Почему считается нормальным отношение к ребёнку как к неразумному существу, из которого родители должны «сделать человека». Откуда это пошло?

И люди ведь живут в этой борьбе. Они считают, что ребёнок с пеленок ими пытается манипулировать и всячески этому противятся. Они подозревают своё чадо в почти что дьявольской хитрости и стараются переиграть, перехитрить его.

Они считают, что нормально заставлять, наказывать, бить, унижать, дразнить и шантажировать ребёнка. У последователей этого подхода широкий арсенал средств приведения ребёнка в «рамки».

Мне это напоминает древний Китай, когда девочкам обматывали ноги бинтами и заставляли носить маленькую обувь, деформирующую стопу. Таким образом подгоняли всех под стандарт красоты. Вот и тут подгоняют, деформируя в стереотип.

Почему нельзя почувствовать, несмотря на историческую эпоху и прочие факторы, что ребёнок – уникален. Каждый. Это ценный Божий дар. Он приходит, чтобы нас изменить, сделать лучше. Почему нужно его калечить, строить, муштровать в угоду будущей эфемерной пользе? Почему считать, что дети уже испорченные, что их надо исправлять?

Очень позитивный человек.

Вчера проснулся: «Какой прекрасный день! Папа, вставай!» =))))

Дедушка привёз детские песни из мультиков. Два диска. Первый дни Матвея не было не слышно, не видно – сидел у магнитофона и по очереди вставлял и слушал песни. При чём с каждого диска по 2-3. Сам включит, перемотает на нужную песню, включит, послушает, поменяет диск. Зато теперь его слышно. Ходит и распевает: «И... раз! Я на солнышке лежу...»

Играет в машинки и лего много. Теперь «со звуком»: «Простите, я тут не проеду. Что делать? Подождите, не торопитесь, я вам подскажу» =)

Любит рассказывать и пересказывать. Сказки, свой день. Может достаточно подробно и связно рассказать, что за чем он делал и заканчивает: «А потом мы сели с дедушкой и... полетели!» =)))

Вечером и в выходные разрешает с собой играть, помогать себе, даже трогать себя только мне и Гоше. Все остальные идут в сад: «Не трогай меня!» «Я играю, не говори со мной».

Начался период экспериментов, когда он проверяет свои возможности, свою силу. При этом, он всё равно очень осторожный и не рискованный. Не будет лезть туда, откуда сам не слезет. Не будет быстро лазить там, где до этого не пытался пролезть.

Прыгает дома с журнального столика на пол и с письменного стола на матрац на полу. Залезает на всякие высокие штуки на площадке и не боится раскачивающихся сеток – раньше обходил их стороной.

Очень любит на площадках не играть, а наблюдать за другими детьми.

Любимый вопрос у Матвея – «какой». Он его может задавать миллион раз. Я подозреваю, что он просто вопросов мало ещё пока знает, потому что больше ответов слышит =) Стараюсь отвечать распространённо на вопрос «А какой зелёный?»

Играем в настольные игры. С фишками гномов спасаем. В карты с машинками играем тоже много. Матвею понравилась на картах этих машинка из мультика «Тачки», красная которая. Он теперь её называет «моя любенькая машинка». У него есть «любенькие» шорты с этой машиной (стираем, сушим и снова надеваем и в пир, и в мир), и ещё тапочки в виде машинки любенькой. Но в магазине были, он посмотрел на неё и не попросил даже купить.

Заказы и мечты на ближайшее время – красный автобус, чтобы звук издавал (уволю того, кто купит-таки его), набор лего с полицейскими, чтобы «компютеры там были» и велосипед с «педалькими и звонком». Последнюю мечту дедушка вчера исполнил. Матвей с утра вышел первый раз в жизни кататься, поехал с горки, где не надо педали крутить и кричит «Вот мама удивится!» =))))

Вчера ходили отделом в Еврейский музей. У нас была заказана экскурсия на два часа.

