Как бывает

Моя дочка появилась на свет запланированной, желанной и в самый срок - я, как тогда казалось, уже достигла нужного возраста, была готовой к материнству и выполнению всех сопутствующих обязанностей. И вот передо мной маленький ребенок, голенький, беззащитный и очень даже симпатичный. Первая моя мысль не стала самой оригинальной: так, нужно срочно запомнить ее особенности, чтобы не подменили. Вторая мысль была более осмысленной: какая она мягонькая! А третьим возникло чувство совершенно неоднозначное: хммм, как-то не так я себе представляла своего ребенка…

Следующие три дня пребывания в палате я разглядывала маленькое существо, пачкающее пеленки по три раза за час, регулярно просящее есть и смешно шевелящее крохотным личиком. Своих нежных чувств я не помню. Да и вообще не уверена, что они были. Скорее помесь страха с любопытством: кто это, что это и что мне с этим делать, да еще так, чтобы при этом не навредить ему.

В 9 лет мама записала меня в художественную школу. Рисовала я неплохо, даже умудрялась подавать некоторые надежды. В подготовительном классе, правда. Тогда я рисовала яблоки, бояр и прочие красно-лепые предметы обихода. В первом классе нам сменили преподавателя. А у меня начала развиваться индивидуальность. Новому преподавателю не нравилось большое присутствие темных оттенков в моих работах, а мне не нравилось, когда он безжалостной кистью поверх моей живописи рисовал живопись свою - более светлую и приближенную к реальности.

Мне нравилось рисовать черным цветом. То ли лень было за белилами в магазин бегать, то ли иные какие факторы воздействовали на мое счастливое детское восприятие мира - не знаю. Но факт вылился в то, что в итоговом художественном аттестате среди забора троек (из жалости поставили, по почерку видно) и скромной пятерки по истории искусств, ярко светилась еще одна запись «Отлично» за дипломную работу. На черном листе бумаги белой тушью, пером и кружевными узорами были нарисованы храм, небо и широкая поляна.

Скажите, а что вы бы сделали, если бы к вам на работу забежала бабушка с ребенком, который кричит от боли и у которого окровавлена рука, а та самая бабушка просит скорее помочь? Вызвали скорую? Начали бы искать аптечку с перекисью водорода? Ну, или хотя бы испугались и изобразили на лице жалость к человеку?

А теперь представьте, что все это происходило в медицинском центре. Платном медицинском центре.

- У нас услуги по перевязке не оказываются, - с каменным лицом отчеканила администратор.

После грандиозной головомойки родному городу Ильей Варламовым, второй день зачитываюсь его блогом.

За неимением рабочего стола, все свои дела я веду за кухонным столом, благо, размеры позволяют. В какой-то момент Киру это возмутило:

- Mother! Mother! Ты знаешь, во что превратила table? В desk!

Когда мы жили в Мулино, в сад мы ходили редко, но метко. За день пребывания в саду ребенок успевал сходить на спортивную зарядку - в чешках и физкультурной форме, как положено. Поиграть-поесть-поспать-погулять - это даже не обсуждается. А потом занятия - рисование, аппликация или лепка. Вторым «уроком» - математика или чтение. Третьим - музыкально-хореографическое занятие. На каждом утреннике Кира пела, танцевала, рассказывала стихи и вообще много чего делала.

Платили мы за все это удовольствие около 1500 рублей в месяц. Я была неимоверно довольна и всячески славила детские сады и уровень образования в них. Кто там ругается на наше образование? Кого там запугивают платными услугами, и он в них верит? Изыди, окаянный! Не верь интернетам и прочим дестабилизирующим гражданам! Они все это специально наговаривают!

И тут мы, наконец, возвращаемся в Пензу.