На самом деле здесь у тебя может быть три роли — покупателя, продавца и товара на прилавке. Быть продавцом — пошло, покупателем — скучно (и все равно придется подрабатывать продавцом), а товаром — противно. Любая попытка быть чем-то другим означает на деле то самое «не быть», с которым рыночные силы быстро знакомят любого Гамлета. Все остальное просто спектакль. (c)
Виктор Пелевин. Священная книга оборотня

Как-то раз женщина, работавшая на стройке, несла на голове корзину кирпичей. Оступившись, она поранила ногу, и корзина свалилась у неё с головы. Она попыталась поднять корзину и снова поставить себе на голову, но не смогла и начала безутешно плакать, обращаясь за помощью к Богу. Её страстный призыв привлёк внимание Господа, и он появился перед нею. — Ты звала меня? — спросил Господь. — Пожалуйста, помоги мне поставить корзину на голову! — взмолилась женщина. — Но я могу дать тебе освобождение! Ты можешь просить у меня всё, чего пожелаешь: богатство, молодость, здоровье, а ты просишь поставить корзину тебе на голову?! — Пожалуйста, поставь корзину мне на голову, чтобы я успела закончить работу к обеду. Истинная помощь — рядом с нами, но мы не пользуемся ею.

Уважаемые мама школьников и приготовишек!

Если бы у вас была возможность учить ребенка в идеальной школе, то какие параметры были бы самыми главными, как бы вы хотели, чтобы был организован день, какие доп. занятия, как организвать питание и т.д. Очень прошу откликнуться и помечтать)

Мать говорила сыну про великого Святого:

— Даже щепоть праха из-под следа его уже велика.

Случилось, что тот Святой проходил селением. Мальчик усмотрел след его и взял щепоть земли этой, зашил её и стал носить на шее. Когда же он отвечал урок в школе, он всегда держал рукою ладанку земли. При этом мальчик преисполнялся таким воодушевлением, что ответ его был всегда замечателен.

Наконец учитель, выходя из школы, похвалил его, и спросил, что он всегда держит в руке. Мальчик ответил:

— Землю из-под ног Святого, который прошёл нашим селением.

Учитель добавил:

— Земля Святого служит тебе лучше всякого золота.

При этом присутствовал сосед-лавочник и сказал самому себе:

— Глуп мальчик, собравший лишь щепоть золотой земли. Дождусь прохождения Святого, соберу всю землю из-под его ног, получу самый выгодный товар.

И сел лавочник на пороге, и тщетно ждал Святого. Но Святой никогда не пришёл.

В деревне, в праздник, под окном
Помещичьих хором,
Народ толпился.
На Белку в колесе зевал он и дивился.
Вблизи с берёзы ей дивился тоже Дрозд:
Так бегала она, что лапки лишь мелькали
И раздувался пышный хвост.
«Землячка старая, — спросил тут Дрозд, — нельзя ли
Сказать, что делаешь ты здесь?» —
«Ох, милый друг! тружусь день весь:
Я по делам гонцом у барина большого;
Ну, некогда ни пить, ни есть,
Ни даже духу перевесть».
И Белка в колесе бежать пустилась снова.
«Да, — улетая, Дрозд сказал: — то ясно мне,
Что ты бежишь, а всё на том же ты окне».
Посмотришь на дельца иного:
Хлопочет, мечется, ему дивятся все:
Он, кажется, из кожи рвётся,
Да только всё вперёд не подаётся,
Как Белка в колесе.

Кто-то спросил мудреца:

— Говорят, что судьба каждого предопределена.

Мудрец кивнул:

— Да. Для тех, кто в это верит. Они предопределяют свою судьбу для обстоятельств, которые потом сами и принимают за предопределение. Но это же справедливо и по отношению к тем, кто во предопределение не верит.

Спросивший скептически хмыкнул:

— Ну, а как же тогда Бог знал бы всё наперёд, не будь предопределения? — и торжествующе посмотрел на мудреца.

Тот лишь развёл руками:

— Не знаю, как Бог… Он не поручал мне отвечать за него. Но если бы я был им, мне было бы невероятно скучно знать обо всём наперёд, ведь это всё равно, что играть с самим собой в поддавки. Скорее всего, я придумал бы игру, способную меня без конца удивлять, и чтобы я не знал, каким будет в ней следующий ход.