Я решилась на огромнейшую авантюру: начала перечитывать «Войну и мир».
В школе (накануне десятого класса) честно читала от корки до корки, после не перечитывала. В этом году старший сын дошёл по школьной программе до этого произведения, а поскольку у нас с ним читательский клуб на минималках, то как-то само собой сложилось, что добрались мы и до «Войны и мира».
Читаю в очень комфортном неторопливом темпе, никуда вообще не спешу и получаю от прочтения искреннее удовольствие. Впрочем, я и в подростковом возрасте читала с удовольствием: во-первых, я в целом люблю читать, во-вторых, я люблю читать масштабную историческую прозу как отечественную, так и зарубежную (собрание сочинений Виктора Гюго, например, зачитано мною почти до дыр).
Итак, в своём неторопливом комфортном темпе я прочла первый том и приступила ко второму. Разумеется, восприятие значительно отличается от того, что было в юности. Как минимум, теперь за развитием сюжета я вижу многие нюансы, которые характеризуют как конкретных персонажей, так и общество в целом.
Далее коротенечко (по мере прочтения) о каждом томе:
ТОМ 1
Том первый, несмотря на объем, оставил у меня впечатление пролога, увертюры, рекогносцировки, пространного знакомства с персонажами и их взаимными связями. Перед читателем проходит череда мирных картин, начало духовного становления (в очень разных его проявлениях) основных героев и череда картин военных событий – масштабный и грозный исторический фон, которому предстоит стать ещё более значимым и грозным в то время, когда война шагнет на русскую землю. Несомненной и незабываемой кульминацией событий первого тома для меня является небо Аустерлица. Здесь, мне кажется, реализм почти переходит тонкую грань символизма, и по силе впечатления сцена напоминает финал более позднего (времён Первой мировой войны) романа Анри Барбюса «Огонь».
Наверное, неудивительно, но восприятие и отношение ко многим персонажам изменилось относительного первого незрелого прочтения радикально. При этом общую сюжетную канву я помню прекрасно, исключая разве что некоторые совсем незначительные нюансы (однако следует помнить, что дьявол кроется как раз таки в деталях). Сейчас я сосредоточена на изучении характеров, взаимодействия между героями, включая второстепенных, мотивации и последствиях поступков.
Почему-то преследует не очень оригинальная мысль о том, как бы развивалось взаимодействие, будь у героев современные средства связи и самовыражения. В принципе, все эти рауты, салоны и бесконечные обсуждения личных событий так и просятся в блоги, сторис и что там у нас ещё сейчас есть...
Цитаты
ТОМ 1
1.– Надо в поступках государственного человека различать поступки частного лица, полководца или императора. (Князь Андрей Болконский)
2. – Ежели бы все воевали только по своим убеждениям, войны бы не было. (Князь Андрей Болконский)
3. – Я не понимаю, решительно не понимаб, отчего мужчины не могут жить без войны? (Lise Болконская)
4. В самых лучших, дружеских и простых отношениях лесть и похвала необходимы, как подмазка необходима для колëс, чтобы они ехали.
5. – До сих пор я была, слава Богу, другом своих детей и пользуюсь полным их доверием, – говорила графиня, повторяя заблуждение многих родителей, полагающих, что у детей их нет тайн от них. (О графине Наталье Ростовой)
6. Самое приятное для графа занятие, за исключением игры в бостон, которую он очень любил, было подожение слушающего, особенно когда ему удавалось стравить двух говорливых собеседников. (О графе Илье Ростове)
7.– На всë воля Божья: и на печи лëжа умрëшь, и в сражении Бог помилует. (Марья Дмитриевна Ахросимова)
8. Сундук в коридоре был местом печалей женского молодого поколения дома Ростовых.
9. Он говорил, что есть только два источника людских пороков: праздность и суеверие, и что есть только две добродетели: деятельность и ум. (Князь Николай Андреевич Болконский)
10. Главное условие для деятельности есть порядок. (Князь Николай Андреевич Болконский)
11. – Нездоровы бывают только дураки да развратники. (Князь Николай Андреевич Болконский)
12. – Немцев только ленивый не бил. С тех пор как мир стоит, немцев все били. А они никого. Только друг друга. (Князь Николай Андреевич Болконский)
13. В минуты отъезда и перемены жизни на людей, способных обдумывать свои поступки, обыкновенно находит серьёзное настроение мыслей. В эти минуты обыкновенно проверяется прошедшее и делаются планы будущего.
