Бабушка научила на вопрос в заголовке поста показывать один пальчик. Мне так жаль стало глупыша, ведь он совсем не понимает, что показывает.

Стал увереннее ходить. Прогуливается по комнате, шагов 10-12 делает, потом или падает на попу, или садится на корточки.

Гораздо реже прикладывается ночью к груди. Спит хорошо, если проснулся, то приползает ко мне поближе и ложится головой на мою руку или на живот или просто прижимается телом. И спит дальше.

Тимофей где-то с месяц пользуется жестом «дай-дай». Сначала неуверенно, а сейчас какое-то цунами из «дай-дай». Малыш просыпается, и первое, что он делает - тычет пальчиком куда угодно и просит «дай-дай». При этом мгновенно теряет интерес и просит что-то новое. Вертится юлой, показывает и «дайкает».

Я думаю, надо же реагировать как-то на коннект, выдавать, что просит. Но тут он, похоже, сам не понимает, чего хочет.

Тим обычно ни минуты не сидит на месте. Сегодня нашел на полке с игрушками набор, который состоит из деревянных фигурок, деревянной иглы и шнурка, на который фигурки надо нанизывать. Набор не по возрасту, был подарен друзьями.

Однако Тим сел и принялся за дело. Он увлеченно пытался попасть иглой в дырочки, и у него получалось! Пара фигурок оказалась на шнуре.

Это так необычно для нашего активиста. Надеюсь, период разрушений теперь будет разбавляться минутками созидательства.

Озвучивать все свои и ребенка действия, проговаривать каждый шаг - для меня это так трудно, как будто мои силы иссякают, как только я открываю рот. Я молчун, в больших компаниях я редко могу вступить в дружеский спор или рассказать историю. В быту я могла бы дни проводить молча, если бы не Тимоша. Сейчас наконец появляется стимул говорить, озвучивать. Оказалось, что Тимоша знает значение многих слов.

Вчера сняла со стола букет цветов, поставила на пол перед ним, рассказала и говорю: понюхай. Затем я, как обычно, хотела на своем примере показать действие, но не успела. Тим наклонился и запыхтел носиком возле цветка. Недолго это длилось, дальше последовал акт вандализма - несколько цветков были мгновенно уничтожены.

Сегодня утром папа умывался в ванной, дверь в ванную запер. Тимоша подошел к двери и намеревался открыть ее, но понял, что ручка заблокирована. Стал дергать ее и кричать: баба! "Папа" у него не получается. Я говорю: Тимоша, не кричи, постучи. И Тим своей маленькой ладошкой принялся стучать.

Выяснилось, что у него есть некое понимание слова "спать". "Как Тимоша спит?" - малыш начинает пропевать "Ааааа аааа" и покачиваться/подпрыгивать. Имитирует укачивание! Хотя я уже редко его укачиваю.

В общем, это все очередные мелочи, которые для меня выглядят такими важными.

Могу констатировать, что пищевой интерес в полной мере начал проявляться у микросвина только сейчас. Он рассматривает наши тарелки, забирается на колени к папе, когда тот обедает. Вертится возле нас во время завтрака, обеда и ужина. Все чаще съедает по полноценной чашечке еды (около 150 г). Пробовал много разных каш: гречневую, кукурузную, ячневую. Полюбил мясо, буженину, измельченную ножом курятину с картофелем.

Сегодня звонила моя начальница спросить, как у нас дела. Между делом узнала, что я еще кормлю грудью. Она чуть не подавилась, по-моему. К слову, она не имеет детей, да и вообще на моей работе 90% руководителей бездетны.

А я задумалась. Насколько прилично спрашивать о гв? С одной стороны, это еда. Я кормлю ребенка в публичных местах и не стыжусь этого. С другой стороны мне почему-то всегда очень неудобно отвечать на вопросы, кормлю ли я. Мне будто приходится оправдываться. Эти вязкие слова... О том, что ребенок еще маленький, что гв нужно и ему, и мне... У Фон Триера в Меланхолии есть эпизод, где героиня Кирстен Данст пытается бежать, а ее ноги окутывает пряжа. Мой язык окутывает пряжа, когда я говорю о том, что "все еще" кормлю.

Утром Тимоша не давал ни умыться, ни поесть. Просился на руки с тем, чтобы я носила его и рассказывала о предметах, он это любит. Как только спускала его на пол - слезы. В итоге стал поплакивать и на руках, настроение испортилось. А мне так надоел его крик с самого утра, я грозно спросила: "Ну! Чего ты кричишь?". Малыш замер, а потом выставил нижнюю губку, всхлипнул и наклонил голову с досадой. Этот жест мне показался таким несвойственным для махонького ребенка, я же все время думаю, что он еще очень мало понимает. Конечно же Тим был тут же осыпан поцелуями, и настроение улучшилось у обоих.