Тяжелее всего быть честным с собой. На первый взгляд только просто.

Но если начинаешь с собой разговаривать начистоту, то понимаешь, что есть кто-то такой внутри противный, который всё время пытается выгородить девочку Настю.

Чаще всего происходит подмена. «Бесит эта несправедливость Настю» - говорит защитник. А совесть (если дать ей слово): «Нет, подруга, ты просто завидуешь!» Или «Настя хочет быть вежливой». Совесть: «Да нет же! Она просто боится сказать правду».

Страшно всю жизнь прожить только с оправдалочками внутри, принимая их за правду. Страшно не дать слова совести.

Самое простое, с чего начала – отыскиваю причину раздражения. Когда что-то мне портит настроение или как будто бы создаёт дурной фон. Помогает поругаться с кем-то, высказать своё неудовольствие по какому-то отвлечённому и чаще всего даже справедливому поводу. Но ведь это нечестно.

Надо бы отыскать источник дурного запаха и немедленно выкинуть его. А не освежителем пшыкать. Тут без голоса совести никуда.

Ребёнку в садике дали стихотворение учить к Рождеству.

Там всё про чертей. И такие слова, что, мол, буду маму слушать, чтобы ты меня не забрал в ад. Вот так. Из ясель прямо в ад угодить можно. Да.

Но этот культурный шок я уже немного в прошлом году пережила, когда у меня ребёнок на новогоднем празднике вместо зайчика, мышки, да хоть Супермэна был чёртиком.

Вот к чему пока совсем-совсем не могу привыкнуть, так это к рекламе типа: «Иисусик покупает подарки у нас. А вы?» Меня прям передёргивает!

В церкви ребёнок видит распятого, страдающего Иисуса, который наш Бог, которому мы молимся. А потом его в садике спрашивают, что ему Иисусик принесёт. Так до когнитивного диссонанса недалеко...

Были мы с Матвеем на Украине. У моих тёти, двоюродной сестры и брата.

Матвей чувствует себя как дома. Вообще, стал общаться с народом. Если раньше на вопросы не отвечал, то сейчас иногда даже сам на контакт идёт. Конечно, было много всякого кактебязовут и сколькотебелет. Если сам рассказывал, то уж по полной программе, с деталями и подробностями. Радует, что пока только событийные вещи, а не «мама сказала» =)))

Не могу похвастаться особой бодростью и готовностью к труду и обороне. Решила в следующем году хотя бы раз две недели взять, а не маленькие паузы по 4-5 дней - не успеваю отдохнуть.

собенно, если ещё на дорогу две ночи бессонные. Ехать из Праги во Львов 15 часов. Мы специально на ночной рейс брали билеты. Матвей уже достаточно длинный, чтобы с ним совсем неудобно было спать, поэтому день после дороги у меня вылетает из-за моей никакой кондиции.

Я сделала себе зубы, благо совсем немного в этот раз. Такой вот у меня медицинский туризм. Очень хорошие врачи, которые всю мою семью лечат и недорого. Плюс – лишний повод тётю увидеть.

Поймала себя на том, что мне там особенно комфортно из-за того, что какая-то иллюзия присутствует, что все меня понимают. Вот любой человек в маршрутке. Может, из-за языка. Может, ностальгия такая.

Глаз, конечно, всё больше отвыкает от тамошних видов. От буквально противоположных и каких-то противоречивых сочетаний культуры и кича, нищеты и богатства на показ, грязи и прилизанности.

Я даже фотографии на несколько папок разделила, чего никогда не делаю – настолько они у меня разные получились.

Там я всегда в детство возвращаюсь. Каждое лето, а иногда и зимний месяц у бабушек там проводила. Баловали, залюбливали, захваливали и задаривали, поэтому помню из детства ярче всего летние месяцы, Украину.

До сих пор могу себя там ребёнком почувствовать. Там мне ничего не надо было делать. Там трепетно берегут мой сон и по десять раз на дню спрашивают, не хочу ли я поесть и что мне приготовить(!), тепло ли я одета. Читают мои мысли и предугадывают мои желания. Рай просто =)

Побывала на букинистическом рынке (заказала полные собрания сочинений Толстого и Достоевского) и в любимом кафе-кондитерской с неповторимыми творожниками (сырниками). Получила порцию хамства от водителя трамвая (буквально карикатурная тётенька с шиньоном во всю могучую спину) и замечание от сердобольной женщины на остановке «ребёночек замёрзнет ведь». Запаслась гречкой и сушёными яблоками.

Только по работе не соскучилась. Вот совсем-совсем. Поэтому сижу тут, ем сухарики украинские и ностальгирую...

Летом не получалось вставать в 4-5, потому что всё время кто-то из гостей спал на кухне. А куда податься бедному жаворонку и чем заняться, если негде приткнуться. Поэтому спала, как спала. С наступлением осени вообще впала в спячку и, как писала, ложусь с Матвеем, встаю с будильником в 5-30 и всё мне мало.

