Человечество в очередной раз погибло.
В день его окончательной (как заявлено в титрах) гибели в неком подземном бункере пробудился специально запрограммированный искусственный интеллект - робот с функцией "Мать" (его, то есть её, если это применимо к роботу так и будут звать весь фильм - Мать; сценаристы вообще свели всё личное к функции, имён у персонажей нет, их называют Мать, Дочь, Женщина...), который начинает выращивать из специально сохраненных эмбрионов ребёнка. Одну-единственную девочку - Дочь.

В процессе сидения дома (а последнюю неделю я была дома) поразгребала кучу дел, которые копились и откладывались на потом, в том числе досталось и рукоделию
Заготовку для этого пингвина мне, кажется, подарили в прошлом году во время какого-то из новогодних ОП, но я к своему стыду напрочь забыла, кто именно.
В общем, совершенно замечательный позитивный пингвин из ФП. Шьётся мгновенно и чего у меня год (!) лежал? Я лишь заменили нитку для сшивания на более подходящую по цвету (в наборе почему-то щла ядрёно-синяя).
Хотела его отдать в садик в качестве новогодней поделки, но профилонить не удалось - младший отказался отдать пингвина наотрез. Придется что-то другое придумывать не такое яркое

В общем, вот

Зимний излом.Он грядёт.

...и тут бы мне сказать, что я повелась на "Мелкий Дозор", но я его когда-то уже читала, хотя и не помнила совершенно (но помнила, что это очень-очень маленький рассказ, миссия которого, видимо, в том, чтобы продать книгу неизвестно чего). В общем, из всей книги читать с относительным удовольствием можно только пресловутый Дозор, Дивова (это прекрасно в своей нарочитой нетолерантности и утрированном милитаризме, а может, дело в том, что до 27 лет в моей жизни имел место быть закрытый военный гарнизон) и "Границу снов", всё остальное варьируется по графе от "средней паршивости" до "очень скверно".

... при исполнении и под мухой;)

Я наконец-то прочитала целиком и полностью

"Лабиринт отражений"
"Фальшивые зеркала"
"Цветные витражи"

deep Ввод

В прошлую пятницу был День памяти жертв политических репрессий, наверное, это правильно, что начало чтения книги Мариуша Щигала о сталинских и послесталинских временах в Чехословакии я начала в этот день. Книга, собственно, это сборник статей для периодики, пусть и не лишенный художественности уникален тем, что о чехах пишет поляк. Ему - стороннему наблюдателю - многое виднее, и я говорю совершенно без иронии.