14. – Надобно входить в положение каждого. (Княжна Марья)
15. – Мы не столько любим людей за то добро, которое они нам сделали, сколько за то добро, которое мы им сделали. (Княжна Марья цитирует из Стерна)
16. – Я ни в чëм не могу упрекнуть, не упрекал и никогда не упрекну мою жену, и сам ни в чем себя не могу упрекнуть в отношении к ней, и это всегда так будет, в каких бы я ни был обстоятельствах. Но ежели ты хочешь знать правду... хочешь знать, счастлив ли я? Нет. Счастлива ли она? Нет. Отчего это? Не знаю... (Князь Андрей – княжне Марье)
17. Всегда лучше перекланяться, чем не докланяться.
18. – Мне что нужно, я просить не стану, сам возьму. (Долохов)
19. – Ежели бы не было у нас религии для утешения, жизнь была бы очень печальна. (Княжна Марья Болконская)
20. – Мне кажется только, что христианская любовь, любовь к ближнему, любовь к врагам, достойнее, слаще и лучше, чем те чувства, которые могут внушить прекрасные глаза молодого человека молодой девушке. (Княжна Марья Болконская)
21. – Как бы то ни было тяжело для меня, но если Всемогущему угодно будет наложить на меня обязанности супруги и матери, я буду стараться исполнять их так верно, как могу, не заботясь об изучении своих чувств в отношении того, кого Он мне даст супругом. (Княжна Марья Болконская)
22. – Не порох решит дело, а те, кто его выдумали. (Билибин)
23. – Коли бы возможно было знать, что будет после смерти, тогда бы и смерти из нас никто не боялся. (Тушин)
24. – Я не могу бояться. (Князь Андрей Болконский)
25. Она была так дурна, что ни одной из них не могла прийти мысль о соперничестве с нею; поэтому они совершенно искренно, с тем наивным и твёрдым убеждением женщин, что наряд может сделать лицо красивым, принялись за еë одеванье. (О княжне Марье)
26. – Уже раз пойдя по карьере военной службы, надо стараться делать, коль возможно, блестящую карьеру. (Борис Друбецкой)
27. Он рассказал им своё Шенграбенское дело совершенно так, как обыкновенно рассказывают про сражения участвовавшие в них, то есть так, как им хотелось бы, чтобы оно было, так, как и они слыхали от других рассказчиков, так, как красивее было рассказывать, но совершенно не так, как оно было. (О Николае Ростове)
28. Рассказать правду очень трудно; и молодые люди редко на это способны.
ТОМ 2
Как и при давнем первом прочтении я радуюсь, когда описание военных событий сменяется описанием событий мирных. Хитросплетения жизни героев интересуют меня гораздо сильнее, нежели масштабные военные действия, невзирая даже на то, что эти самые военные действия прямо или опосредованно несомненно влияют на жизнь каждого персонажа. Возможно, этот тот самый пресловутый женский подход (но я не перелистываю страниц и даже стараюсь вникнуть в часть военную, честно-честно).
Наиболее интересным для меня происшествием здесь стало сватовство князя Андрея (видимо, я «доросла» до него, ведь хорош, хоть и непрост) к юной Наташе. Сюжетную линию с затянувшимся ожиданием и попыткой глупого побега с Анатолем помню прекрасно, однако характеры здесь раскрываются так, что оценить это в десятом классе (во время программного чтения) в полной мере, мне кажется, невозможно априори. Одно это князь Андреево «я говорил, что падшую женщину надо простить, но я не говорил, что я могу простить. Я не могу» чего стоит... и отзывается бесконечной жалостью. Это, пожалуй, точка невозврата, равная по силе и степени влияния на судьбу героя небу Аустерлица и знаменитому дубу, только не столь очевидная (точнее, не настолько обескровленная школьным изучением).
