Я большой любитель почитать. В детские и юные годы с чтивом было напряженно в Советском Союзе, читала все подряд.
Тема коммуналок и скандалов в них отсвечивала во многих мелких и крупных произведениях. Одна воронья слободка чего стоит.
Соседские скандалы, разборки по мелочи и по крупным поводам, драки и прочая.
Учительница немецкого из моей первой школы (ее кликуха была в школе - фашистка, ею и на пенсию ушла) из вредности ставившая на соседнюю с кастрюлькой, где варится молочная кашка для ребенка соседки, тазик с варевом для своей собаки (тазик выше и нависал над кастрюлькой).
Соседский кот, писающий в ботинки, оставленные в прихожей.
Алкаш-сосед, блюющий наутро по всему коридору до туалета.
Соседка, плюющая в кастрюльку с соседским борщом.
Да и всякие прочие страсти.
Училась я заочно, сначала в Архангельске, где жила на сессиях в квартирах родни и друзей родителей (мои друзья в т овремя еще не имели своих жилищ), потом в Питере, где жила на сессиях в трех разных коммуналках.
В одной искуственной : квартира была единым жилищем, одну комнату хозяйка сдавала семье военнослужащего, во второй я жила. Я ее и не воспринимала в качестве коммуналки. Ладили отлично, пили чай с разговорами на кухне вместе по вечерам, одалживались солью и хлебом. Я была беременна, жена военнослужащего домохозяйничала, занималась десятилетней дочкой. Не подружились, ибо слишком разные были, но и не ругались
В одной камерной, на четыре, потом на три семьи, в комнатах брата моей невестки. Этой коммуналки я не особо и боялась, с одной семьей сдружились по традиции (невестка невестки дружила с ними еще со школы). Их семья : мама, два сына и бабушка - были Иванкиной коллективной нянькой, сидели с ней, пока я на учебу бегала, обожали ее. И мне перепадало. Если бываю в Питере стараюсь повидаться, хотя они давно уже живут в другой комуналке, за углом.
Вру, я же еще и в новой их коммуналке жила, уже у них. Там еще был неизвестный хозяин, он своб комнату сдавал гражданам кавказских национальнойстей, а те боялись в коридор выйти, так как участковый часто навещал квартиру, а потому тех квратирантов если и видели, то случайно и мельком. Еще там жила парализовнаная старушка, за ней "ухаживал" активно пьющий сын, по поводу которого и захаживал участковый, пока сынок тот не вышел однажды из окна третьего этажа с перепою. До того случая сын частенько "веселил" соседей, пришлось однажды на него коротко рявкнуть, после чего я попала в авторитеты у него, что радовало меня, так как избавляло от необходимости с ним разбираться ежедневно, он просто удирал в свою комнату. Еще одного соседа несколько дней ждала девушка, которой он сдал свобю комнату, но не дал ключи, она ночевала на диванчике на кухне. Но это небольшая такая коммуналка была.
Во тна Загородном в доме с блинной была такая классическая коммуналка, комнат на двенадцать (все не получалось сосчитать их, Иванна отвлекала, бегала за ней больше по коридору, коридор был длинный с поворотом, ухабами, Иванка осваивала там ходьбу по пересеченной местности : сначала бегом с горки вниз, потом на четвереньках на следующую горку, как-то там умудрились уложить "стяжку" под линолеум волнами), но семей жило уже всего семь, моя хозяйка - восьмая, жила постоянно в Нарьян-Маре, а на тот момент была в декрете под Москвой. Туалетов было два. Ванная с титаном, который топить дровами - одна, у каждой семьи был свой день недели для стирки и мойки, я оказалась лишней, но потом мне, как молодой мамаше (Иванке было около года) разрешили по мелочи стирать стирать ежедневно, мне даже и договариваться не пришлось - соседки сами решили и предлагали мне занимать ванную днем, пока они на работе, а мыться мы ходили в баню на Рязанский переулок. Кухня была большая с тремя плитами и выходом на черную лестницу на улицу Рубинштейна, котиорым в основном пользовались дети, чтоб сбегать во двор погулять, и опаздывающая на работу соседка, Иванна развлекалась тем, что носилась по кухне и выключала газ ( у каждой хозяйки были свои горелки), я носилась за ней и старалась угадать, где было включено, а где уже готово и ждет хозяйку.
