Я наобещала вчера, взбаламутила общественность и пропала. Ночью меня одолевали сомнения и целесообразность, и уверенность в своих силах, но по здравому размышлению я решила, что мы не на семинаре.

Давайте попробуем начать с первого упражнения, а там по откликам булет видно, стоит ли задумка выделки.

Ну как оно вам?

Вы когда-нибудь худели за компанию?

Необязательно в интернетах, например, с мамой там или мужем. На четвертом курсе мы вместе с лучшей подругой решили сесть на Японскую диету. 14 дней строгого режима.

Никогда с тех пор и никогда после мне не худелось так эффективно и здорово, как тогда. Мы просыпались и созванивались, мы меряли друг другу талии, поддерживали друг друга и жаловались на задолбавшую капусту. Мы пили кофе в самых дорогих ресторанах(только кофе!) и складывали в красивую коробочку бесплатные шоколадки: на потом. Мы словно попали в пузырь, в котором были только она, я и наша цель. С тех пор я верю в эффективность диет и знаю, что для успеха человеку нужна компания единомышленников.

Но я предлагаю вам не худеть.

Были у меня джинсы. Славные такие, стройнили, сидели хорошо. И так полюбились мне, что носила я их и в пир, и в мир, и в добры люди. Я в плане одежды настоящий мужик: ужель если полюбилась мне вещица какая, то носить я ее буду верно и только ее. Джинсы от любви такой истовой всхлипнули и стали рваться. Когда они порвались под коленями -это было дерзко. Когда они слегка порвались ...гм... под попой - это было соблазнительно. Но когда они стали рваться на ляжках я стала похожа на кабацкую теребень.

Я не люблю стихи. Мама моя не любит стихи. Две мои подруги не любят стихи, а третья любит, но только Цветаеву и только одно стихотворение. Связано ли это с тем, что мы не романтичные, а очень даже приземленные барышни или с тем, что в школе всю любовь к стихам отбили Пушкиным, который, безусловно талантлив, но прививается весьма навязчиво - остается неясным. Но к своим 23 годам я подошла с осознанием того, что у меня вот-вот родится ребенок, а стихи я так и не полюбила.

Зачем мне вообще сдались эти стихи?

Я была очень ответственной и внушаемой молодой мамой, выписывала 9 месяцев журнал Лиза и там часто писали, что стихи лучше всего развивают память и речь (и ведь не врали же!). От меня требовалось читать стихи без остановки, во время кормления, одевания и засыпания, рекомендовали Чуковского, Маршака и Усачева. Я купила "Тараканище" и "Мойдодыра", дедушка подарил Приключения Хомы и Суслика и стопку картонок от Проф-Пресса.

И понеслось. В силу определенных причин моя Яна первые полтора года жизни была весьма ограничена в движениях. Наложившись на врожденную любовь к печатному слову это вылилось в то, что я и вправду декламировала стихи сутки напролет. Как вы думаете, через какое время я выучила наизусть Мойдодыра и возненавидела его на веки-вечные?

Пришла пора открывать новые горизонты.

Сейчас, спустя шесть лет, я чувствую себе силы и уверенность поделиться с вами этими горизонтами (они стали гораздо ближе и доступнее) и рассказать, с чего мы начинали, к чему пришли, чего нам не досталось, а что можно было и пропустить.

(Осторожно, под катом букв явно больше, чем фотографий)

Давным-давно, когда я еще не знала, как правильно искать детские книжки, я покупала их кощунственным образом. На сайте магазина выбирала нужную мне категорию: стихи, например, и о ужас, ставила сортировку по цене. Среди первых десяти страниц всеведущего и дешевого профпресса мне попалась однажды жемчужина. Книга Кати Молдавской (а именно так я прочитала имя писательницы) "Башмачки". Разворотов не было, обложка на увеличивалась, аннотация хвалебная, дети на обложке явно не компьютерные, цена невысокая. Я решила брать.

Как же смеялся с меня муж, когда Катя Молдавская (украинка предположительно) оказалась Кадей Молодовской, дети на обложке - с явно выраженными еврейскими носами и кудряшками, а стихи сплошь пестрели Мойше,Хонеле и Циля.

Вчера я весь день пыталась играть в радость, и скажу я вам, ангелочки мои золотые, не так-то это просто. Постоянно находились те, кто в ответ на мою доброжелательность и понимание выказывали просто нечеловеческую твердолобость и ослиное упрямство.

Полианну (без кавычек, потому что предлагаю взглянуть на девочку, а не на произведение) обвиняют и высмеивают столь же часто, как и восхищаются ей. В вину ей ставятся:

1) "идиотический оптимизм", отсутствие понимания реального положения вещей

2) пассивность, свойство "делать добро чужими руками"

3) и последнее, самое сильное: отказ от своих убеждений в момент узнавания об инвалидности

Май прошел как в тумане. Казалось, он все длится и длится, когда уже лето, а уже девятое июня. С головой накрыла усталость. И не хочется ничего. выйти с утра на улицу, просеивать ситом песок, зарываясь голыми пальцами ног в его сырую прохладу. Ловить ребенка с горки - как же отчаянно она летит с нее, бездумно отрываясь, стремительно отбрасывает голову назад и хохочет. Долго гулять с собакой. Оставить детей мужу и ходить, ходить... Два часа одиночества. И книги. Они всегда с нами. Я бережно расставляю их по росту, по стилю и категориям, но грохот маленьких сильных ног, и вот уже влезла на тумбочку, на стол, и тянется к верхней полке, и падают открытки, плюшевый мишка и фотографии. Рушится стройный ряд - всего на час его хватило, и перед сном, я как павших воинов, собираю книги: диван, подоконник, комод, пол, на кухонном столе и в коляске, под подушкой и в сбившемся пододеяльнике...

Очень много книг, но сказки и энциклопедии - это девиз мая.

Книги, как и вещи, стареют и выходят из моды. Теряют актуальность или кажутся наивными. Скучными. Отдельные шедевры отдельных авторов не подвластны времени, но в потоке вечных имен: Пушкин. Гюго. Шекспир - теряются другие имена. Порой случай встряхивает чердак истории, и отряхнув от пыли, выуживает истинное сокровище. Иногда книга, написанная 50 лет назад, тогда моя мама еще пешком под стол ходила!- звучит настолько актуально и современно, что продирает дрожь, и ты оглядываешься: нет ли кого у тебя за спиной, с всевидящим оком.

Но книга,про которую я хочу вам рассказать, написана в 2007 году. И хоть она охватывает жизнь обычной американской семьи в 60х годах, все не так просто. Я долго не хотела читать эту книгу, и оказалось, зря.