1. Грудное вскармливание. Сага. Начало

Еще будучи в состоянии не очень глубокой беременности, я для себя четко решила – буду кормить ребенка грудью. И точка. Чего бы это ни стоило. Хотя, тогда я даже не представляла, чего мне это будет стоить. А представляла себя этакой Мадонной с младенцем. На лице умиротворенная улыбка, взгляд спокойный с поволокой. На руках голопопый упитанный пупс, мирно сосущий сиську в блаженной полудреме. Идиллия и райские кущи вокруг. Ага! Наивная! Все не задалось с самого начала.

Перед родами я прочла тонну умных статей, чуть ли не в каждой из которых говорилось: приложить ребенка к груди сразу после рождения – пипец, как важно. И для лактации, и для установления контакта с малышом. Я сказала «верю» и поехала рожать. В роддом, который всячески поддерживал грудное вскармливание. По крайней мере, так было написано на его сайте. Посему, я вполне законно ожидала, что в конце долгого и трудного процесса родов мне на грудь плюхнется маленький теплый комочек и каааак присосется! Но нет. Увы и ах, в родзале мне дочь не приложили. И я до сих пор не понимаю, почему не настояла на этом.

Увидела я дочку, спустя 7 часов. Взяла на руки, и мир вокруг меня перестал существовать. Были только мы вдвоем: мой младенец и я – Мадонна в белых одеяниях (реально, в белых). Окрик медсестры «чего стоишь, корми уже!», быстро рассеял мой мираж. Я оголила грудь. Благо, вырез до пупка на казенной сорочке позволял сделать это легко и непринужденно. Поднесла к груди дочь. Она тут же открыла свой маленький ротик, будто все девять месяцев только этого и ждала. Я прижала ее к себе. Есть, стыковка состоялась. Не могу сказать, что испытала в тот момент наивысшую степень блаженства. Наоборот, мне показалось, что мой сосок случайно прищемили дверью. «Вряд ли, так  и должно быть», - подумала я. Боль при кормлении никак не вязалась у меня с образом пресловутой Мадонны. Новый громкий окрик прервал мои размышления: «давай, заканчивай, отбой через 5 минут!». Как правильно расстыковывать ребенка и грудь, я тогда не знала. Так что, просто попыталась ее вытянуть. «Больно-то как!» Дочка вцепилась в сосок, как акула в добычу. Но добыча оказалась ей не по силам. До сих пор помню обиженное выражение ее маленького личика.

Весь следующий день я кормила, кусая от боли губы. А вечером мне в руки попал один интересный журнальчик. Для будущих и уже состоявшихся мам. Соседка по палате подкинула. В нем я нашла статью про грудное вскармливание и поняла, что все делаю в корне неверно. И грудь даю неверно – отсюда боль. И забираю раньше, чем ребенок ее отпустит (верила врачам и держала у груди не дольше 20 минут). Что тоже неверно. Прочитав статью, я тут же растолкала тихо спящую в прозрачном корытце дочь. Не терпелось опробовать теорию на практике. Дочка рефлекторно открыла свой ротик, и я впихнула ей грудь глубоко-глубоко, чуть ли не по самые гланды. У нее от удивления расширились глаза и брови поползли вверх. Но она стала отчаянно сосать. И тут меня накрыло то самое блаженство. Я впервые не испытывала никаких неприятных ощущений во время кормления.

На следующее утро я проснулась и не узнала свое тело. Ух ты! У меня появились сиськи! Из первого размера они за одну ночь превратились в полноценный третий. Совершенно бесплатно – никакой пластический хирург не нужен. Счастью не было предела – пришло молоко. Однако радовалась я не долго. Ровно до того момента, как стала кормить левой грудью. Дочка вдруг отказалась ее брать. Начала размахивать руками, брыкаться, кричать и вертеть головой. Хотя, из правой пару часов назад кушала прекрасно. Я была в замешательстве. Что случилось? Ребенка подменили? Она заболела? В левой груди молоко не вкусное? Прокисло? Ведь еще вчера дочь с одинаковым зверским аппетитом набрасывалась на обе груди. Я попыталась приложить снова. И поняла: грудь фактически превратилась в шар для боулинга, моей малышке сложно ее ухватить. Попробовала немного сцедить в надежде, что будет легче. Но нет, так тоже ничего не вышло. «Похоже, пора брать «помощь друга», - подумала я и с орущим ребенком на руках побрела на поиски врача.

Врач и так, и эдак пристраивала дочку к моей груди. Словно, хотела навинтить ее на меня. Тыкала носиком в сосок, как котенка в «мокрое дело» (интересно, зачем?). Но дочь была непреклонна. «А дай-ка я твою грудь осмотрю», - резко переключившись на меня, сказала врач. Она долго и придирчиво изучала мои сиськи. И вот, наконец, изрекла: «Все ясно». Я вопросительно подняла бровь. Оказалось, природа наделила меня сосками разной формы. Почему-то. Видимо, решила, что так будет интереснее. На левой груди сосок был плоским. «Нормальные матери, которые хотят кормить грудью, еще до родов соски «разрабатывают», - буркнула врач. – А у тебя вряд ли теперь получится». Во как! У меня аж челюсть упала. И это, называется, поддержка грудного вскармливания? Похоже, она была здесь только на словах.