И вот вчера, устав от жизни «для других», опять решила сделать место и время для себя. Легла в 10, поставила будильник на 4. Как раз в 4 Матвей захотел поесть, ладно. Неимоверным усилием воли не заснула, кормя его. Встала в 4-30. Радуюсь, у меня уже план приятных и полезных дел. Наслаждаюсь уже будущим «одиночеством». Умылась, только начала пристраивать ноутбук таким образом, чтобы слушая передачу, помыть посуду... Приходит Гоша и говорит, что Матвей меня зовёт.

Не просто подкрепиться, а он встал уже! С традиционным вопросом: «Сегодня выходной?»

Утро с семьёй, это, конечно, очень здорово. Мы чинно позавтракали, подурачились и даже записали видео с Матвеем.

Но, люди!!! Когда же мне побыть одной???

«Первое успешное кесарево сечение в Праге провели Ян Мелич и хирург Яхим Врабец в 1792 году. Ян Мелич был необычным доктором с нетрадиционным на то время взглядом на роды и медицину в целом. Основал и финансировал первый частный роддом в Чехии. В то время женщины очень часто умирали от инфекционных заболеваний. Причину определил венский доктор Семмелвайс. Он начал требовать от медицинского персонала тщательно мыть руки и дезинфицировать перед контактом с пациенткой, но получил радикальный отпор от своих коллег. Загнали его до такой степени, что он попал в психиатрическую клинику, где и умер.

В Чехии его главным противником и гонителем был доктор Йозеф Гамерник, который, чтобы доказать, что доктор Семмелвайс был неправ, специально нескольким женщинам внёс гной в родовые пути.

Когда, на счастье, ни одна их них не умерла, хвастался, что он доказал неправоту своего венского коллеги.»

Из книги «Nova doba porodni»

Ужас, конечно. Но я вот думаю, что для каждого поколения свойственно вести себя как этот доктор Гамерник. Мы доказываем с пеной у рта, верим в то, что говорим и совсем порой не допускаем мысли о своей неправости. А время, новые открытия, изменения вокруг нас обнаруживают нашу серость, узкость и неправоту.

Как важно всё-таки не упираться рогом, а всегда сомневаться и допускать правость другого. Как в науке, так и в личной жизни.

У меня уже выработалась последовательность возвращения в мир после родов.

Сначала я рыдаю. После каждых родов, когда сажусь в машину ехать домой, меня накрывает. В процессе родов мне кажется, что я ничего особенного не делаю. Мне совсем не тяжело, но вот плачу каждый раз. Потом легче. Видимо, сильную энергетическую связь устанавливаю, как будто невидимо держу женщину, а это требует больших внутренних сил. Я чувствую её желания. У меня просто как мысль возникает, как ощущение: «Попить» или «Волосы мешают». Это примерно, как знаешь, что ребёнок в соседней комнате проснулся. Он не плачет, а ты знаешь, чувствуешь. Или когда высаживаешь и уже настолько чувствует, что он уже вырос, сам в туалет бегает, а ты всё равно периодически «знаешь», что сейчас он попросит включить свет в туалете.

Поплачу навзрыд, выйдет из меня всё, можно ехать. В дороге обязательно слушаю музыку. И не заснуть в ночи помогает, и просто необходимость такая.

Возле города или уже в городе заезжаю на заправку или МкДональдс. Выпить кофе или коктейль молочный. И просто посидеть. Какая-то пауза нужна перед возвращением домой. Потому что когда еду в машине, кажется, что лучше прямо здесь поспать, чем идти домой и разговаривать. А так, посижу, ещё немного отпустит.

Дома принимаю горяченную ванну. Прямо кипяток. Сижу, а в голове – картинки, мысли, находки. После каждых родов есть, над чем подумать, на что сказать: «Ага!» или «Эврика!»

После ванны в идеале поспать. Тогда на следующий день голова хорошая уже. Но если не поспать, то с Гошей поговорить. Начинаю неохотно, кажется, что не могу об этом говорить, а потом прорывает. Особенно, если чем-то меня медики достанут.

Он меня всегда спрашивает, как заправский супервайзер: «Чему ты научилась в этих родах? Что ты сделала хорошо? Было что-то, что бы ты хотела сделать по-другому?»

Как будто мне всё внутри, из себя нужно вынуть, почистить, смазать маслом и обратно вставить. Интересно, когда-нибудь это будет рутиной? Не хотелось бы, конечно.

Иду к метро. Холодно, ветер с ног сбивает. Смотрю девочки бегут к офисам, нахохлившиеся, со скорбными лицами, скукоженные, потому что холодно. А мне - нет. Я иду прямо и улыбаюсь. Потому, что я в шерстяном платке и пуховике, руки в перчатках.
Я тоже раньше без шапки всю зиму, в юбчонке, в коротком пуховике, а если мама с утра раньше меня ушла, то вообще в осенней курточке. Для красоты, само собой.
Вот как непонятно было, что это не только нездорОво, но и некрасиво! И "работу" со мной проводили, и объясняли, и ругали, всё напрасно. Теперь вот сама недоумеваю.
Как говорит моя мама, свою голову не поставишь. А я думаю, конечно, не только о тёплой одежде. Сколько таких ситуаций, когда тебе как человеку с опытом виднее, но жизнь-то тебе свою жить, а не за ребёнка. Охохонюшки!