Приехали. Вернулись вдвоём с Саньком, наш папа пока что кайфует в Карелии. 

В доме - бедлам: грандиозный разбор вещей, большая стирка, готовка ужина и (одним глазком) разгребание интернет-почты. С понедельника у меня - трудо выебудни, а у Сандро садик, что тоже требует приготовлений.

Поэтому рассказы о поездке начнутся лишь со следующей недели. 

Всем огромное спасибо за поздравления с днём рождения! Вот так началось наше его отмечание. Кто угадает местность, получит звание Почётного краеведа)))

Последние дни выдались авральными. В результате спешно собираю чемодан за 6 часов до поезда. Ещё понятия не имею, что нужно взять, но ничего - не на год едем и не в чужую страну.

Сегодня в Москву, завтра ночером в Питер, обратно прибудем 8 сентября.

По приезде отпишусь, где бывали, что видели. А пока - чао-какао!

Санчо продолжает придумывать объяснения по поводу разных слов:

- Мам, а почему честное слово? Оно что, чешется?

- А тополь - потому что он топает? 

- Почему воспитатель сказала "это невыносимо!". Кого она выносить собралась? И куда?

* * *

Услышал, что "ихтио" - это "рыба" по-гречески. Весь вечер доставал: а как по-гречески то, сё... Если я какое-то слово не знала - начинал возмущаться "почему ты не знаешь по-гречески?! как так можно?! ну ладно, тогда скажи по-турецки! тоже не знаешь?! какая-то ты бестолковая, мам!". Отмазываюсь французским или английским. 

Рассказываю Шурке сказку про Оле-Лукойе. Возмущённо поднимает голову от подушки: "Мам, ну какая Оля! Он же не девочка. Ты напутала! Его, наверное, зовут Коля-Лукоя!"

* * *

Сегодня по дороге в садик заинтриговал. Поздоровался с проходившей мимо дамой, а мне потом пояснил:  

- Это наш музыкальный воспитатель. Риминигачина.
- КАК-КАК?! - переспросила я.
- Риминигачина. Имя такое, понимаешь?

В общем, я в предвкушении. Вечером пойду забирать - узнаю, как её зовут на самом деле.

Сашка любит дурачиться, изобретая новые слова или коверкая уже известные.

Теперь новая фича появилась. Он в некоторых книжках переименовывает героев и требует при прочтении их называть именно так, а не иначе.

Открываем книжку про детский сад, где упомянут некий Ваня. Сын сходу заявляет: "Его зовут не Ваня, его зовут... ммм... эээ... Патарка!". Ревностно следит, чтобы фраза "Ваня сидит у окна" звучала как "Патарка сидит у окна" и т.д.

И вдруг заминка. По тексту Ваня назван Ванечкой. Сашка на секунду задумывается и говорит: "Не Ванечка, а Патарочка!".

* * *

А буквально полгода назад нашей любимой игрой было изменение известных сказок. Например, рассказываю ему про репку: "Посадил дед кабачок". Сашка радостно: "Реееепку!". Продолжаю: "Выросла репка круглая и синяя". Сашка: "Большая-пребольшая".

Или "Муха по лесу пошла, муха трубочку нашла". Сандро: "По полю! Денежку!". Интерес к игре не пропадал минут 10-15! Очень выручало в транспорте.

На даче беру лопату, ведёрко и говорю Саньке - "Айда копать картошку!". Он в изумлении: "Куда копать? Зачем?". Объясняю, что сейчас для борща я накопаю немного картошки из земли.

На лице Сашки - возмущение: "Мама, ты что?! Картошка же на деревьях растёт!!"

Тут лопата с ведром и выпали из моих рук. Долго я хохотала. Хотя, вообще-то, плакать надо. Позор на мою седую голову! Ребёнок абсолютно дремуч в ботанике.

Спрашиваю: "А о чём тогда в песенке поётся - про Антошку и про картошку?". Отвечает: "Не знаю. Может, они её закапывать несли куда-то. Как клад".

Пришлось показывать и рассказывать.

* * *

В начале 90-х моя подружка вышла замуж за однокурсника-кубинца - Карлоса. Помню его истерику, когда он по ТВ случайно увидел "Чунга-Чангу". Сначала мы не могли понять, в чём дело. Когда он успокоился, отдышался и вытер слёзы, мы узнали, что ананасы (оказывается!) не растут на пальмах, как это нарисовано в мульте. Они растут на земле, как капуста.

Ну а чо с нас взять. Мы в СССР ананасы только на картинках видели...

Последние недели читаю-читаю-читаю...

