1.Если забить в поисковик фразу наподобие "русские солдаты глазами немцев во времена II Мировой", то среди прочего обязательно будут слова Танкиста 12-й танковой дивизии Ханса Беккера, который характеризует противников такими фразами:
"По моему первому впечатлению, все они поголовно были злобными нищими людьми и походили больше на зверей, чем на людей. В бою они не знали жалости, как стадо голодных волков."
"... нам противостоял противник, который принадлежал к какой-то другой, ужасной породе людей."![]()
Но воспринимать книгу как художественную не реально, и не смотря на всю симпатию к герою (а не симпатизировать сложно, пройдя с ним рука об руку все злоключения, да и не злодей он вовсе), мысль, что книга писана врагом, саднила и скреблась в глубинах сознания, не давая расслабиться и забыться.
Becker H. Devil on my shoulder. - London: Jarrolds, 1955.

Перед нами простой немецкий гражданин, пришедший в армию, убегая от нищеты Я был молод и уверен в себе, а армия предлагала мне военную карьеру и приключения, но в то же время Все мы тогда были заражены нацизмом, который захватил народ всей Германии. А знали ли вот такие простые люди, шедшие воевать за нацизм, а за что они по сути воюют... знали ли о концлагерях, которые начали действовать еще до войны, о том куда исчезают евреи, о медицинских опытах... (
...вот неужели в каждом из нас сидит такой зверь, жаждущий крови и только ждущий своего часа и соответствующих обстоятельств?


Вы, что живете спокойно
В теплых своих жилищах,
Вы, кого дома по вечерам
Ждет горячий ужин и милые лица,
Подумайте, человек ли это -
Тот, кто не знает покоя,
Кто работает по колено в грязи,
Кто борется за хлебные крохи,
Кто умирает по слову «да» или «нет»
Подумайте, женщина ли это -
Без волос и без имени,
Без сил на воспоминанья,
С пустыми глазами, с холодным лоном
Точно у зимней лягушки?
Представьте, что все это было:
Заповедую вам эти строки.
Запечатлейте их в сердце,
Твердите их дома, на улице,
Спать ложась, просыпаясь.
Повторяйте их вашим детям.
А не то пусть рухнут ваши дома,
Пусть болезнь одолеет,
Пусть отвернутся от вас ваши чада.
Хочется написать основные идеи книги, привести наиболее характерные цитаты... и не могу, весь текст цитата... ничего более важного и весомого нет, как нет и менее значимого, всё - кровь, боль, ужас, смерть... могу только плакать и просить Бога, чтобы такое никогда не повторилось
О последней ночи в гетто перед отправкой Леви пишет "Каждый прощался с жизнью по-своему, как умел: одни молились, другие пили, третьи пытались забыться, насыщая в последний раз свою похоть. А матери бодрствовали и заботливо готовили в дорогу еду, купали детей, складывали вещи, до утра сушили на ветру выстиранное детское белье. Они собрали пеленки, игрушки, одеяла и много всего другого, не забыв ничего, что могло бы понадобиться их малышам. А разве вы не сделали бы этого? Даже зная, что завтра должны умереть вместе с вашим ребенком, разве накануне вы не дали бы ему поесть?"
Книга заканчивается как после десяти дневной борьбы за жизнь в оставленном нацистами Освенциме (а остались только те, кто не мог идти) Леви, вынося труп с товарищем, встречает русских солдат "Шарль снял шапку. Я, к сожалению, был без шапки"
4. И с освобождения советскими войсками Освенцима начинается "Передышка", написанная Леви в 1963 году. Эта книга воспринимается как долгожданные капли дождя для иссохшей почвы, как нежный апрельский ветер после удушливого смрада лагеря смерти.... весь ужас позади, осмысливать все пережитое еще нет сил... и пока можно просто радоваться, что ты жив и вроде как свободен и наслаждаться каждым мигом, не смотря на голод, болезни, неизвестность...