Тем временем, моя левая грудь наливалась все сильнее. Я пыталась сцедить, но это было не просто. Десять миллилитров за полчаса, и никакого облегчения. Молоко все пребывало и пребывало. Казалось, что сейчас оно польется, если уж не из груди, то из ушей точно. А я все цедила и цедила. Без особого результата. Только ночью «трубу», наконец, прорвало. Помогли теплый душ и легкий массаж. Ну, и, конечно, четыре часа интимной близости с молокоотсосом, прерываемой изредка душем и массажем. Все остальные дни в роддоме эту грудь мне так же приходилось сцеживать. Пыталась подсунуть ее и спящему ребенку, и жутко голодному, но потерпела полное фиаско. Когда я выливала молоко в раковину, ревела горючими слезами.

Но вот нас выписали, и мы оказались дома. Я тут же бросилась на поиски информации. Неужели, действительно, плоские соски – это гильотина для грудного вскармливания? Нет, у меня, конечно, оставался один бидон с молоком – правую грудь дочка сосала исправно. Но два же лучше. А кормить сцеженным из бутылки я принципиально не хотела.

И вот, в очередной раз перелопатив биты и байты информации, я поняла: не все так печально. При наличии плоских сосков нужно всего лишь подобрать «свою» позу для кормления, в которой ребенку будет удобно захватывать грудь. «Это ж элементарно, Ватсон», - сказала я и стала подбирать.

«Лежа на боку»

Мама и ребенок лежат на боку, повернувшись друг к другу. Мама нежно и с любовью обнимает малыша одной рукой. Таким образом фиксирует его положение. Другой рукой подает грудь. В теории – проще пареной репы.

На практике оказалось не так. Грудь у меня все-таки небольшая. Поэтому мне пришлось придвинуть дочь вплотную к себе. Иначе она бы вытянула мой сосок, как аллигатор вытянул хобот слоненка в небезызвестном мультике. В таком положении «нос к носу» ПОДАТЬ грудь у меня, ну, никак не получалось. Я банально не могла просунуть руку между своими телесами и дочкиным личиком. Дочь сама пыталась ухватить сосок, но он упорно не хотел попадать ей в ротик. Как я ни старалась развернуться, сосок все время утыкался в кровать. Или же дочке в лоб.

Попробовали также модификацию этой позу – «валетом». Долго крутились, катались по кровати, но все закончилось тем, что я получила коленкой в глаз.

Возможно, я делала что-то не так. Но эта поза нам не подошла.

«Нависание»

Малыш лежит на подушке, немного повернут на бок. Мама стоит на четвереньках и нависает над ним.

Эту позу мы решили попробовать ночью. Я раскорячилась поудобней и попыталась нависнуть. Дочь даже перестала кричать и уставилась на меня с любопытством – с такого ракурса она мамку еще не видела. Повторюсь, что грудь у меня небольшая, поэтому наклониться пришлось довольно низко. Дочке, явно, стало не комфортно от ТАКОЙ близости, и она снова зашлась громким плачем. Проснулся муж. И что же он увидел перед собой? То, чего спросонья увидеть никак не ожидал – мою откляченную задницу.

Эту позу мы больше не практиковали. Пусть так тибетские монахи медитируют, а мне ребенка кормить нужно.

«Из-под руки (из подмышки)»

Ребенок лежит сбоку от мамы, словно выглядывая из подмышки. Ноги у мамы за спиной, а голова покоится на руке. Ротик должен находиться на уровне соска. Поэтому под ребенка и под руку лучше положить подушку. Или даже две. Или три.

Я решила попробовать и эту позу. Чем черт не шутит. Сложила аккуратно диванные подушки. Получился домашний вариант Пизанской башни. Разместила на них дочь. Кое-как пристроилась рядом. Моя малышка начала, было, протестовать, но я сгребла ее в охапку и быстро вложила в ротик грудь. И, о, счастье, дочка к ней присосалась! Наконец-то и левая грудь потеряла девственность. В этот момент вошел муж. Честно говоря, я испугалась, что он вызовет скорую со спецбригадой. «Сама-то пробовала в таком положении есть? - поинтересовался он. – Ты ее еще вверх тормашками переверни». «Надо будет – переверну», - подумала я.

В такой позе дочь ела из левой груди примерно неделю. И днем, и ночью. Всякий раз я думала, что теперь у меня будет королевская осанка и военная выправка. Поскольку сидеть мне приходилось неподвижно, вытянувшись в струнку, минут по 40 – 60. А через неделю… через неделю сосок вытянулся. И с этой проблемой было покончено. Но уже за следующим поворотом нас поджидали другие…