Весь июнь - Дениса Драгунского (сын того самого Виктора Драгунского, автора "Денискиных рассказов") - "Нет такого слова", "Плохой мальчик", "Господин с кошкой", "Третий роман писателя Абрикосова", "Ночник" (последняя понравилась меньше всего, остальные рекомендую).

Как оказалось, Денис Викторович - не только журналист/редактор/аналитик, но и замечательный новеллист. Давно я так жадно не зачитывалась прозой. Мне одновременно вспомнились  и Токарева, и Довлатов, и Веллер, и Кабаков. Но именно мимолётно "вспомнились", потому что Драгунский - он всё же особенный.

Затем перечитала моего любимого Эрланда Лу "Наивно. Супер". Не спрашивайте, за что я люблю этот роман. Просто люблю. И иногда перечитываю.

Потом был Филипп Делерм со сборником эссе "Счастье. Картины и разговоры". Невероятно странная книга, которую начала с любопытством, продолжила из чувства долга, а завершила с ощущением огромного удовольствия от каждой фразы. Это как неизвестное блюдо - сначала не понимаешь, нравится или нет, а потом смакуешь послевкусие. Не знаю, стоит ли его вам рекомендовать, но если попадётся - не отмахивайтесь. Вдруг он совпадёт с вашим настроением.

Далее я проглотила страноведческую книгу (люблю этот жанр!) "Германия. Свой среди своих". Автор Анна Мосьпанов - русская журналистка, которая уже 15 лет живёт в Германии и рассказывает о её повседневной жизни. То есть не о туристических прелестях, а о том, как устроена система здравоохранения и образования, как складываются взаимоотношения немцев на работе и с соседями, о быте, о детях, о феминизме, о погоде, о традициях, о праздниках... Кого интересует современная жизнь ФРГ глазами русского человека "изнутри" - вилькоммен.

На волне предыдущей книги принялась за Питера Мейла - "Год в Провансе". Повествование от лица английской супружеской четы, купившей дом на юге Франции. Неспешно, с тёплым юмором, с изобилием гастрономических описаний. Мне осталось дочитать про декабрь, что я сегодня вечером и сделаю.

Я почти год читала только специальную литературу - по работе, по языкам, по психологии. Ну и разумеется, детскую литературу - с Сашкой :) Теперь чувствую возвращение к себе.

Я ещё помню те времена, когда рекламисты не коверкали слова и читали марки правильно. Например, "Garnier" читалось именно как "Гарнье".

Вот уже несколько лет мой слух не может привыкнуть к "ГарньеРу". Видимо, марка перестала быть французской и теперь честно произносится по-польски.

Когда я услышала "ЖардИн", я просто выпала в осадок. Как кофе. Ибо "Jardin" многие столетия читается как "Жардэн", даже "Жардан", в нос (если, конечно, вы не африканский эмигрант, который латиницу выучил два месяца назад). Либо давайте произносить "Хардин", если тут аллюзии на Южную Америку.

Знакомая барышня (в анамнезе - муж-француз, жизнь в Париже и учёба в Сорбонне), приехав летом в Россию и включив телек в разгар всех этих "гарньеров" и "жардинов", вежливо спросила: "Я одна это слышу?".

На форумах я встречала обсуждения подобных ляпов. Аргументация сразила наповал: "Народ всё равно будет коверкать, вот рекламисты и подстраиваются под сферического коня в вакууме бабу Маню".

Ну да, ну да. Мы ж дикая нация, на троллейбусы до сих пор с вилами кидаемся. В школе не учились, при слове "транскрипция" суеверно крестимся...

С нетерпением жду рекламу Ренаультов и Пеугеотов. И до кучи - магазина детских товаров Мотхер Каре.

Вчера утром привела Санчеса в садик, а там столпотворение. Уже 32 человека в списке группы, тащут пару дополнительных кроваток в спальню, шкафчиков не хватает... Воспитатели в растерянности, ничего внятного сказать не могут.

Вечером я забирала Сашку... уже из другой группы. Ага, днём его опять перевели. "На этот раз уже насовсем!" (да-да, слышала я эти басни). Снова здорово, опять адаптация к новым детям и новым воспитателям.

Одно успокаивает: в этой группе аж трое ребятишек из его самой первой группы - Матвей, Олег и Ангелина. Сандро кучкуется с ними и как-то подозрительно доволен. Сегодня утром даже заявил, что ему тут очень нравится. 

Ладно. Будем привыкать. Через 3 недели на полмесяца уезжаем в Питер. А в сентябре, надеюсь, группы укомплектуются окончательно. Хочется уже какой-то определённости.