больше, я делала за пятнадцать минут до выхода на урок. Я терпеть не могла играть по нотам. На занятии я доводила учительницу до исступления, дожидалась, пока она сама начинала мне играть то, что должна была играть я, а потом быстренько вслед за ней подбирала по памяти. Каждый экзамен виделся мне небесной карой. Три ступени на сцену - восхождение на Голгофу. В рояль хотелось залезть и накрыться крышкой, чтобы никто не нашёл. Клавиши щерились в хищном оскале, комиссия ждала невероятных чудес, а мне невероятно хотелось спрятаться за пюпитром и чтобы больше никогда в искусство ни ногой...
Красный диплом по окончанию школы выдали не мне, а, скорее, моим родителям за их семилетнее терпение и стойкость. На выпускном я клялась, что больше в эту пытошную я ни ногой, пианино - заколотить и повесить амбарный замок. И нацарапать на нём послание будущим поколениям - мол, это - ящик Пандоры, не открывать ни под каким предлогом...
Странно, но после выпуска за пианино я стала садиться куда чаще и с куда большим удовольствием. Играла для души всё подряд - даже последнюю экзаменационную программу. На бис! И бис! И ещё бис! Крайний раз полчаса назад отбисовала...
Здание школы с какого-то времени начало просто сниться - запах, звуки, эта бесконечная лестница на второй этаж и те самые "три ступени на Голгофу"...
Неделю назад встретила свою руководительницу фольклорной группы - полчаса обнимались как родные, не могли остановиться.
На днях повела в ненавистный некогда "храм искусства" Данилку - записываться на развивалку. Сын отказывался как мог, рассказывал, как не хочет, убеждал, что мальчики не поют-не танцуют. Но я была непреклонна. Протесты закончились сразу, как только из-за дверей кабинетов послышались стройные звуки фортепиано, скрипки... Ребёнок услышал, как рождается музыка, и захотел остаться в школе навсегда. Был готов жить прямо по дверями актового зала. Наивный! Для меня когда-то тоже всё так лучезарно начиналось! :)
Пока были в школе, перевстречала массу знакомых учителей. Забавно, меня узнавали:"О! А я тебя помню!" Приятно :) Раздобыла телефон своей учительницы - ей уже восьмой десяток, она не работает. Вечером созвонилась - десять лет друг друга не слышали, всё никак наговориться не могли. Она приглашает в гости - за город, недалеко. Надо будет обязательно выбраться!
И вот так светло и радостно от всего этого! Надо будет ещё экзаменнационную программу порепетировать - обязательно ей сыграю. И пусть она снова меня поправит, а может где-то даже и пожурит за то, что акценты не там ставлю...
