За моей спиной большое окно с видом на набережную Яузы, в которое я часами пялюсь, размышляя о странностях бытия. Вот и сейчас я пью кофе и смотрю на проезжающие по улице машины. ...

С наслаждением и настольгией я читаю начало Духless. По левую руку от меня Яуза, скрытая за высотками Лефортово. Каждоу утро я вижу толпу людей, идущую на работу и вспоминаю Яузу Минаева, по которой течет людская толпа на работу.

Я вспоминаю про отчеты, которые необходимо анализировать и про бюджеты с отчетностью.

Я думаю, что Минаеву даже не нужно было заканчивать повесть о ненастоящем человеке. Он написал гениальное фотографическое вступление, которое затирается как старая фотография: корпорации заменяют госкомпании, ковровое покрытие офиса сменяется козенным линолиумом, а костюмы Bosco обрастают георгиевскими ленточками.

За моей спиной стройка четвертого транспортного кольца и в большое окно я вижу станцию сортировочную, по мосту через которую все также течет людская толпа.

Прекрасное вступление у книги, очень универсально образное, сразу настраивает на рабочее похмелье.

В 2,5 года у Паши случился отёк Квинке. Я вызвала скорую, нашла ампулу тавигила, начала колоть Паше укол и поняла, что не знаю дозировок для двухгодовалого ребенка. Вика кричала в кроватка, Саша был к командировке, Паша рыдал... Приехала скорая, отличные врачи, похвалил меня за скорость, посиделки со мной до спада отёка.... И начались наши походы к врачам. Участковый врач нас описал аллергологу, аллерголог принимал раз в десять дней и по живой очереди. Пробы нам делать отказались, кровь поликлиника не берет. Воспаления на коже были около полугода.

Мы перестраховалась и убрали почти все возможные пищевые аллергены. Около года я нервничала и переживала, когда бабушки и дедушки кормили ребенка всем запрещённым и за моей спиной, мотивируя все это тем, что я не прошла всех врачей.

Сейчас я иногда слышу от друзей, что аллергии у Паши нет, потому что его никто не видел со сходящей кожей. Хвалю себя и боюсь за Пашу.

И я не одна такая. Моя подруга написала петицию о детях-аллергиках в детских садах.

И я очень прошу вас подписать эту петицию.

https://www.change.org/p/%D0%B4%D0%B5%D0%BF%D0%B0%D1%80%D1%82%D0%B0%D0%BC%D0%B5%D0%BD%D1%82-%D0%BE%D0%B1%D1%80%D0%B0%D0%B7%D0%BE%D0%B2%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D1%8F-%D0%B3%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%B4%D0%B0-%D0%BC%D0%BE%D1%81%D0%BA%D0%B2%D1%8B-%D0%B4%D0%B5%D1%82%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9-%D1%81%D0%B0%D0%B4-%D0%B4%D0%BB%D1%8F-%D0%B4%D0%B5%D1%82%D0%B5%D0%B9-%D1%81-%D0%B0%D0%BB%D0%BB%D0%B5%D1%80%D0%B3%D0%B8%D0%B5%D0%B9-%D1%80%D0%B0%D0%B7%D1%80%D0%B5%D1%88%D0%B8%D1%82%D0%B5-%D0%BF%D1%80%D0%B8%D0%BD%D0%BE%D1%81%D0%B8%D1%82%D1%8C-%D1%81%D0%B2%D0%BE%D1%8E-%D0%B5%D0%B4%D1%83-%D0%B8%D0%BB%D0%B8-%D0%BE%D0%B1%D0%B5%D1%81%D0%BF%D0%B5%D1%87%D1%8C%D1%82%D0%B5-%D0%BF%D0%B8%D1%82%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D0%B5%D0%BC?recruiter=485470822&utm_source=petitions_show_components_action_panel_wrapper&utm_medium=copylink

Очередной День Рождения.

Некоторое время мы жили семьёй: мама, папа, я. У меня даже должна была быть своя Комната. Папа мне обещал, когда я была совсем маленькой.

Но 30 лет назад в моей комнате жили рыбы, которых папа разводил. В коридоре были железки под аквариумы и угловой шкаф. Коридора почти не было - крошечная двушка.

И Вот однажды ночью я слышу резкий мамин голос: "Да куда он поедет? У нас ребёнок маленький!".

Помню папину спину, маму, двух высоких мужчин под корридорной лампой. Сейчас память рисует какую-то повязку на одном их них. И помню долгий их общий взгляд на меня.

Папа был официально безработный и его приходили забирать ночью. Мама всю жизнь вспоминает, что дружинники оказались нормальные и не стали его забирать, тихо ушли.

Папа совсем недавно рассказал, что приходили за ним раза три, а не один тот ночной раз, и про то, как его забирали с улицы...

А потом у папы открылась язва. Его сосед нашёл папу в том самом маленьком коридоре и успел вызвать скорую, и был месяц в реанимации. Папе дали инвалидность в 30 лет.

И папа не поехал в Чернобыль.

Но это было после того, как папа остался дома и мы ночью ели пирог на кухне, потому что у нас был пирог и нас разбудили.

По мелочи я начала вязать два года назад, тогда же и перестала. До этого 10 лет спицы в руки не брала, потому что вокруг меня все как-то очень негативно настроены на вязание. Например, бывший муж невинно задавал вопрос: вяжут же только бедные, да?

