Случилась у нас недавно неприятность - Лизик захворал. Для детей в осенне-зимний период явление не редкость, поэтому сначала неприятность была воспринята просто как ситуация. Тем более, что акромя соплей ребенка практически ничего не беспокоило. На горизонте маячили каникулы, мы с Димой - родители работающие, мама моя за первую четверть с нашими детьми конкретно задолбалась и требовала перерыва, поэтому девчонки были сосланы к своей второй бабушке в Жабинку. Лизе мы дали с собой купленное в аптеке средство для промывания детских носов, строго-настрого наказав свекрови использовать его по назначению. И целую неделю думать не думали ни о чем плохом.
Свекровь на состояние здоровья Лизы не жаловалась, я вопросов не задавала, так как по моим понятиям от соплей за неделю не должно было остаться и следа при любом раскладе - мы это уже десятки раз проходили. Но не тут-то было. За день до школы мы забрали девочек домой. Стешу здоровую. А Лизу - все с теми же соплями. Я удивилась, но по своей неопытности не насторожилась. В понедельник ребенок пошел в школу. А днем вместе с соплями появился гной. Мама моя не по наслышке знает, что такое гайморит, пока я каталась по городам и весям нашей страны в попытке выполнить план продаж, она отвела Лизу к врачу и получила направление в больницу. 
Все были в шоке. Лиза плакала. Но гной - не шутки. Тем более у Лизы он был не только в гайморовых пазухах, но и над бровями. Хорошо, когда эта гадость просто выходит наружу, но рядом - уши, мозги, глаза - самолечение точно не вариант. Поэтому утром мы с вещами явились в приемное отделение детской областной больницы, оформили Лизавету, поговорили с доктором и подписали согласие на лечение, которое состояло из антибиотика и... установки под общим наркозом трубочек, через которые дважды в день пазухи будут промывать от содержимого. Вот тебе и сопли...
Лизу пришлось оставить в больнице саму. Родителей с детьми кладут только до определенного возраста, из которого она давно уже вышла. На следующее утро установили трубочки, все прошло гладко, и начался путь к выздоровлению. Промывка пазух по-началу давалась Лизе через боль, она даже плакала, но через пару дней стало полегче. К тому же в своей беде она была не одинока, таких красавцев и красавиц с трубочками на щеках в отделении было с избытком, они общались, поддерживали друг друг друга, делились впечатлениями.
Каждый вечер я ездила в больницу как на работу. Возила Лизе вкусняшки, книжки, журналы, помогала мыться, заряжала ее телефон... точнее пыталась, так как на все отделение лишь четыре рабочие розетки, которые заняты постоянно. К концу своего пребывания Лиза в больнице освоилась, подружилась с ребятами. Ее даже научили таким важным вещам, как надувать и лопать целлофановый пакет и сбивать мячиком-прыгунчиком баночку от конфет, установленную на тумбочке возле кровати. Ну где еще такому научат, в самом деле? ) А когда я перед выпиской приехала поговорить с доктором и попросила Лизу подождать его со мной на коридоре, она предпочла мое общество групповому просмотру мультиков на чьем-то планшете.
К счастью, болезнь отступила. Спустя шесть дней Лизе сняли трубочки, а еще через день выписали домой. С понедельника она вернулась в школу. Пропустила много несмотря на то, что в больнице пыталась заниматься. Сейчас будет догонять. Завтра даже каким-то чудом на олимпиаду по математике пойдет. И, надеюсь, больше не будет так болеть.
