Что ж, мама уже в курсе. Пришла сегодня из больницы и все узнала. Расстроилась.
Папа позвонил мне и замогильным голосом попросил придти поддержать ее. Но я решила пригласить их к нам, понимая, как должно быть тяжело видеть пустоту вместо Бадди. Сейчас осознаю, что, возможно, это не было таким уж правильным решением, так как мама все еще очень слаба. Она даже не могла толком с Лизой поиграть, мне приходилось все время контролировать, чтобы та не прыгала на маму, не лезла на руки, не делала резких движений. Но в целом посидели не плохо, я запекла в духовке курочку, сварила картошки. Поужинали вместе...
И все-таки мама как-то легче отреагировала, чем я. Сколько я ревела, сколько успокоительных выпила, а она вроде ничего, молодцом держалась. Я слишком серьезно восприняла эту смерть, я видела в Бадди не просто собаку, чей век по-любому короче человечьего, а друга, брата, сына... Его уход я пыталась осмыслить, как уход человека, пыталась понять смерть, но не смогла. В итоге просто смирилась, никак не понимая, ибо мучать себя дальше просто неразумно.
Завтра прибудет новый пес. Мама и папа восприняли эту новость негативно, пытались отговорить, но под конец, вроде, смирились. Мама переживает за меня, как я буду справляться с ребенком и с собакой одновременно. Но я смотрю на вещи оптимистично, ничего сверхсложного не вижу. Я все равно вытираю за Лизой лужи и собираю какашки, ну так буду вытирать какое-то время еще и за щенком. Я вывожу Лизу на прогулку дважды в день, ну так буду брать с собой еще и собаку, недаром же я выбирала "удобного" пса. Я готовлю мужу и Лизе, ну так буду готовить с расчетом и на собаку, а может и вообще сухой корм покупать будем.
Не без сложностей, конечно. Нужно разрешить ряд организационных вопросов. В частности, собака прибудет завтра утром, и завтра же нам с Лизой на развивалку. не оставлю же я ее одну в незнакомой квартире, она же испугается. Придется, видимо, с собой тащить. А там как? С собаками ведь нельзя. Пока это самое сложное, а об остальном подумаю завтра.
