Родители бывают такими непонятливыми.
В санках катится девочка.
Маме:
- Мамаааа! А мы пойдем гулять?
- Мы уже погуляли.
- Нет, мы в магазин ходили.
- А по-твоему как гуляют?
- Это когда долго!

- Пап, смотри, я много покакал. Я - богатырь!

- "Карабас-барабас, пообедаю сейчас!"
- А что ты будешь есть?
- Тебя!
- Почему меня?
- Ты же сладкий.
- Нет! я соленый!
- Где это ты соленый?
- Везде! На спине, на плечах, в животе...А бармалеи не едят соленое. Они едят только сладкое. Так сложилось исторически.

Точит карандаш над корзиной и говорит:
- Напала на хоббита злая тоска - не смог он найти ну даже следа носка... напала на хоббита злая тоска - не смог он найти ну даже следа носка...плохо искал...ну я всегда тоже ищу... напала на хоббита злая тоска - не смог он найти ну даже следа носка...

Папа:
- Можно я тебя съем?
Сын:
- Нет.
- Почему?
- Потому что мама огорчится: кто будет тогда играть, кто будет сердце бычка есть, кто будет маме помогать?

Возвращаемся из садика:
- Мама, давай сходим, приключений наберем?
- Их не набирают, они случаются.
- Давай будем ходить в места такие, где они могут случаться!

- Когда-то голова у нас была совсем не работающая, а теперь она работает - думает! (играли в домино)

Сегодня во дворе устанавливали качели для малышей. Наши домовые бабушки выбежали на площадку и устроили скандал с зарыванием выкопанных ям, криком и толканием...Причина просто плёвая - они не хотят отдавать ни пяди двора для детского комплекса: всё засажено какой-то травой, гордо называемой "цветами", но совершенно не цветущей. Я сорвала голос и простудила горло, "беседуя" с этими бабками. Даже охрану вызывали 2 раза. Милицию так и не дождались.

Вечером сын спросил, почему у меня такой голос слабенький. Я объяснила ему, что это результат борьбы за качели. На что он ответил:

- Цветы - это только красота, а качели - радость!

Сыну 4 годика.

Ни рыба, ни мясо, [ни кафтан, ни ряса].
Собаку съели, [хвостом подавились].
Ума палата, [да ключ потерян].
Два сапога пара, [оба левые].
Дураку хоть кол теши, [он своих два ставит].
Рука руку моет, [да обе свербят].
Везет как [субботнему] утопленнику [баню топить не надо].
Ворон ворону глаз не выклюет [а и выклюет, да не вытащит].
Гол как сокол [а остер как топор].
Голод не тетка [пирожка не поднесет].
Губа не дура [язык не лопата].
За битого двух небитых дают [да не больно-то берут].
За двумя зайцами погонишься – ни одного [кабана] не поймаешь.
Кто старое помянет – тому глаз вон [а кто забудет - тому оба].
Курочка по зернышку клюет [а весь двор в помёте].
Лиха беда начало [есть дыра, будет и прореха].
Молодые бранятся – тешатся [а старики бранятся – бесятся].
Новая метла по-новому метёт [а как сломается - под лавкой валяется].
Один в поле не воин [а путник].
От работы кони дохнут [а люди – крепнут].
Пьяному море по колено [а лужа - по уши].
Пыль столбом, дым коромыслом [а изба не топлена, не метена].
Рыбак рыбака видит издалека [потому стороной и обходит].
Старый конь борозды не испортит [да и глубоко не вспашет].
У страха глаза велики [да ничего не видят].
Чудеса в решете [дыр много, а выскочить некуда].
Шито-крыто [а узелок-то тут].
Язык мой – враг мой [прежде ума рыщет, беды ищет].

Диалог с ребенком.

- Игрушки твои, значит, кто это должен делать?

- Пушкин!

- Каккой-такой Пушкин? Кто такой Пушкин?

- Пушкин - это такой дядя. Его так звали почему-то. он уже умер. В него выстрелила пушка и он умер. Хороший был дядя.

- Кто в него выстрелил?

- Плохой дядя, высокий такой с длинным носом. Он выстрелил из пушки и Пушкин умер.

Проходили мы вдвоем с сыном (3 года) мимо дворца. Впереди, на обочине, стояла милицейская машина, рядом - четверо полицейских с собакой.

Сын показал на машину пальцем и спросил: "Мама! Сьто ито?"

Я ответила: "Милицейская машина."

"А какая?" - спросил он.

"УАЗ или ГАЗ... не знаю. Ты же лучше в машинах разбираешься, скажи сам - какая!"

Тем временем мы поравнялись с ментами. Машина отъехала. И сын громко сказал: "Уваз казёй!"