В этой коммуналке нас встретили не ласково, даже очень неласково. Замок там был с девятнадцатого века, с первог ораза я вообще не могла им дверь открыть, да и потом каждый раз задумывалась, каким боком вставлять, чтоб три выступчика попал ив нужные дырочки внутри. Пришлось позвонить в дверь, звонок был выбран наугад. некоторые семьи имели личные дверные звонки, одна кнопка была с инструкцией : кому сколько раз нажимать. Дверь открыл пацан, показал каким боком ключ вставлять, сказал, что наш звонок - вот он, а дверь - вон та, самая раздолбанная, с щелями, из которых торчали свернутые счета и напоминания о немедленной погашении долга за квартиру, пожелтевшие от времени торчания.
По дороге к своей двери встретили даму, то, что называется, настоящая ленинградка (он тогда еще Ленинградом был вообще-то). Она как-то тоже на нас зыркнула, буркнула, даже и не поздоровалась.
Когда мы, помучавшись с замком, попал ив комнату, я в принципе поняла причины неласковости соседей : комната была большая, квадратная, гораздо больше 20 кв.м., вдоль одной из стен на полу, на каждой полке объемистого серванта и на нем плотными рядами стояли бытулки из-под водки, среди которых случайно затесалось четыре или пять бутылок из-под томатного сока (вкусный, кстати, такой был). Ежели б не Иванка, я б могла сдать все эти бутылки и месяцок прожить на вырученные средства, но с ребенком на руках, коляской и третьим этажом без лифта, эта затея проваливалась до начала.
Как я поняла, моя хозяйка (с которой я, кстати, лично знакома не была, только с ее сестрой), получившая эту комнату после развода с жителем Ленинграда, сама в ней в связи с новым замужеством и беременностью не прожила ни дня, но давала комнату в пользование всяким командированным и заочникам из НМ. Они и пользовались.
В той коммуналке среди семи семей одна состояла из того пацанчика, что нам дверь открыл, и его сильно пьющей мамы, от загулов и виражей которой соседи успели натерпеться до моего приезда, несколько раз ее уговаривали поменять жилье, она несколько раз поддавалась на уговоры, один раз был при мне как раз, подавала объявление в газету, к ней приходили желающие, она им так "расхваливала" квартиру, что те сразу утрачивали желание. Когда мама уходила в вираж, сын ее старался из комнаты не выпускать, как-то она на моих глаза (наш икомнаты были напротив) пыталась вырваться на волю, сын ее (ему лет 12-13 было) запихнул обратно и запер дверь. Он ее и любил , и дико стеснялся. Как мне его жалко было в тот момент, но жалеть себя он не позволял.
Поняв причины неприязни к новой жилице в моем лице, я заодно поняла, что им крупно со мной повезло. Ибо в те времена я алкоголь не употребляла вообще. (Сейчас употребляю, но многие это не называют употреблением, так как в пересчета на абсолютный алкоголь, в год и поллитра не выходит, а в некоторые годы (сдам биохимию после новогодних каникул, увижу, что после двух бокалов шампанского за декаду трансаминазы уже подскочили выше нормы, напугаюсь и вообще завяжу) и стакана не набирается).
Вскоре и они поняли, собственно.
Не подружились, но в кухне общались на разные темы, соседки меня научили экономить на пенях, погасила долг по квартплате без пеней, которые в те времена вообще Сбербанк себе забирал. Я им тоже чего-то рассказывала, что, не помню уже, но не молчали мы друг на друга. Они мне жаловались на свою пьющую соседку, про ее "махинации" с обменом.
Пьющая соседка, подгадав, когда на кухне я одна, жаловалась мне на соседей, что ее выживают, что хотят и мою хозяйку выжить, что вынудило меня побыстрее решить проблему долгов.
В общем, как-то не перепало мне коммунальных страстей. Ни разу. Не повезло.
Или наоборот - повезло.
Но после своего коммунального опыта, яусвоила, что ужиться можно с кем угодно.
Даже с Бабой Ягой.
Это еще про одну коммуналку, на три семьи : моей тетки, ее свекрови и их соседки, которая своей внешностью, одеянием и повадками очень напоминала эту самую БЯ, потому Иванка ее и называла так. В той коммуналке я , бывало, кантовалась по нескольку дней. Знала, что проблемы случаются из-за запоев сына БЯ. В той коммуналке у каждой семьи была своя электропроводка. БЯ перед выходом из своей комнаты включала свою электроподачу. Случалось, что на кухне горели одновременно две лампочки (хи-хи). Но сын БЯ н еутруждал себя в тяжелые свои дни включением своей энергоподачи и пользовался электричеством моей тетки, это создавало некоторую напряженность, так как семейный бюджет теткин был довольно напряженным и без того, но как-то обходилось все без драк и скандалоов.
Интересно, дамы, скандалящие и виртуально дерущиеся на ББ в своей реальной коммунальной жизни такие же, или они только тут отрываются? За неимением коммуналки?
