Есть книги, читая которые погружаешься в атмосферу доброты, ласки, спокойствия и мудрости. Ты словно сидишь, прислонившись боком к теплой печке, слышишь мерное тиканье ходиков, чувствуешь запах мяты, одуванчиков и пирогов. И слушаешь простые незатейливые рассказы. И кажется, что они совершенно ни о чем, они льются и текут, как течет время с утра и до вечера, и состоят из негромких обычных слов, незаметных обыденных дел, привычных размеренных мыслей. Ну вот какие такие несказочные приключения могут произойти с маленьким деревенским мальчиком в самой обычной жизни, ограниченной домом, двором с огородом и кусочком улицы, чтобы взрослый читал и не мог оторваться?
Да никаких. А вот читаешь и не можешь захлопнуть и отложить книгу для малышей.
Я читаю Могилевскую.
Вернее, уже прочитала.
Теперь думаю, как же мне рассказать о книге? Как передать свои ощущения и эмоции? Ведь для этого всегда трудно найти нужные слова.
С мыслями проще, поэтому начну с них.
Это хорошая книга!
Вот так банально, да. Даже не просто хорошая, это замечательная книга!
Для чтения которой сейчас - самое время.
Потому что наступила весна. Такая же весна, с какой начинается рассказ о шестилетнем Пете, приехавшем вместе с мамой, папой и бабушкой из Москвы в заводской поселок на юге. Живет он теперь в доме с садом и огородом. И что же с ним происходит, нам рассказывает Софья Могилевская. Оказывается, что столько интересного произошло на страницах книги за одно лето!
Посмотрите - сколько!
И это только половина оглавления!
Я думаю, что совсем не случайно каждая глава начинается со слова "как" - она рассказывает как Петя жил и что делал - Как Петя смотрел, что делается на свете, Как мама и Петя говорили про птицу-синицу, Как Петя и бабушка занимались огородом, Как у Пети рос подсолнух, Как они глядели на птенцов, Как папа глядел на птенцов, Как бабушка и мама варили варенье, Как шел дождь и как они увидели радугу...
Увидели радугу!
А ведь в детстве - это целое событие! Как и найденное гнездо, проросшие семена, расцветший подсолнух, сбор вишен, и варенье в тазу, и розовая пенка на блюдечке...
И вот такими событиями полна книга и петина жизнь.
Что интересно - только в самом начале упоминаются игрушки, которые Петя строит на первомайскую демонстрацию, а потом, целое лето, о них ни слова. Пете и без них хватает дел. Ведь подзаголовок у книги - повесть о Пете и его друзьях
Повесть написана в 1950-м году, когда страна поднималась из руин, восстанавливая разрушенное, когда дети играли гильзами и железками от военной техники, а то и оружием. Когда новая рубашка, кепка, платье, ленточки для кос, ботинки были громадным значимым событием в жизни ребенка, и игрушки стояли самым последним пунктом в списке родительских приоритетов, а то и отсутствовали в нем вообще. Удивительно, что без игрушек, шумных коллективных игр, проделок и проказ, книга оказывается не менее интересной, чем чьи-то приключения и похождения.
Вся она пронизана солнечным светом и теплом.
Бабушка растворила ставни, распахнула настежь окошко и откинула занавески. Золотое солнце так и брызнуло на Петю. Петя даже зажмурился - такое это было хорошее, яркое солнце.
В такое утро разве можно сидеть дома?
Ни разу, ни одним словом, не напоминает автор о прошедшей войне, бережно и тактично обходя острые углы и едва затянувшиеся раны. В годы войны Софья Абрамовна Могилевская работала в детском доме в деревне. Она знает, что нужно детям, что их радует и огорчает, о чем и как с ними разговаривать. Ее повесть - это гимн миру, мирному небу, солнечному свету, семейному теплу и зарождению и утверждению новой жизни.
