Деточка сегодня слетела с катушек. Нет, она мне еще вчера дырку в голове делала, но сегодня - это нечто.

Обиды, слезы и хлопанье дверями по любому поводу. Размахивала руками и перевернула цветочный горшок.  Разрисовала лицо акварелью, пошла умываться, и вылила на пол стаканов пять воды - уже специально. 

Наконец-то выдворила их, уши и нервы отдыхают. Одеваться, обуваться и расчесываться не захотела, ушла в купальнике и нечесaная. У меня, честное слово, уже не было маны ее уговаривать.

Пойду поубираю на радостях (последствия самых крупных катастроф Миша, к счастью, устранил).

Кто спрашивал, говорили ли мы Денизе, что ее к рождеству ожидает подарочек в виде сиблинга? Многие спрашивали, на самом деле. Отвечаю: говорили. То есть, на самом деле, все это при ней с самого начала обсуждалось, и никто не скрывал, но Дениза никак не реагировала. Сегодня диалог по дороге в садик, в связи с тем, что папа затеял грандиозную акцию по уборке подвала:

- Там мои детские книги лежат, пусть тоже выбросит.

- Почему?

- Они для маленьких, мы их все равно не читаем.

- Когда у тебя родится братик или сестричка, опять будем читать.

- Я хочу большую сестричку.

- Большую уже не получится.

- Почему?

- Потому что ты будешь большая сестричка. Ты родилась раньше.

- Но я хочу большую сестричку!

Она уже высказывала такое желание. Короче, ожиданий мы в любом случае не оправдаем.

Шли сейчас из садика, Дениза попросила зайти в булочную, где в корзиночке на стойке лежат конфетки; булочная как раз напротив садика, и мы там часто бываем. Я ответила, что не собиралась ничего покупать, а если мы ничего не купим, то и конфетки брать нельзя. Дениза была в своем обычном для пути домой из сада невыносимом настроении и сказала, что сама зайдет и возьмет. Иди, говорю, сама, а я не пойду. Если хочешь, подожду тебя здесь. Дениза уточнила, пойдем ли мы потом дальше домой, и побежала за конфетками. Я думала, постесняется, я бы точно в детстве постеснялась.

Нет, забежала, взяла и вернулась довольная.

-Ты сказала тете привет и спасибо?

- Сказала.

- Как ты сказала?

- Ну нормально, как ты говоришь. Данке.

Что-то сомневаюсь.

По дороге пыталась объяснить, что это была одноразовая акция, больше она за конфетками бегать не будет.

Вообще забирать Денизу из садика - то еще испытание. Она ноет, куксится, ругается, упирается, хочет сидеть на всех скамейках, стоять на месте. Нужно что-то бросить ей в рот, тогда она обычно сговорчивее.

А после обеда прощальная вечеринка у няни.

Негламурное телефонофото:

Пришла в начале одиннадцатого - спят в обнимку, детка в той же полосатой с оранжевым сердцем тельняшке, какую я надела на нее утром. Интересно, во сколько легли.