Так Ваня называет Алёну. Откуда взял..? Не иначе в рекламе подцепил. Нет, конечно он понимает, что она не кукла. Еще он называет ее "маленькая малышка", "бэбичка" (за этот жуткий англицизм "спасибо" нашей бабуле) и просто "ляля Алёна".
Ваня очень хочет играть с Алёной, дает ей в руки игрушки. Делится с ней конфетами, постоянно предлагает ей чупа-чупсы и зефирки, сколько я не запрещаю. Если она плачет, он срочно бежит на выручку, сует ей соску. Может покачать ее в шезлонге, правда это быстро переходит в веселую игру, в которой Алёна легко может вылететь из шезлонга как из катапульты. Хотя, теперь это уже не страшно, так как она научилась самостоятельно выползать из него, и мне пришлось найти и прикрепить к шезлонгу ремни.
Ваня бесконечно целует Алёну в макушку, в губы, приговаривает "люблю Алёну", обнимает, того и гляди, раздавит, и время от времени пытается... покормить грудью.
И с самого первого дня ему, конечно, надо все, как у Алёны, и делать то же, что Алёна. Лежать "рядом с Алёной", "кушать титю", "и Ване памперс" и даже погремушку как у Алёны.
Желание надеть памперс было мне на руку. В обе ночи, что я была в роддоме, Ваня вдруг напрудил в кровать. Решили вернуться к памперсам на ночь. Как надели, естественно, тут же перестал. Аварии были несколько раз, и все во время болезней. Но исправно теперь требует надевать памперс, чем-то эта игра ему понравилась.
Вообще, я постаралась не препятствовать его стремлению получить все, как у Алёны. И пересекла попытки мужа и бабушек ограничивать Ваню и объяснять ему, что "он уже большой" и что-то "ему не полагается". Хочешь лежать рядом с Алёной - ложись, хочешь титю - на (смешно, что он уже забыл напрочь, что именно с ней надо делать, прижмется губами к коже, и все, доволен, "покушал"). Купаться первое время Ваня залазил сразу, как только я доставала Алёну из ванной, и в ту же розовую воду с марганцовкой.
Сейчас все эти желания уже отпустили Ванюшу. Теперь он хочет, чтобы с ним играли, как с Алёной: скатываться с папы, летать на руках, качаться у меня на коленях. Недавно просил покатать его в слинге, как Алёну. Погремушек мне пришлось накупить с расчетом на него.
Все спрашивают, была ли ревность. Были только два негативных проявления.
Первое: Ваня пару дней после моего возвращения из роддома совсем не слушался меня. Вот я что-то говорю, даже самую простую просьбу, типа "пойдем кушать", а как будто меня нет. Кстати, то же самое повторилось после того, как мы с Алёной лежали 4 дня в больнице. Поборола достаточно легко, твердо настояв на своем, восстановила статус-кво.
И второе проявление: первую неделю или полторы Ваня не реагировал на мои слова и просьбы, если Алёна была у меня на руках. Особенно вредничал перед сном, когда я укладывала его, и вдруг мне надо было взять Алёну. Прямо кричал на меня "положи Алёну". Но тоже помогла только настойчивость. Спокойно объясняла Ване, что "Алёна плачет/хочет спать, и я не могу ее положить. Сейчас Алёна уснет, тогда я ее положу. Все хотят спать, и Ваня, и Алёна, и мама. И все сейчас будут спать."
Ха, теперь, когда укладываемся спать днем, требует, чтобы я взяла Алёну на руки или положила рядом ним.
Есть мнение, что с каждым новым этапом развития младшего ребенка ревность старшего проявляется снова. Надеюсь, у меня получится ее смягчать.
Мои приемы, которые сработали в этот раз:
1) Сразу, как Алёна приехала из роддома, я взяла себе за правило, говоря о ней с Ваней, использовать глаголы только в активной форме. Ну вот, даже здесь - не "привезли из роддома", а "приехала". И так же дальше.
"Алёна надевает свои штаны", "Алёна собирается спать", "пойдет купаться", "Алёна кушает". Как будто меня совсем нет, как необходимого обеспечения ее действий, и тем самым как будто я чуточку меньше погружена в ее существование и остаюсь чуточку больше доступна для Вани.
2) Еще я строжайшем образом запретила мужу и гостившим бабушкам, обращаясь к Ване, говорить в одной фразе, что Ване "нельзя что-то делать, потому что Алёна спит/здесь лежит и тп". Вот нельзя и все!
3) Также бабушкам пришлось выучиться заново, а папе вспомнить, что мы не говорим Ване просто "нельзя так", а также "ты что!?", "разве так можно?!" и другие эмоциональные выкрики. А говорим мы "так играть нельзя, играй вот так", "это не бери, возьми вот это", "прыгай вот сюда", "бросай мяч сюда" и тд.
4) Но вообще, в первый месяц я Ване практически ничего из его обычной деятельности не запрещала. Он хлопал дверьми, гремел игрушками, громко кричал, прыгал со спинки на диван, когда я с Алёной на нем сидела, лазил на подоконник смотреть, как я занимаюсь с Алёной, и прочее. Сейчас уже новизна стерлась, и мы постепенно вводим правила и ограничения.
Пока была беременная, я все думала, нужен ли мне мобиль. Теперь понятно, что мне мобиль не нужен. Ваня гораздо лучше мобиля. Алёна смотрит на него неотрывно. А он все время чем-то гремит у нее перед носом, прыгает, танцует, мельтишит, что-то говорит, поет сам или притаскивает свой планшет с очередной доставшей всех песенкой.
Все его хулиганства Алёнка уже мотает на ус, и скоро эта банда начнет куролесить по-крупному.