В шести странах побывал автор, добираясь под руководством русских (загадочную душу которых с переменным успехом пытается постичь герой) из Польши в родную Италию , и только в октябре вернулся в Турин. Это путешествие и описывает Леви в романе. Здесь человеческие драмы идут рука об руку с комическими сценами, и нельзя сдержать улыбки... а с какими колоритными персонажами сводит судьба героя, каждый второй достоин отдельного романа или хотя бы повести))
Книга написана изумительным языком, живым, ярким... чувствуешь даже запахи. О ней мне хочется говорить, говорить и еще раз говорить и рекомендовать всем и каждому.
Не могу себя удержать от приведения цитат... но там все цитаты...
Гениальное произведение!
"Долгая война, опустошившая их страну, шла к концу, но для них она уже закончилась... Они веселились, грустили, отдыхали, ели и пили... Однако за этой, доходящей до анархии разгульностью в каждом угадывался славный солдат Красной армии, мужественный сын России. Безобидные в мирное время и беспощадные на войне, русские сильны внутренней дисциплиной, основанной на единстве и любви друг к другу и к родине, а потому более крепкой, чем беспрекословная, бездумная дисциплина немцев. Живя среди них, легко понять, почему именно их дисциплина, а не дисциплина немцев одержала в конечном счете победу."
"Это было похоже на светопреставление: по коридорам взад-вперед бегали русские солдаты, барабаня в двери прикладами автоматов и возбужденно выкрикивая непонятные команды. Вскоре появилось начальство в сопровождении Рови, растерянного и заспанного, но зато в полной форме. Нам велели немедленно встать и одеться. Никто ничего не понимал. Нет, немцы фронт не прорвали, но случилось кое-что похуже - инспекция! Утром для проверки лагеря из Москвы приезжает какой-то генерал. Вся комендатура пребывала в панике, сравнимой разве что с отчаянием в ожидании Страшного суда."
"Она возмутилась и написала ему. Написала лично, «господину Адольфу Гитлеру, рейхсканцлеру, Берлин», и в этом длинном письме настоятельно рекомендовала ему не начинать войну, потому что погибнет много людей, а кроме того, эта война обязательно будет проиграна, потому что и ребенку понятно, что победить весь мир невозможно. ... После этого у нее отобрали торговую лицензию и выслали из Берлина."
"... нам представилась еще одна полная символического смысла картина: среди наваленных бревен неподвижно лежали, греясь на солнце, немецкие пленные, человек двенадцать. Они были сами по себе: никто их не охранял, никто ими не командовал, никому до них не было дела. Их изможденные лица выражали апатию, одичание. Приученные жить, работать и воевать по железным законам власти - своей опоры и кормилицы, - они, с ее крахом, растерялись, сникли. Эти послушные подданные, послушные исполнители любых приказов, послушные инструменты государства сами не имели никакой власти, даже не пытались сбежать.
Заметив нас, некоторые встали и попросили хлеба. Причем попросили не на своем языке, а по-русски. Мы им отказали, нам самим хлеб слишком дорого доставался, а Даниэле не отказал. Даниэле, у которого немцы убили здоровую, полную сил жену, брата, родителей и еще тридцать родственников, который со дня освобождения не может прийти в себя от горя, Даниэле достал кусок хлеба, показал этим полутрупам, положил на землю и потребовал, чтобы они подползли к нему на четвереньках. И они послушно выполнили его требование"
"Но русские, в отличие от немцев, почти полностью лишены способности различать и классифицировать людей по каким бы то ни было признакам, а потому через несколько дней мы уже ехали все вместе на север, навстречу новому изгнанию... с чувством страха перед таинственной советской бюрократией, перед темной исполинской властью, пусть не враждебной нам, но опасной своей нерадивостью, невежественностью, непредсказуемостью, своей слепой, как у природы, мощью."
п.с. Примо Леви покончил с собой в 1987 году, сбросившись с лестницы, хоть эта версия подвергается сомнениям.