Я в полном восторге. Гид попался очень хороший. Сразу в ней признала еврейку и не ошиблась. Удивительно, когда человек не только знает материал, но и через себя пропускает. Говорит не о посторонних интересах и не о какой-то теоретической области знаний, а о том, что непосредственно его касается.

Наши так удивлялись всему, что слышали, даже таким общеизвестным фактам, как другому летосчислению у евреев. Меня это несколько ...ммм... удивило.

Музей необычный со множеством ценных экспонатов.

Во время оккупации Карл Штайн и двое других «отчаянных» смогли договориться с немцами о создании музея из конфискованных у евреев вещей, книг, предметов обихода и религиозного быта.

Есть версия, что нацисты относительно легко согласились, потому что собирались устроить «Музей несуществующего народа».

Таким образом, более 40 000 ценных и не очень экспонатов оказались в руках Штaйна и компании. После войны возвращать их было, как правило, некому.

Очень многое узнала и ещё больше захотелось узнать.

Самое большое впечатление – от Пинкасовой синагоги.

До немецкой оккупации в Чехии жило больше 100 000 евреев. После войны их осталось меньше 20 000. Впечатляющие цифры, известные факты. И вот заходишь в Пинкасову синагогу.

Все стены от пола до потолка исписаны именами. Город. Фамилия. Имя. Дата рождения – дата пересылки в лагерь. Точные даты смерти неизвестны. Но все эти люди погибли.

Ещё когда об этом говорят, можно как-то не пускать информацию внутрь. Но когда читаешь Фамилию, Имя, дату рождения – это уже не просто буквы. Это человек. Конкретный человек со своей маленькой жизнью, радостями и заботами. И очень трагической судьбой.

И все эти имена как будто кричать начинают со стен. Ужасное ощущение. Как Гойа с его чудовищами.

Поднимаемся наверх, а там – выставка детских рисунков из Трезина. Дети рисуют печи, газовые камеры, много чёрного цвета. Тут уж с ума сойти можно, просто сметает энергетика горя.

Убежала оттуда, рыдаю, у самой даже платка нет.

Закончили мы, правда, очень красивой, Испанской синагогой, самой «новой», «самой красивой». Мои любимые мавританские мотивы.

Очень рекомендую как культурную программу и чистку души. Можно много информации почерпнуть, хорошие аудио гиды есть в каждой синагоге. А если собраться группой больше 5, то взять экскурсовода всего на 100 крон дороже, чем обычный входной билет. Оно того стоит!

Матвей плохо спал ночью. Проснулся около 4 утра, крутился, пить просил, разговаривал со мной шепотом.

«Мам, ты не пойдёшь на работу». – «Нет, сынок, выходные закончились, мне надо будет на работу пойти». – «Нет, я Боженьку попросил, чтобы ты не ходила на работу».

Матвей разделяет языки по людям. Папа говорит «по-юски», мама иногда по-английски, а Эва из детского сада по-чешски.

Бывает говорит что-то по-чешски и добавляет, что так Эва говорит. Вчера решила поспрашивать его, что он знает из чешского, потому что совсем не представляю себе его словарный запас в этом языке.

Говорила слова по-русски, а он мне переводил на чешский. Ну, всякие обычные, что они там в саду могут говорить, про игры, еду, какие-то действия простые.

Ему нравится эта «игра». Потом закончили, он ко мне подходит с таким хитрым видом и говорит: «Mam hezky napad!» (у меня есть отличная идея) Очень смешно, потому что видно было, что он прямо вот хотел меня поразить. Смеялись вместе.

Гошу тоже тут решил удивить своими знаниями. Ест куриный суп, выловил мясо: «Oh! Chicken!» Пауза: «Курица!» и чтобы уж наверняка поразить: «Kuratko!»

Я очень вспыльчивый человек. Таковы мои исходные данные (гены), темперамент, нервная система, что там ещё в своё оправдание называют =)

Измениться полностью я никогда не смогу. Но работать над собой, конечно, хочется.

