Санкт-Петербург
Пятница. 19.02.
Пошла на прием в Женскую Консультацию. Весь день были тренировочные схватки, а матка в тонусе. Врач осмотрела меня, сердце ребенка ей не понравилось (первый раз за всю беременность), матка в тонусе, хотя она была на момент прощупывания расслаблена по моим ощущениям. В общем, решили она как всегда перестраховаться и настояла на срочной госпитализации из-за угрозы преждевременных родов (Что меня совсем не смущало, так как ребенок уже готов) и тахеокардия у малыша. Это меня как раз и заставило согласиться вызвать скорую.
Неотложку я ждала 1, 5 часа. Безумно замерзла. Успела прореветься и успокоиться. Дождалась … стали звонить в роддом. Роддом №1, где я собиралась рожать, оказался с какого-то … закрыт. Скорее всего инфекция. И отвезли меня черт знает куда под названием «Снигиревка», я об этом роддоме вообще не слышала. Ехали мы час. По пробкам. Врезать за такую помощь хотелось. При условии, что с 2 я была в консультации. А в роддом меня привезли в 7. А я весь день еще ничего не ела.
В приемном бабка на меня наорала и сказала, что «местов нету, будем писать тебе отказ». Тут я уже взбесилась не на шутку. Хорошо, что как оказалось в этом роддоме главный педиатр наша знакомая. Она позвонила в приемную и меня чуть ли не вылизывать стали. Трех женщин, которых привезли со хватками направили на кесарево, так как опять же «местов нету» в родблоках, а в операционных есть.
Залезла я на кресло. Засунули мне руку, поковырялись, высунули. А она без перчатки. Я в шоке. Тетка руку сполоснула и вытерла полотенцем каким-то. Шейка закрыта. Ребенка она толком не послушала. Сказала, сердце бьется, значит все хорошо. Я снова в шоке.
Ищут мне место. В роддоме в дородовых только 2 свободных, и то они придержаны «для своих». В итоге отдали мне все-таки одно место. Мне привезли вещи. Три тяжеленных пакета. В отделение я их тащила сама. Это с угрозой преждевременных родов. Тащить оказалось далеко.
Долго искали мне палату уже в отделении. Пытались направить в другое отделение. Не получилось. Зашла я в свою 4 местную палату. Общаться с соседями не хочется. А приходится. Притащили мне капельницу. Гинипрал и еще что-то. До двух ночи лежала этой капельницей. Слушала разговоры соседок, точнее вопли одной. Давно такого тупизма от взрослой тетки не слышала. Ну что ж поделать-то. Из деревни она. И вела себя кК быдло последнее.
20.02. суббота.
Узнала. Что посещение разрешено, только если выписка есть. Постоять можно внизу с 12 до 13 часов. И все. Снова в шоке. Выходные. Врачи на обход не ходят вообще. Соседушка Машечка из дерёвни садилась возле окна, а следовательно возле моей кровати. Громко грызла яблоко, и громко на своем «разговорном» наречии несла какую-то чушь. По палате разносилось эхо. Мне хотелось ее заткнуть. Потому что даже через наушники мне было слышно ее, но не фильм.
Кормят сносно. Все моют посуду одной губкой. Есть тараканы. Туалеты в 50 см. от дверей , и даже не беременным нужно быть акробатом или гимнастом, чтобы извернуться в этом сортире. Медсестра ночью блюет. В сестринской накурено.
21.02. воскресенье.
Проснулась. Позавтракала. Меня потошнило. Узнала, что посещений и врачей не будет. В очередной раз взбесилась. Приехал муж. Стоял час под окнами. Готовили по мобилке. Сзади все время маячили соседки. Комментировали.
Тут почти всех кесарят. Естественных родов почти нет. Ночью стоит храп. Храпит 40 летняя «самая умная пуп земли с Сахалина». Она все время рыгает, жалуется и рассказывает всем подряд. Как она рожала, как ей херово, и что у ее мужа воспалены яйца. Мне его искренне жаль. Хорошо, что он сюда не приходит. Так бы его все спрашивали, как его яички поживают.
22.02. понедельник.
Жду врача. Врач от моей палаты не соизволила явиться. Ждала 1.5 час. Пришел мужчина. Я все описала, сказала, что вообще-то у ребенка проблемы с сердцем. Ответ меня добил. «вы здесь с пятницы? Шевелится? Живой? Значит все хорошо». Но на ктг отправил. Первые же минуты прослушивания. «Ну да. У него тахеокария». В среду будет ваш лечащий врач. Нормально.. то что эритроцитов в моче у меня 12500 при максимальной норме в 1000 раз (в 12 раз больше), следовательно кровь в моче, а это камни, анемя 1 степени, его вообще не заинтересовало.
«Деревня» выписалась. Так сразу тихо и хорошо стало.
Пришла ставит капельницу медсестра. Ночь видимо не спала. Испоганила вену на левой руке, испоганила на правой. Не капает. И до нее дошло, что дело-то в капельнице. Из 8 часов капельницы 3 я держала иголку. Потому что она не капала по-другому.
23. 02. Вторник. 3.15 минут
Странно. Выписка будет. Хочу родить. Три уже пошли за сегодняшнюю ночь рожать. Сортиры в дерьме и околоплодных водах и волосах. Ползают тараканы. Спать не хочу. Храп там на всю палату стоит. Хочу смыться отсюда. Узнала, что на послеродовом почти все палаты не предусматривают нахождение детей с матерями. Дерьмо, а не роддом.
24.02. среда. 5 утра.
Это уже не выносимо. Она или рыгает, или жалуется, или пердит или храпит. Сейчас и пердит и рыгает, и храпит. И осталась я с ней один на один. У еще оной соседки два часа назад отошли воды. Как я ей завидую. Сегодня днем придут наконец-то врачи. И появится хоть какая-то ясность происходящего и дальнейшего. Все тут надоело за эти пять дней.
Отдельная статья здесь – это «новые кровати». Они бее пружин и предназначены для ортопедических или попросту говоря современных матрасов. Но на железяках, которые не прогибаются вообще, лежат два тоненьких сдохших матрасика. Спать на них не реально вообще. Особенно на боку. Ощущение, что ночь на гальке провел. Сводит все тело. И эта еще под боком рыгает, 
пердит и храпит.