Вообще, основная мысль, которую я вынесла из прочтения второго тома, это, что главный злодей здесь не Наполеон и не бестолковый (женатый!) жених Анатоль, а старый князь Болконский, который (от большой любви к ней, разумеется) заел жизнь дочери и приложил все усилия к тому, чтобы вдовый сын обрёл хоть какое-то подобие семейного счастья. Не умаляю легкомыслия Наташи и даже некоторого авантюризма планируемого брака со стороны князя Андрея, однако старик вёл явную диверсионную деятельность, причём под девизом «бей своих, чтоб чужие боялись!»
С другой стороны, чего совершенно не ожидала, так некоторых юмористических ноток. Честно говоря, даже не уверена, что это сознательный авторский приём, но мне некоторые (справедливости для: достаточно редкие) моменты показались комичными. В первом томе это была закиданная перед гостями снегом дорога (хотя это ой как характеризует старого князя!), а здесь клумба в Отрадном. «Митенька стремглав слетел с шести ступеней и убежал в клумбу. (Клумба эта была известная местность спасения преступников в Отрадном. Сам Митенька, приезжая пьяный из города, прятался в эту клумбу, и многие жители Отрадного, прятавшиеся от Митеньки, знали спасительную силу этой клумбы)»
Продолжаю читать, и – на всякий случай: я совершенно не ставлю перед собой целью производить сколько-нибудь глубокий литературоведческий анализ. Я делюсь исключительно мыслями, впечатлениями и аналогиями, посетившими меня во время повторного прочтения эпопеи. То есть: сюжет мне известен от и до, но восприятие с времён далёкой школьной юности изменилось разительно. Я, в принципе, сейчас понимаю, почему дают совет перечитывать классику каждые десять лет (как новое для себя произведение читаешь, право слово), но вряд ли окажусь способна на такие подвиги.
Цитаты
ТОМ 2
1. Французских солдат надо возбуждать к сражениям высокопарными фразами, с немцами надо логически рассуждать, убеждая их, что опаснее бежать, чем идти вперёд; но русских солдат надо только удерживать и просить: потише! (Ростопчин)
2. В газетах, из которых впервые узнал старый князь об Аустерлицком поражении, было написано, как и всегда, весьма кратко и неопределённо, о том, что русские после блестящих баталий должны были от ретироваться и ретираду произвели в совершённом порядке. Старый князь понял из этого официального известия, что наши были разбиты.
3. – Меня считают злым человеком, я знаю, и пускай. Я никого знать не хочу, кроме тех, кого люблю; но кого я люблю, того люблю так, что жизнь отдам. (Фëдор Долохов)
4. Умрёшь – всё кончится. Умрёшь и всё узнаешь, или перестанешь спрашивать. (Размышления Пьера)
5. Добродетели масонов: 1. скромность, соблюдение тайны ордена; 2. повиновение высшим чинам ордена; 3. добронравие; 4. любовь к человечеству; 5. мужество; 6. щедрость; 7. любовь к смерти.
6.– Навсегда ничего не бывает. (Князь Андрей Болконский)
7. – Люди вечно заблуждались и будут заблуждаться, и ни в чем больше, как в том, что они считают справедливым и несправедливым. (Князь Андрей Болконский)
8. – Несправедливо то, что есть зло для другого человека. (Пьер Безухов)
9. – Я знаю в жизни только два настоящих несчастья: это угрызения совести и болезнь. И единственное благо есть отсутствие этих зол. (Князь Андрей Болконский)
10. – Ведь что же слава? та же любовь к другим, желание сделать для них что-нибудь, желание их похвалы. (Князь Андрей Болконский)
11. – Отец мой один из замечательнейших людей своего века. Но он становится стар, и он не то что жесток, но он слишком деятельного характера. (Князь Андрей Болконский)
12. Убеждают в необходимости будущей жизни не доводы, а то, когда идешь в жизни рука об руку с человеком, и вдруг человек этот исчезнет там в нигде, и ты сам останавливаешься перед этой пропастью и заглядываешь туда. И, я заглянул... (Князь Андрей Болконский)
13. – Кровь из жил выпусти, воды налей, тогда войны не будет. (Князь Николай Андреевич Болконский)
