Ну мы же выросли и ничего!...
Разместила в сообществе Психология статью Елены Кузнецовой об адаптации к детскому саду. А сюда я хочу выложить личную историю Юлии Горячевой, как отклик на эту статью.
"Не ожидала, что разговор с одной мамой и ее "Мы так росли, и ничего - выросли же, нормальными людьми" меня вынесет в такой писательский поток.
Сейчас пробегусь по некоторым аспектам своей жизни в контексте депривации.
Я родилась. Меня показали маме, сказали «девочка» и унесли. На два дня. Мама рассказывала, что эти два дня она места себе не находила. Не знала - как я, все ли со мной в порядке, а вдруг заболела? На вопросы никто не отвечал, говорили: «Отдыхайте, женщина, ребенка вам принесут на третий день.» Что чувствовала тогда я - можно только догадываться. Нет, правда, была у меня как-то сессия с моим психотерапевтом, где я вернулась в момент рождения. Это было нужно для понимания одной ситуации в настоящем. То, что я тогда видела и чувствовала - было с одной стороны удивительно, а с другой - грустно. Я прохожу тоннель, в конце которого - свет. Вот я - в новом пространстве, где очень яркий свет. Я чувствую белый туман и пустоту. И облом. Нереальный облом. Потому что ожидала встречи, ожидала близости, контакта. То есть я прямо помню то ощущение - я двигаюсь по тоннелю в полной уверенности что меня там априори Кто-то ждет. А в итоге, на выходе, я получаю яркий свет и ощущение незнакомого, чужого, не моего. А дальше я проваливаюсь в пустоту. 
Мне потом было жутко от этого. А моя психотерапевт подтвердила, что в ее практике многие описывают свой приход в мир именно таким. Первая и самая ужасная депривация. Импринтинг на всю жизнь в плохом смысле этого слова.
Мне год. Я пошла в ясли. Мама рассказывала, как я цеплялась за ее шею, когда она подходила со мной к зданию сада. Цеплялась и криком кричала, не хотела маму отпускать. А воспиталка отдирала меня и уносила в группу. Потом выяснилось, что меня запирали в чулане , потому что много плакала. У меня иногда всплывают какие-то размытые картины: узкая темная комната. Я в ней. Мне страшно.
Это однозначно - травма. Травма, случившаяся в довербальный период. То есть словами, проговариванием - не лечится. Для ее обнаружения и проживания нужна какая-то другая терапия - психодрама, например. Как это отразилось на мне? Не от этого ли у меня - панические атаки, подозрительность и недоверие к миру, боязнь маленьких темных пространств?
Спасибо «профессиональным педагогам»! И системе. Вынуждавшей женщину в год ее ребенка выходить на работу.
Мне пять лет. Я хожу в сад. Я помню, как у меня воспиталка отобрала колечко. Обычное детское колечко, которое мне мама покупала в луна-парке. НО мне она было очень дорого, это было мое сокровище. Мамы рядом не было, она не защитила. А потом так и не разобралась с этой ситуацией, потому что воспиталка ей лапшу на уши навесила, вставив меня «самадуравиновата», типа нефиг с колечком приходить в сад. И мама не встала на мою сторону. И не настояла вернуть колечко. Эх…не умели тогда родители быть на стороне ребенка. А колечко мое воспиталка-то забрала не случайно. Я потом узнала, что она отдала его своей дочке, моей ровеснице. С тех пор я эту воспиталку ненавидела.
Мне 35 лет. У меня 4 детей. У меня есть возможность не повторять этот порочный круг. Чтобы не подвергать моих детей депривации, я выбрала домашние роды и воспитание детей в семье.
Моя младшая дочка Мила. Ей - год и четыре. Она все время со мной. Я очень люблю за ней наблюдать. Я постоянно фиксирую, как она бодра, весела, доверчива и открыта миру. Потому что в ее жизни есть Привязанность. Жизненно-важная опора. И ни разу не было депривации в ужасном смысле этого слова. Это мой сознательный выбор - давать детям стойкое ощущение надежности и тыла. Мила прекрасно развивается, а развитие, если верить Ньюфелду, происходит из точки покоя. И иногда, глядя на нее, я думаю «а ведь раньше дети в этом возрасте уже ходили в ясли-сад». И мне страшно подумать, по какой бы кривой линии пошло бы развитие этого ребенка, отдай я ее в год/два - в сад.
Думаю, примеры моей жизни весьма красноречивы для переосмысления фразы "Мы так росли и ничего, выросли же". Вообще то - Чего! (как мне кто-то метко написал комментариях ВК). У меня это "чего" - 6 лет психотерапии (последние 2 года - практически регулярные встречи). И постоянное чтение и перечитывание умных книжек мудрых авторов. Хотя бы тех же - Ирины Млодик и Людмилы Петрановской. Самостоятельное изучение психологии, в частности: детско-родительских отношений. Потому что все это "чего" выплыло, когда я стала мамой своей первой дочери 8.5 лет назад.
А еще мне несколько лет потребовалось на выветривание этой совковой хрени: ходить строем, есть и спать по звонку, испытывать только «правильные чувства.»
Я только недавно научилась осознавать свои потребности и чувствовать свои внутренние ритмы. С тех пор ненавижу командный дух и режим. А какое удовольствие мне теперь доставляет испытывать "неправильные" чувства. Не удобные, не социально одобряемые, а те самые...из самых глубин.
Вообщем, живу наконец живу полной жизнью, и, блин, сочувствую тем, кто свято верит в мантру "Мы так росли, и ничего, выросли же." И так же, без фильтров, растят своих детей. Сюда же можно отнести перл про битье "Меня били, и ниче, человеком вырос!" Выросли, и своих детей бьют. Хочется сказать: "Господа, читайте Млодик! И ходите на личную терапию!"