Мне кажется, что совсем не случайно автором выбрана именно эта тема, которую она так внимательно и заботливо, так подробно исчерпывающе проговаривает через садово-огородные ежедневные хлопоты, через наблюдение за гнездом неведомой птицы. Эти появляющиеся и развивающиеся на глазах ростки новой жизни помогали справиться с болью прошлого, наполнить сегодняшние дни маленькими радостями настоящего. Ну разве не радость - самому вырастить подсолнух из семечка, а потом срезать громадную шляпку вместе с друзьями? Эта радость была доступна всем. Посмотри, посмотри, как это замечательно и сделай сам - ласково шепчет Софья Абрамовна каждому читающему или слушающему ребенку.
И пусть у сегодняшних детей комнаты завалены игрушками и играми, эта радость не исчезла, она была, есть и будет!
Сейчас самое время начала садово-огородных работ, возни с семенами, рассадой и саженцами. И, значит, самое время для этой книги!
Потому что давно прочитан Бобер Кастор, и, если фасоль и не посажена и выращена вместе с ним, то миллион раз разобрана последовательность действий бобра на каждой странице. С волками-вегетарианцами-огородниками тоже многие уже знакомы.
И в каждом доме найдется яркая энциклопедия, возможно, не одна ))
Но одно дело бобры и волки, иностранные фермеры и красивые картинки в нарядных дорогих энциклопедиях, и совсем другое - такой же, как читатель-слушатель, мальчик Петя, которому бабушка рассказывает и показывает как надо готовить семена к посадке, как садить овощи и ухаживать за ними. Очень подробно, просто и ясно.
В книге маловато иллюстраций, часть их - совсем мелкие, но настолько подробно все описано, что представить себе происходящее не составляет труда даже детям.
Огуречные семена бабушка не стала заворачивать в тряпицу. Она сказала, что их сажать ещё рано, что посадят они огурцы, когда станет совсем тепло, потому что огурцы такие неженки - им вреден самый лёгкий холодок.
Потом бабушка завернула в лоскуток светлокоричневые круглые зёрнышки.
- Редис! - сказала она.
Редис бабушка тоже положила на тарелку и тоже смочила водой.
- Теперь поставим их на солнышко. Пусть греются. Скорее пойдут в рост! - И бабушка переставила обе тарелки на то место подоконника, где было больше солнца.
Потом бабушка взяла новый пакетик, заглянула в него и отложила в сторону:
- Это морковь-каротель.
- Что ж ты её не мочишь? Разве у нас не будет морковки?
- Как не будет! Будет. Морковные семена мелкие, мы их замачивать не будем, только смешаем с песком и посеем прямо в землю - тогда они у нас пореже взойдут. А вот кабачки, тыкву, фасоль да горох - эти сначала прорастим на окошке.
После того как бабушка запеленала в тряпицы, положила на тарелки и смочила водой те семена, которые полагалось проращивать на окошке, она сказала:
- Теперь, Петя, карауль! Как проклюнутся наши семена, беги ко мне.
Я поражаюсь - детская дошкольная книга! Да это же просто руководство начинающего огородника, все расписано подробно и понятно, хоть сейчас беги сажать грядки, не заглядывая в интернет! Всем должно стать понятно, почему такими умными были читающие дети того поколения. Ведь книги, действительно, учили!
...мама стала делать неглубокие лунки, а бабушка в каждую клала по два проросших огуречных семечка и присыпала землёй.
- А зачем по два? - спросил Петя. - Им тесно.
- Как покажутся всходы, мы один, послабее, выдернем, а другой, крепкий, будет дальше расти. Вот и не будет тесно.
Имеющиеся в доме многократно рассмотренные (и часто показываемые сейчас в ленте сообщества) энциклопедии и познавательные книги помогут проиллюстрировать такой исчерпывающий текст:
Когда на всех грядках появились всходы, на Петиной грядке тоже взошли семена. Раньше всех из земли вылезла редиска. Она вытолкнула сложенные вместе листики, потом расправилась, и из серёдки стали расти другие, только уже не похожие на первые. Первые были гладкие, твёрдые, сильные. Будто двумя лопаточками они разгребли землю и вылезли наверх.
Потом пошли листья мягкие, вырезные и немного шершавые. Когда Петя выдернул одну редисочку, самую большую, он увидел, что корень у неё розоватый и уже начинает набухать маленькой круглой репкой.
Будто двумя лопаточками! Какой бобер может с этим сравниться?