14. – Я счастлив, когда могу сделать добро, но исправить несправедливость есть величайшее счастье. (Слова, которые император Александр говорит относительно дела Василия Денисова в воображении Николая Ростова)
15. Он имел в высшей степени ту недостававшую Пьеру практическую цепкость, которая без размахов и усилий с его стороны давала движение делу. (О князе Андрее Болконском)
16. Несмотря на высказанное им Пьеру равнодушие ко всём внешним событиям мира, он усердно следил за ними, получал много книг, и к удивлению своему замечал, когда к нему или к отцу его приезжали люди свежие из Петербурга, из самого водоворота жизни, что эти люди в знании всего совершающегося во внешней и внутренней политике, далеко отстали от него, сидящего безвыездно в деревне. (О князе Андрее Болконском)
17. – Я почитатель Монтескьё, и его мысль о том, что основа монархий есть честь, мне кажется несомненной. Некоторые права и привилегии дворянства мне кажутся средствами для поддержания этого чувства. (Князь Андрей Болконский)
18. – Мудрость не имеет нужды в насилии. (Пьер)
19. Несмотря на то, что в Москве Ростовы принадлежали к высшему обществу, сами того не зная и не думая о том, к какому они принадлежали обществу, в Петербурге общество их было смешанное и неопределённое. В Петербурге они были провинциалы, до которых не спускались те самые люди, которых, не спрашивая их к какому они принадлежат обществу, в Москве кормили Ростовы.
20. – Вот видите ли, – говорил Берг своему товарищу, которого он называл другом только потому, что он знал, что у всех людей бывают друзья.
21. – Я люблю еë, потому что у неё характер рассудительный – очень хороший. (Берг о графине Вере Ростовой)
22. – Вот будете приходить к нам... – продолжал Берг, он хотел сказать обедать, но раздумал и сказал: «чай пить».
23. «Приду к одному месту, помолюсь; не успею привыкнуть, полюбить – пойду дальше. И буду идти до тех пор, пока ноги подкосятся, и лягу и умру где-нибудь, и приду наконец в ту вечную, тихую пристань, где нет ни печали, ни воздыхания!..» – думала княжна Марья.
Но потом, увидав отца и особенно маленького Коко, она ослабевала в своём намерении, потихоньку плакала и чувствовала, что она грешница: любила отца и племянника больше, чем Бога.
24. – Вот пишет, – говорила она, показывая сыну письмо князя Андрея с тем затаëнным чувством недоброжелательства, которое всегда есть у матери против будущего супружеского счастия дочери. (О графине Ростовой)
25. ...молодой граф, весь красный, с налитой кровью в глазах, за шиворот вытащил Митенька, ногой и коленкой с большой ловкостью в удобное время между своих слов толкнул его под зад и закричал: «Вон! чтобы духу твоего, мерзавец, здесь не было!»
Митенька стремглав слетел с шести ступеней и убежал в клумбу. (Клумба эта была известная местность спасения преступников в Отрадном. Сам Митенька, приезжая пьяный из города, прятался в эту клумбу, и многие жители Отрадного, прятавшиеся от Митеньки, знали спасительную силу этой клумбы). (О Николае Ростове)
26. Ему стало в Москве покойно, тепло, привычно и грязно, как в старом халате. (О Пьере)
27. Иногда Пьер вспоминал о слышанном им рассказе о том, как на войне солдаты, находясь под выстрелами в прикрытии, когда им делать нечего, старательно изыскивают себе занятие, для того чтобы легче переносить опасность. И Пьеру все люди представлялись такими солдатами, спасающимися от жизни: кто честолюбием, кто картами, кто писанием законов, кто женщинами, кто игрушками, кто лошадьми, кто политикой, кто охотой, кто вином, кто государственными делами.
28. – Молодой человек обыкновенно из Петербурга приезжает в Москву в отпуск только с целью жениться на богатой невесте. (Пьер)
29. – Вы негодяй и мерзавец, и не знаю, что меня воздерживает от удовольствия размозжить вам голову вот этим, – говорил Пьер, выражаясь так искусственно потому, что он говорил по-французски. (Пьер – Анатолю)
30. – Послушайте, помните вы наш спор в Петербурге, – сказал Пьер, – помните о...
– Помню, – поспешно отвечал князь Андрей, – я говорил, что падшую женщину надо простить, но я не говорил, что я могу простить. Я не могу.