Во время беременности Викой мне неожиданно посоветовал вязать поликлинический психолог, у которой мало было светлых идей, но вязание вспомнилось.

Ну а теперь к свитеру: с четвертой попытки, меньше чем за месяц. Пряжа: Мариной с кашемиром. В размер не попала. Рисунок требует более шелковистой шерсти. Но как он мне нравится!!!!

Посмотрела сегодня новый фильм Леонида Парфёнова.

Все началось с того, что спустя 13 лет я узнаю, что мой диплом не прошит и никуда не годится. Нужно ехать в институт. Между мной и моим институтом буквально вся Москва и я туда сегодня не успеваю. И еще совсем не понятно, куда туда и кто там прошивает вкладыши в диплом.

Вот в таком растерянном настроении я еду за кофе. Кафе на садовом. Есть место для парковки. Все мне шепчет о том, что встать и иди: когда еще ты в рабочее время сможешь увидеть пробки и смог любимого города! И я встаю и иду в кино! Подальше от пыли и пробок!

Мне очень нравится Парфенов. Мне очень нравятся его проекты.

Первый раз я смотрела документальный фильм на большом экране и мне было очень комфортно и интересно.

Но вот весь вечер ловлю себя на мысли, что даже если Леонид Парфенов будет речитативом читать стенограммы съездов КПСС, то я его буду слушать.

Есть такой писатель, У него все про подводные лодки. А я все чаше слышу "ну куда деваться..." или "а что остается делать.." и возникают у меня неуместные ассоциации с Курском и Александром Покровским.

Помню, что у него одна из книг начинается рассказом про то, сколько всего удивительного можно сделать с офицером. Там про то, как можно лишить премии и заставить красить траву. Очень нелогично, смешно и грустно.

Книга называется: 72 метра. Написана незадолго да трагедии на Курске. Есть у него и еще книга: Море, люди, лодки... Написанная уже больше про то, что было после Курска и похожая на страницы из дневников.

В 2005 году (в годовщину) я встретила очень две похожие статьи Покровского с совершенно обратным выводами. Одна, кажется, была в Коммерсантъ. И с тех пор я перестала читать автора, потому что не смогла понять, где правда.

Но иногда читать хочется, и смеяться до слез с первых строк, и мат кажется поэзией. Мата там через край.

Я начинаю с 72 метров.

Там очень много соли:

На флоте ЛЮБОЕ НАЧИНАНИЕ всегда делится на четыре стадии: первая -
ЗАПУГИВАНИЕ; вторая - ЗАПУТЫВАНИЕ; третья - НАКАЗАНИЕ НЕВИНОВНЫХ;
четвертая - НАГРАЖДЕНИЕ НЕУЧАСТВУЮЩИХ.

Я болею уже 8 дней и мне так здорово, что я могу только смотреть фильмы. Очень хорошо идет Вуди Аллен. Вот буквально полчаса назад я начала смотреть Полночь в Париже.

Я смотрю на бульвары Парижа, омытые дождем, мокрые уличные кафе без посетителей, ларьки с газетами, заграждения от машин, велосипедные парковки и брусчатые мостовые... Вижу обывателей в кедах и главного героя в пиджаке и джинсах... Блошиный рынок и музей Родена.

Что я вижу еще? Я вижу Пирамиду в Лувре.

Я была в Париже тогда,когда ВВЦ был один сплошной базар, где можно было купить килограмм оправ и перевод к японскому принтеру за 30 тысяч рублей. И вот именно тогда, когда вокруг каждого сталинского павильона метро был рынок, мне Пирамида Лувра казалась отвратительна! Ужасное сооружение! Как можно было такой модерн поставить среди такого величия?! Так красиво вокруг и вдруг эта ужасная пирамида!

В тот приезд в Париж мы были в Лувре и я узнала, что пирамида - вход в музей. Очень удобный и продуманный вход в музей. И Пирамида перестала меня раздражать...

Я поехала в Питер несколько позже Парижа. Помню, что не сразу смогла посетить Эрмитаж, а только после понедельника, санитарного дня и двухчасовой очереди. И я не смогла простить Эрмитажу такого входа...

Этой осенью мы были в Вене. Я ходила между уличных ларьков по треснувшему асфальту и ерничала, что в Австрии так мало тротуарной плитки. Мне было хорошо: густо пахло лошадьми и уличной едой. Через неделю даже Ксения Собчак выложила в сеть себя в Вене с тарелкой чего-то венского...

Вот уже года 3-4, как я не могу купить воды в киоске у остановки. Киоски опасны. Рынок грязен. Еда противна. Пирамиды портят вид.

О чем только думал Вуди Аллен, когда снимал Полночь в Париже? Зачем он снял это уродство в своем фильме?

Как он позволил актерам курить в кадре?

Обед. Саша накрываем стол.

Вика сидит за обедом в детском стульчике и тянется к десертному ножу:

- Я возьму вот это, папа!?

-Папа, скажи "да!!". Скажи "да!", папа!

-Папа, скажи : "я хочу, чтобы ты это взяла!"

- Да?! - переспрашивает Саша.

- Папа сказал "Да!". Вика получила нож тут же теряет к нему интерес.

Вике два с половиной года. Она не просит, а убеждает нас ей что-то дать.

Сегодня это был нож, малиновое варенье и домашний хлеб, который испекли только потому, что "так хорошо будет пахнут хлебом".

Мне нужно учиться у дочери.