Как поспела вишня можно вспомнить и посмотреть в уже прочитанной прошлым летом, такой же теплой умиротворяющей книге Могилевской "Мой папа - волшебник"
Вишневое варенье!
Сначала ведра с темными мясистыми вишнями, из которых надо вынуть косточки, таз с сахаром на огне, в котором каждая песчинка превращалась в густой липкий сироп, и, наконец, намазанные на ломоть хлеба розовые пенки...
И уже ждет на заборе друг с таким же ломтем хлеба и можно попробовать и сравнить чьи же пенки вкуснее, и поменяться хлебом друг с другом.
Поспели вишни, вытянулся петин подсолнух
Срезана его большущая шляпка, в которой больше тысячи семечек - на всех друзей хватит!
Но что я вам все об огороде с садом, ведь интрига-то, идущая красной нитью через всю повесть - найденное гнездо птицы-синицы!
И разговоры, наблюдения за гнездом, за яичками и птенцами, защита их от кошки - тоже такая внушительная часть повествования
Правда гнездо оказалось гнездом зяблика, а не синицы, но синицу Петя тоже потом увидел
И этой встречей - зимней уже встречей заканчивается теплая летняя книга...
Книга, завоевывающая читателя не приключениями, а душевной теплотой и пониманием детского мира. Такая же как "Мой папа - волшебник", "Солнечный денек" Воронковой, "Олешек" Цюрупы, "Алешин год" Третьякова, "Ростик и Кеша" Токмаковой, "Чук и Гек" Гайдара, "Цыплячьи шефы" Верейской.
Особенно хочется отметить язык. Основные его признаки - ясность, простота, теплота, душевность, доброжелательность.
Могилевская, Воронкова, Токмакова - где же они берут такие слова и как расставляют их в предложении, что оно начинает жить, дышать теплом и завораживать? Ведь проще же некуда - подлежащее, сказуемое, определение, дополнение, обстоятельство... Где лежит грань между примитивизмом и простотой? Чарующей простотой...
Самые обычные, каждодневно используемые слова. Наверное, весь секрет - в точности их применения. Безупречное чутье и вкус определяют какое именно слово именно в этом предложении надо использовать. Никаких злоупотреблений. Уменьшительный суффикс не бросается в глаза, не надоедает, не допускает сюсюканья, так как применяется только там, где он необходим - где надо действительно показать разницу величин или оттенок чувства и отношения. В сложносочиненых-сложноподчиненных предложениях, причастных и деепричастных оборотах нет ни одного непонятного ребенку слова. Чем же достигается эффект завораживания? Может быть, чувством меры? Талантом удерживаться на грани простоты, ни на шаг не отступая в примитивность и не заступая в сложность...
Писатели послевоенной поры, разворачивали перед глазами ребят панораму жизни строящейся, восстанавливающейся после страшных разрушений страны. Их книги давали миллионам детей возможность почувствовать тепло и заботу далекого незнакомого человека, обеспокоенного их будущим. Мягко и ненавязчиво их учили жить и созидать. Ведь все книги, тогда написанные, наполнены созидательной деятельностью. Пошагово, по крупицам, по капелькам детям объясняется и передается бесценный трудовой, жизненный, нравственный опыт. Книжные отцы и дедушки разговаривали с детьми, у которых отцы не вернулись с фронта. Книжные мамы и бабушки вели неспешные беседы, пока родные, замотанные работой и хозяйством, стояли в очередях, готовили на коммунальных кухнях, стирали и гладили белье. Книжные взрослые приглядывали со страниц за ребятами, объясняли, как надо вести себя в школе и на улице, как делать уроки, как что-то мастерить, как огородничать.
Конечно, жизнь в то время не была безоблачной, но детям показывали все ее светлые стороны и учили, помогали стремиться к свету...
И нисколько эта книга не устарела, потому что так же прорастают семена, вскапываются грядки, вьются гнезда и выводятся птенцы. Дети так же радуются солнцу, летнему дождю, радуге и друзьям. Так же тянутся к солнцу подсолнухи, зреют вишни и яблоки, а с варенья на блюдечко снимают розовую пенку...
