Как-то ехали в машине, я включила музыку, и между делом проигралось "Враги сожгли родную хату" Хиля. Через пару дней Данилка вдруг, садясь за обед, её вспомнил и начал расспрашивать. Мол, кто враги, что такое хата и зачем они её сожгли. Ну, и дальше по тексту. Естессссно, я со всей экспрессией своего драматического дарования ребёнку объяснила и рассказала, как это печально, когда четыре года воевал, пол-Европы прошёл, Будапешт освободил, а своих защитить не смог.
А вообще, надо заметить, у ребёнка моего репертуар довольно широк, но песни народные и военные там занимают едва ли не 80% всего " ассортимента". Детские он знает, но не особо увлекается. Зато вот "Нельзя забыть весенний этот день" и "Десятый батальон" поёт часто, с удовольствием и от души. Поэтому очередная военная песня, его заинтересовавшая, особенно у меня никаких подозрений в недобром не вызвала. Ну, интересно ребёнку! А что нет? У нас сейчас "солдат-враг" - любимая игра.
Ну, и логичное продолжение разговора - дитёныш просит песню поставить. Я её включаю на телефоне, телефон кладу около тарелки - мол, слушай и ешь, сама поворачиваюсь к нему спиной, встаю к столешнице и начинаю мерно шинковать очередную капустку.
Песня прослушивается нами в полной тишине. Ну, думаю, молодец ребёнок - ест, за ушами трещит - от любимой гречневой каши не оторвёшь. Наконец, под финальные аккорды поворачиваюсь, дабы забрать телефон, и вижу такую картину: сын сидит молча, прямой как струнка, а у самого - губёнки дрожат, а в широко распахнутых глазах - слёзы.
"Данилка, - спрашиваю, - что случилось, сынок?" - Вот это была роковая ошибка нечуткой мамы, ибо осознание необходимости объяснять причину катарсиса стала последней соломинкой, и ребёнок мой расплакался: "Мама, мне его жалко!"
Картина маслом - тут разрыдалась и довольно нервная по жизни я. Сидим, обнимаемся, как можем сдерживаем слёзы. Еле успокоились. "Мам, давай, ещё раз послушаем?" - А что, сына, давай, чать, слёзы-то с нервами у нас не казённые!
Включаю. Слушаем. Финальные аккорды. Что характерно - губы дрожат, глаза как плошки, на лице - мировая скорбь. "Мама, ещё раз, последний самый!"
Эх, реветь так реветь! На, тебе, сына, слушай!
После третьего раза сын разрыдался уже в голос. Смотрит на меня пронзительно детским взглядом, и видно в его голубоглазьи совсем не детское состраданье.
Всё, думаю, надо заканчивать это слезомойство.
Еле угомонила. Обоих :) Обплакали на пару всё окружающее пространство.
С тех пор эту песню больше не слушаем. Хотя сын пару раз начинал было её петь, но вовремя спохватывался и переходил на более оптимистичные произведения.
А я вот думаю, это хорошо, что ребёнок вот так вот всё это оценил. Нет, то, что у него мама сама истеричка форменная и его до истерики довела - это, конечно, плохо, очень плохо, но вот то, что он способен на сопереживание - это хорошо. Не переношу равнодушия. Ибо, как помните, именно от него всё зло в мире.