Если же я себя буду в бараний рог закручивать, никому от этого хорошо не будет. В конце концов, я, во-первых, сорвусь, во-вторых, пока не сорвусь, это буду не я, а кто-то, кем я пытаюсь стать.

Конечно, я бывает раздражённо что-то говорю или кричу при сыне. Мне кажется, что важнее правильно это объяснять, при этом стараясь минимизировать, чем делать вид, что всё хорошо, шипеть друг на друга, а потом за закрытыми дверями или когда дети спят, разбираться. Это я про муж-жена отношения.

Потому что дети учатся всему у нас. Им гораздо полезнее видеть, как решаются конфликты, как любящие люди идут на уступки, мирятся, делают первый шаг, чем расти в искусственно неконфликтной среде.

И тут мы пришли к открытию.

Сына мы учим выражать, высказывать свои эмоции. В том числе негативные. А про себя заметили, что наши ссоры похожи на словесные перепалки, когда я не говорю, что мне неприятно, больно или обидно, а сразу – «тыдыщ» - в ответ.

Нашли такой вот такое плохо пахнущее у себя в закромах коммуникации. Выбрасываем и применяем к себе то, чему учим сына.

Видела на обеде парочку у нас в офисе на кухне. Они вместе какую-то еду себе готовили, накладывали, разогревали. И было видно, что у них любовь. Такой явный язык тел. Они не обнимались и не целовались, но все движения, близость тел, взгляды – как танец любви. Засмотрелась аж до неприличия =)

Так же люблю смотреть на счастливых родителей с детьми. Когда они среди других людей, но общаются даже не словами, а кивком головы, взглядом, каким-то интуитивным жестом. Когда малыш периодически ищет маму глазами, а она чувствует это и отвечает ему: «Я здесь, всё в порядке. Я люблю тебя». И малый снова занимается играми и своими делами.

После небольших, но горячих споров хочется доброго, светлого, вечного.

Честертон написал это стихотворение от имени нерожденного ребёнка, но во мне они отзываются совсем другой нотой - как мои собственные слова, как мечта о Другом Мире, как обращение к Отцу.

Устами нерождённого ребёнка Если низки -- травы, а лес -- высок,
Как в безумной книжке какой,
Если море сине взаправду там,
За моею хрупкой стеной,

Если круглый в небе висит огонь,
Чтоб меня обогреть извне,
Если волосы зелены на холмах --
То я знаю, что делать мне.

Я мечтаю, лежа во тьме, что там
Разноцветные есть глаза,
Грохот улиц и двери, с молчаньем их,
И телесные люди -- за.

И пускай там бури, но лучше мне
Быть одним из отвергших тьму,
Чем хоть целую вечность повелевать
Государством тьмы одному.

Если только позволено будет мне
Хоть на день оказаться там,
Я за милость эту, за эту честь
Баснословную -- все отдам.

И, клянусь, не вырвется из меня
Ни гордыни, ни жалоб стон, --
Если только смогу отыскать я дверь,
Если буду-таки -- рожден.

По сегодняшним законам Чехии, опекун несовершеннолетнего ребёнка получает от государства ежемесячную дотацию. Речь о совсем грустных деньгах – 1 960 крон, помноженные на разные коэффициенты. Получается у здоровых детей не больше 4 000 крон.

Многие цыганские родители отказываются от своих детей, чтобы бабушки-дедушки могли стать их опекунами и получать эти дотации.

Государству, конечно, это не нравится. Поэтому в новой версии закона хотят оговорить, что дотации могут получать только не прямые родственники-опекуны.

То есть, если что-то случается с родителями ребёнка, бабушка хочет усыновить, она не будет получать никакой дотации на внука. Чтобы не зарабатывала на государстве. Вот!

Я понимаю, что законы не так легко придумать, чтобы никого не обидеть, что все ситуации не продумаешь и всех счастливыми в одночасье не сделать.

Но мне ужасно грустно думать о такой несправедливости! Надеюсь, что они всё-таки найдут, как это всё по-умному устроить.